Ядерные ангелы - Александр Шакилов

Чего я ожидал от Лона, которое не роскошь, но средство передвижения?

Как минимум, чего-то такого. В крайнем случае – эдакого.

Мириады звезды обязаны были устремиться ко мне, превратившись в серебристые линии без конца и края. Вариант: меня и сына закручивает спиралью, нисходящей как раз туда, куда нам надо.

Все оказалось проще и совсем без спецэффектов: мы ввалились в Лоно с арктического льда, задержав в легких морозный колкий воздух, а через миг оказались в летней жаре, пропахшей бензиновым выхлопом.

Меня оглушило звуковым ударом. Из ушей чуть кровь не потекла. Гигантское яйцо свернулось, вот в чем причина. А еще так бывает, когда кулаком лупят по клаксону, отчаянно умоляя зазевавшегося пешехода убраться с проезжей части. Причем конкретно сейчас так и было.

На клаксон действительно давили.

– Твою… – только и успел выдохнуть я, увидев перед собой матово-черную кабину с когда-то хромированными, а теперь ржавыми трубами, задранными к небу. Не хватало одного зеркала заднего вида. Лобовое стекло покрывала паутина трещин и жирных потеков, будто кто-то приложил по нему молотком, хорошенько смазанным машинным маслом. Бородатая рожа за стеклом стала сметанной там, где не заросла волосами. Глаза выпучились. Рот открылся в неслышном мне крике. От пальцев поверх оплетки рулевого колеса отлила кровь, кулак второй руки врос в клаксон.

Вот сколько всего успеваешь заметить за миг до смерти.

Смерть нынче приняла облик седельного тягача без прицепа, но ее легко было узнать. Она возникла прямо передо мной и Патриком. Точнее – это мы вынырнули у самого тягача, мчащего по дороге с солидной для такой машины скоростью.

Что-то твердое вцепилось мне в плечо, разрывая мышцы и дробя кости, – так мне показалось. Сила, которой я не мог противиться, дернула, оторвала от асфальта, переместив меня, отнюдь не пушинку, метров на пять правее, к самой обочине.

И спасибо водиле, он оказался мастером своего дела – несмотря на бледность, вовремя успел вывернуть руль. Мой череп и бампер его тягача разминулись сантиметров на десять, не больше, но этого вполне хватило, чтобы я продолжил портить воздух, а дальнобойщик избежал беседы с палачами на тему ДТП, лишения прав и прочего столь же приятного. Да и вряд ли в радость смывать с тягача мои мозги.

Не сбавляя скорости, черный грузовик вернулся на исходный курс и, презрительно выдохнув дымовую завесу, умчался прочь.

– …мать! – закончил я свою мысль.

И понял, что это Патрик вытащил меня чуть ли не из-под колес. Сын. Мой сын меня спас! Ну надо же, как он повзрослел, а ведь еще недавно был совсем малышом…

Колени позорно подломились, бросило в жар. Адреналин, знаете ли. Зато сразу согрелся. Ничто так не бодрит, как неожиданное спасение от неминуемой гибели. И пора бы уже привыкнуть ходить по краю, балансируя над бездной, но что-то никак – всё мне точно впервые.

– А тот… Ну, пацан с Микки Маусом… не найдет нас, а, дружище?

Есть у моей психики особое свойство – быстро перестраиваться. Еще пару минут назад за право сожрать меня боролись медведь и косатка, я замерзал в тысяче километров от Киева, а сейчас – беспокоюсь о следующей проблеме.

– Батя, мы ж не в его Лоне переместились, – сняв с себя шапку, пуховик и свитер, Патрик сказал это так снисходительно, будто объяснял пятилетнему ребенку нечто очевидное. Наверное, мое лицо как-то изменилось, раз он поспешно добавил уже другим тоном: – Ты его Лоно не зафиксировал, поэтому оно обновилось. Это вроде перезагрузки компьютера, только исходные данные остались, а потому…

– Ладно-ладно, убедил! – перебил я его, сообразив, что ничего не понял да и не горю желанием вникать в особенности управления гигантскими яйцами. – Но как ты меня нашел? Меня ведь во льды занесло, а не к соседу на рюмку чая.

– Родная кровь подсказала, – хмыкнул Патрик и, заметив, что я опять нахмурился, пояснил: – У меня был образец твоего генетического материала. Волос в расческе застрял. Ты свою расческу у нас дома забыл. А дальше уже было дело техники. В смысле Лона.

Я с удовольствием содрал с себя галстук в белый горошек и начавший оттаивать пиджак. Сбросил бы и брючки клеш, да только неглиже разгуливать по столице не позволяли совесть и палачи. Последних тут по две штуки на каждого гражданского. Гражданские, кстати, на нас совсем уж бесстыдно пялились, чуть ли не пальцами показывали. Наверное, нечасто здесь делают остановку по требованию пятиметровые яйца. Я помахал всем ручкой и пару раз отвесил поклон. Если выглядишь странно, веди себя как клоун, тогда тебя не воспримут всерьез. А шуты живут дольше, чем психи.

Так-с, а куда это попал наш семейный цирк-шапито? Мне не пришлось сильно вглядываться, чтобы заметить неподалеку большое здание с изогнутой кверху крышей и стеклянными панелями вместо стен. Над входом крупно синели буквы «ТЕРМIНАЛ “В”». Между зданием и нами располагалась парковка, плотно заставленная классическими авто с ДВС под капотом и новенькими электрокарами, сплошь лимонно-желтыми и светло-розовыми. Вот, похоже, с этой парковки тягач и вырулил, успев хорошенько разогнаться.

– Дружище, где это мы? – Я еще не отошел от мороза, мозги оттаивали не так быстро, как хотелось бы. – Точно в Киеве?