Темный баффер. Клановые войны - Иван Владимирович Лагунин

перестало нравится. Эта вдруг появившаяся активность появилась явно неспроста. Что-то или кто-то его пробудил. И хотя у меня нет никаких фактов, говорящих об этом, но тень Зога как-то уж больно уверенно маячит на горизонте. Если предположить, что за всей этой кутерьмой стоит он, то я по-прежнему не понимаю, зачем он решил действовать через Ареуса. С некоторой грустью приходилось признать, что и без всякого Ареуса он меня бы без особых проблем уломал на эту авантюру.

И вот этот момент, думаю, ключевой. Пока я не уразумею сути происходящего, любой шаг может быть ошибочным.

ГЛАВА 17

Интересно, почему эти горы называют «Белыми»? Мрачные вершины были не слишком высоки, и снега на них нигде видно не было. Горная цепь разлапистым хребтом уходила на север и терялась в сизой дымке. Несмотря на высоту точки наблюдения, видимость была не более десятка километров.

Сегодня вновь собирался дождь. Всего за последние четыре дня с неба не лило лишь один. И это было странно. Местные в один голос убеждали, что столь сырая погода нетипична для Хагорда. И этот чертов холод… Каждой утро я просыпался, стуча зубами, во все более паршивом расположении духа.

Народ лентяйничал. Лентяйничал и я сам. Делать было решительно нечего. Профессор Номад и четверо его коллег, за которых он лично поручился, дни напролет торчали у своих приборов. Андерог постоянно порывался к ним присоединиться, но почему-то с профом они не смогли найти общий язык. Я видел, что нанятый мною маг от этого факта был очень разобижен. Но врожденная гордость не позволяла ему подавать виду. Я попытался было вклиниться в этот раздор, но получил от Номада довольно сильную отповедь и… не стал лезть. Уже скоро должен был прибыть Ареус (или, опять же, его эмиссары) и тогда будет видно, что вообще дальше будем делать. Быть может проф отправится в двимерит и эта проблема решится сама собой.

Я пожрал, и хотел, было, завалиться спать, как полог палатки откинулся, и в проеме показалась женская фигура.

Лианна.

Позавчера я выселил всех из моего личного Синкола, оставив в нем лишь полудюжину пленных дергарцев да Капитана Улиаса, с которым я ума не приложил, что делать, под охраной парочки орков Ызылка. Как-то так получилось, что на несколько десятков рыл, Лианна оказалась практически единственной женщиной (хотя женщин среди наемников, дай Боже, ха-ха! Достаточно вспомнить мое недолгое пребывание в Кулаке Найги, что более чем на половину состоял из амазонок). В связи с этим я распорядился делить ей небольшую отдельную палатку на краю лагеря.

К девушке у меня было странное отношение. Она была весьма деятельной особой, но любые мои попытки пристроить ее пыл к какому-либо полезному делу заканчивались приходом ко мне Дорки, грозившегося «эту девицу распылить на атомы». Честно говоря, если бы не то, что она прибыла ко мне от Ареуса, я бы давно ее уже сбагрил в каком-нибудь первом попавшемся населенном пункте. Но, сдается, старый маг неспроста пристроил ее в мой отряд. Похоже, он имел некие виды на профессора Номада и считал, что наличие у нас его дочки, поможет оказывать на него влияние.

Но было и еще одно обстоятельство. На нее мне было просто приятно смотреть.

— День добрый, господин Том…

— В этих краях лучше назвать меня «господин Шварценеггер», –криво улыбнулся я. Черт меня дернул когда-то обозваться фамилией известного на нашей планете австрийца.

Она тоже улыбнулась, но улыбка быстро сползла с ее миловидного личика.

— Нужно поговорить.

Ох. Хорошие разговоры так не начинаются.

Я приглашающе указал рукой на походный раскладной стульчик, доставшийся мне от командира дергарцев.

Она уселась, вздохнула, еще раз осмотрела обстановку палатки и, когда я уже собирался ее подогнать, спросила:

— Вы ведь разговаривали с папой?

Э-э-э…

— Ну да.

— А вас ничего не смутило?

— А что меня должно было смутить?

Она вновь замялась.

— Он… Господин Том… Он какой-то не такой!

Я с удивлением увидел, что в глазах девушки стоят слезы, а нижняя губа заметно подрагивает.

— Э-э-э… что значит «не такой»?

— Он чужой! Он не хочет меня видеть, не хочет говорить со мной…

— Лианна… у него сейчас много работы…

— Вы не понимаете! Он совсем чужой!..

