Бой вечен - Александр Афанасьев

Терпения дожидаться лифта не хватило, и он побежал по пожарной лестнице, перепрыгивая через ступени. Как ураган, вырвался в холл. Дежурные морские пехотинцы вытаращили на него глаза… до этого он так никогда себя не вел.

– Мистер Рейвен…

– Кто-то из моих здесь?

– Нет… Все уехали.

Майкл бросился в гараж.

За его сектором были закреплены три оперативные машины, ни одной не было на месте. Но тут же стояла и его машина – спортивный черный «Шевроле» с низкой посадкой. Новая модель, сильно похожая на «Ламборгини», хотя и дешевле намного. Совершенно не подходящая для оперативного использования машина… Но он купил ее для того, чтобы произвести впечатление на Натали, которая и впрямь была той еще сучкой. Откуда же он мог тогда знать, что ее придется использовать в оперативных целях?

Ладно, за неимением гербовой…

Он бросил автомат на пассажирское сиденье, запрыгнул в машину сам. Она еще хранила запах Натали, ее любимого «Шанель № 5».

Глухо взревел мотор, машина вывернула из ряда, едва не поцеловавшись с соседней…

Только на улице уже темнело, движение в ночном Каире было, по крайней мере, приемлемым – ему пришло в голову, что идти в одиночку на опасного террориста – не лучшая идея.

Мобильник в таких случаях полагалось держать свободным на случай звонка агента – но у него был только один мобильник. Профессионалом он, положа руку на сердце, не был…

– Стив…

В трубке раздался какой-то шелестящий звук, потом отголосок женского шепота.

– Черт… босс, вы?

– Я, – безжалостно ответил Майкл, отвлекая бывшего морского котика от явно приятных дел, – ты мне нужен. У меня есть кое-что на радаре. Контакт первой степени.

Тюлень вздохнул.

– Можешь подробнее?

– Позвонила неизвестная. Англоязычная. Она напугана, прибор показал, что говорит правду. Она говорит, что видела генерала Абубакара Тимура.

– Что… вот черт…

– Генерала Абубакара Тимура. Он сейчас в Каире.

– Черт… сэр, это может быть провокация, и не более того. Вы же знаете…

– Мне так не кажется. К тому же мы обязаны проверить, верно…

– Ладно… где это…

– Бар Кытта, акведук Аль-Хури. Я не припоминаю, чтобы этот адрес мелькал…

– Я тоже… Почему бы не поручить это нашей доблестной морской пехоте?

– Черт, Стив, да ты что, шутишь? Чтобы они опять наломали дров? Они не поймают генерала, даже если их ткнуть в него носом!

Морской котик промолчал, в трубке было только его тяжелое дыхание.

– Я захватил автомат. Еду туда.

– Черт… я на другом конце города. Мне потребуется время, чтобы добраться туда… Час…

– Полчаса, и ни минутой больше.

– Заметано, босс.

– Отбой.

Майкл прервал разговор. Почему-то он знал, что самый лучший способ командовать людьми – это вести их за собой. Никакого другого способа командования он не признавал.

Свой «Шевроле» он остановил прямо напротив бара Кытта, который был хорошо заметен на улице благодаря неоновой рекламе – очаровательная кошка из красных и синих неоновых трубок. Пока все сходилось. Он даже понял, почему женщина ждет в этом баре – это было самое приметное и оживленное место у акведука. А человек, который один, напуган и которому надо позвонить – идет именно в такое место.

Бар Кытта находился в месте, которое нельзя было назвать ни хорошим, ни плохим. Акведук Аль-Хури, старая архитектурная достопримечательность и прямо в Каире – здесь полно туристов. Раз полно туристов – то и полно полицейских. Рядом с побережьем Нила. Но раз полно туристов – значит, полно всякого темного люда шныряет – продавцы кусочков мумий, подпольные экскурсоводы, обещающие показать никому не известные археологические раскопки. Южнее – комплекс христианских церквей: Святой Варвары, Святого Георгия и Непорочного зачатия. И мечеть Амр ибн аль-Ас. Не раз и не два было, что правоверные, разгоряченные пятничным намазом – после намаза бросались убивать христиан, там спокойно никогда не было.

Но место не такое уж и плохое. Основные отели выше, поток туристов и туристические экскурсии до гробниц тоже выше плюс рядом – ветка метро. И Нил, а на Ниле есть и рыбаки, и скоростные лодки. Можно быстро смотаться, если почуешь неладное…

Он зарядил пистолет и передернул затвор. Грозное оружие – восемнадцать девятимиллиметровых усиленных патронов в магазине, девятнадцатый в стволе, и он умел с ним обращаться. Пистолет он засунул за пояс – не слишком хорошо, но у него не было кобуры, и пока сойдет так. Вскрыл упаковку с магазинами и зарядил автомат. У него в машине была спортивная сумка с принадлежностями для дайвинга, и он несколько секунд раздумывал над тем, не стоит ли вытряхнуть все в багажник, положить в сумку автомат и взять с собой на встречу. Потом решил, что это уже слишком. Пистолета хватит, чтобы, по крайней мере, защитить себя и дождаться помощи, в одиночку идти на захват особо опасного террориста – большая глупость. В разведывательной работе, за редким исключением, нет места героизму. Ты просто делаешь то, что надо делать, и не порешь отсебятину. Тогда что-нибудь да получится…

Автомат он положил на пассажирское сиденье. Машина низкая, стекла тонированные, ночь – никто не заметит…

Поставив машину на сигнализацию – воры в Каире орудовали днем и ночью, – он направился в бар.

Бар в это время был заполнен примерно наполовину подгулявшими иностранцами и египтянами. Открытой стойки с напитками не было, но все были навеселе – в половине египетских баров наливали из-под стола, как в Америке во времена сухого закона. Играла типичная египетская музыка – смесь арабской и местной, восходящей еще ко временам фараонов – когда Египет не был одним из мировых центров исламского экстремизма. Был здесь и стриптиз – совершенно западный шест, у которого извивалась полуголая танцовщица с глазами, подведенными тушью. Полно шармут, проституток – женщины-проститутки в основном работают с иностранцами и отличаются редкостным умением. Майкл проверил пару раз, но потом зарекся. Противно… да и Натали появилась.

Эту женщину он заметил сразу. В Египте женщины не носят джинсы. Даже такие сексапильные, обтягивающие и с низким поясом. Для женщины здесь надеть брюки – это вызов, отсутствие паранджи еще терпят, но за брюки могут забить камнями или зарезать прямо на улице, как овцу. А на этой женщине – была еще клетчатая мужская рубашка…

Она повернулась – и он увидел, насколько она привлекательна. Примерно его возраста, высокие скулы, как у славянки, миндалевидные глаза, которые могли бы скорее принадлежать итальянке, но глаза и взгляд типично британский или американский, не итальянский. Честный и прямой. Итальянки так не смотрят – они сразу начинают соблазнять. Косметики совсем немного.

Она чем-то напоминала его мать в молодости. Он видел фотографии.