Лотерея - Вячеслав Кумин

В пользу этого вывода говорило автоматическое, а не контролируемое людьми, а значит, менее безопасное выведение колонистов из низкотемпературного сна.

Это пугало. Пугало до спазмов в желудке и головокружения. Его бы даже вырвало, если бы было чем. А так только омерзительный привкус желчи во рту появился.

«Без паники… только без паники…» — уговаривал себя Эрик, понимая, что паника тебе ничем не поможет, только хуже сделаешь.

Но спокойствие давалось ему с большим трудом. Скорее это даже другая разновидность страха заставляла его вести себя тихо и не делать резких движений, будто он находится перед опасным хищником.

— Сначала нужно поесть… дать пищу мозгу, чтобы он лучше соображал… и вообще, еда сама по себе хорошее успокоительное…

Эрик нашел в себе силы и протолкнул в глотку из тюбика высокоэнергетический паек в виде киселя с клубничным вкусом из спецнабора, что также располагался под его капсулой, и чем его должны были накормить встречающие.

Резко открылась соседняя капсула, и из нее показался мужик с круглыми от ужаса глазами. Увидев Эрика, мужик чуть успокоился и тоже стал разбираться со своими катетерами и капельницами.

Эрик ясно понял, что здесь вскоре начнется — массовая истерия. Что сделают тысячи людей, когда осознают, что попали в полную задницу, да еще не по своей воле? Даже представить страшно. Ведь даже обжитая колония вызывала страх, а уж неизвестное место так и вовсе вызовет ужас.

Мужик оказался довольно крепким и быстро привел себя в порядок. Оделся. После чего склонился над соседней капсулой.

— Эй, парень…

Махов посмотрел в сторону мужика.

— Как тебя зовут? Меня — Антон Николаевич Ремезов.

— Эрик Махов… Юрьевич…

— Помоги, Эрик. Тут моя жена… видимо, она не очень хорошо перенесла полет…

— Хорошо…

Эрик встал и направился к Антону Николаевичу. Его жена действительно едва подавала признаки жизни, хотя на индикаторе медицинского блока горели зеленые огоньки, значит, все положенные процедурой мероприятия завершены.

Ремезов открыл крышку и стал отсоединять все трубочки и катетеры от тела своей жены.

Эрик старался не смотреть на обнаженное тело женщины, хотя никаких чувств оно у него не вызывало и не вызвало бы, даже если бы рядом не стоял ее муж. Что называется — не до утех…

— Подержи, я ее сейчас разотру…

«Похоже, он еще не догнал, что мы в жопе, — подумал Эрик. — Да нет, догнал, просто на повестке дня у него сейчас другой вопрос — жена».

После того как Ремезов хорошенько растер тело женщины полотенцами, одел, она стала дышать гораздо глубже и ровнее.

— Ну вот, другое дело… Спасибо.

— Да не за что…

— Теперь давай разбираться с тем дерьмом, в которое мы угодили. Нас не встречают с цветами и оркестром, значит, мы не на Орхане системы Орфея, так?

— Получается, что так…

— Эта мигалка говорит, что у нас аварийная ситуация, но мы все же куда-то приземлились, раз не болтаемся в невесомости, так?

— Да…

— Осталось выяснить, куда именно нас занесла сука-судьба.

— Вот с этим-то как раз проблема. Как это выяснить?

— Нужен какой-то пульт управления…

Его взор сначала наткнулся на медицинский терминал, что стоял возле каждой капсулы. Но увы, он ничем помочь не мог. После перезагрузки его можно использовать как личный домашний компьютер и телевизор в колонии, но никакой полезной информации о произошедшем он сейчас выдать просто не мог. Не его функция.

— Это не подходит… — констатировал Ремезов. — Центр управления?

— А он тут есть? Это же просто посадочный модуль.

— Но ведь его при помощи бортового компьютера спускают. Давай поищем.

Ремезов склонился над женщиной, добился, чтобы она сфокусировала на нем блуждающий взгляд, и отчетливо проговорил:

— Дорогая, все в порядке, я ненадолго отлучусь, а ты оставайся здесь, приходи в себя. Поешь… Договорились?

Женщина слабо кивнула.

— Вот и отлично.