Черт подери. Только истерик мне здесь не хватало!

— Он назвал сестру другим именем.

Если до этого, я разговаривал с девушкой одной половиной мозга, раздумывая второй, почему от Ареуса все еще нет вестей, то сейчас обнаружил, что она завладела всем моим вниманием.

— А что еще он не помнит?

— Он со мной почти не говорит. Твердит только, чтобы я ни о чем не волновалась и не мешала ему!

Я встал и прошелся по палатке туда, сюда…

Ну вот и как прикажете понимать эту инфу? Меня-то, конечно, в разговоре с профессором Номадом ничего не смутило, так как я до этого с ним никогда не разговаривал. Но если родная дочь ведет такие речи, то… гм… то что?

Я покопался в Инвентаре и материализовал в руке стакан и фляжку воды. Налил.

— Успокойтесь и выпейте, — сказал, вернее, даже приказал Лианне.

Та шмыгнула носом, но стакан взяла и воду выпила.

— Во-первых, возьмите себя в руки. Во-вторых, не поднимайте панику раньше времени. Сколько вы не виделись с отцом?

— Г-год…

— Люди меняются и за более меньший срок. Ну а если… — я запнулся и вначале хотел отвести взгляд, но потом все-таки заставил посмотреть девушке прямо в глаза. — Ну а если ваши подозрения имеют под собой основания… я найду выход…

— Босс!

Полог шатра откинулся, и в проеме показалась запыхавшаяся физиономия Гнилого Зуба.

— Босс! Враги!

Враги⁈ Неужели дергарцы уже преодолели Турагскую Равнину с беснующимися монстрами и приперлись к нам на порог? Или разорились и провесили телепорт?

— Какие, мать их, враги?

В этот миг я вдруг почувствовал мощное возмущение потоков и прямо перед Лианной вдруг возник Аджарт.

— Подстрелили, суки! — выругался он, рефлекторно хватаясь за шею.

Когда я во главе с Кулаком Регарда подбежал к северному спуску с плато, там уже во всю шел бой.

Сидящие в полуразрушенном форте гентийци, укрывшись в «пулеметных точках», посылали куда-то вниз одну стрелу за другой. Здесь же были и некоторые мои ребята: Кай Кентуоки, Дитерион, Аджарт.

А вот и противник. Множество облаченных в шкуры фигур перебегало от одного камня к другому. В руках у них были луки, копья и небольшие круглые щиты. Вытянутые лица, волосы цвета вороного крыла… Полуэльфы. Мериты. Некоторых их представителей я видел Хильраде, но там они по большей части жались к стенам. Жители Черного Леса в городе себя явно чувствовали очень неуютно. А здесь же верещали, как резанные и посылали нам проклятья.

Вначале я думал, что копьями и стрелами дело все и ограничится, но уже вскоре меж деревьев замелькали облаченные в мешковатые балахоны фигуры. Даже отсюда я почувствовал, насколько они наполнены силой.

Вот в воздухе прогремели громкие бумки, что очень быстро слились в рваный ритм. Близ столбика со здоровьем тут же появился дебафф: «Песнь Азула».

— Какого хрена им тут всем надо? — удивленно протянул Регард.

Его сапорт в это время уже раскидывал баффы и поднимал «разгон». Дело пахло серьезной битвой. Уже сейчас по подъему на плато карабкалось не менее полусотни варваров. И не стоило обольщаться. Я прекрасно помнил, как почти такие же полуэльфы на Хеме, едва не вышвырнули пришлых акари со своего Синкола ко всем чертям, и только переброска набранных с бору по сосенки войск, позволила Мастерам удержать его под контролем.

Эрни не было видно, потому пришлось брать руководство сражением в свои руки.

— Нужно сбить их, — сказал я Регарду. — Это даст нам время.

— Не лучше ли закрепиться в форту?

Я посмотрел, куда он указывает, и покачал головой.

— Был бы он в норме, в этом был бы резон…

Когда-то форт перегораживал подъем от края до края. Но сейчас остатки врат валялись рваным кулем у подножья плато, одна из высившихся ранее по бокам подъема стрелковых башен нынче была срыта до основания, а от второй остался жалкий огрызок. А полуэльфы были уже близко. Многие из них призвали своих Питомцев — здоровеннных тигрообразных белых в черную полоску тварей. Они жутко подвывали, но до поры, до времени не бросались в атаку, будто чувствуя, что наша защита пока что на высоте. И она действительно была на высоте. Несколько защитных сетей, раскинутых здесь Андерогом, пока что легко