Девятый вал I: шторм судеб - Александр Спиридонов

детей как солдат. В девятилетнем возрасте они сражаются насмерть с другими детьми в ножевом бою. Порой при определенных условиях нож выдается лишь одному из кандидатов, а выживший сразу после боя отправляется в джунгли ровно на семь дней, несмотря на полученные раны. Естественный отбор для выявления сильнейших. Говорят, лишь они вступали в бой с армией Тратгира во время чистки континента. Малат — великолепный оазис в Буйном море. Именно здесь мы и находимся. Большинство ресурсов находится именно на этих островах, — Мелех сделал небольшой выдох, словно уставший учитель после сложной и длинной лекции. — Я могу перечислять еще долго, но таких народов десятки, больше или меньше. Каждому из них мы предложили вступить в наши ряды в обмен на ресурсы — кто-то отказался, а кто-то хотел жить в лучших условиях. — Мелех сел на рядом находящийся стул и положил указку на стол. — Я объединил Буйное море, да, иногда кровью, без этого никак. Смертей было много, но в итоге кучка разрозненных племен может вместе давать отпор смертоносности этого места, используя ресурсы и передвижения.

Воцарилась тишина. Мелех дал время ученому на осознание информации. Словно огромная куча мяса, сваленная в мясорубку, тайная жизнь Буйного моря, скрытая за завесой неизвестности, попала в голову Инкрития.

— Вы хотите, чтобы я помог вам определить закономерность образования каналов, полностью облегчив передвижение по Буйному морю. Верно я вас понял?

— Лично я считаю, что полной закономерности нет, это постоянно движущийся лабиринт, но, — Мелех указал на красные линии, идущие от островов Малат. Существуют постоянные коридоры, один из них здесь, в Малате. Он есть всегда, и, я считаю, такие коридоры есть еще. Сейчас путешествия по Буйному морю в его глубь все еще затруднительны из-за гигантских штормов. Острова Дарон — это самая глубокая точка, которой мы достигали, и условия там таковы, что даже наши корабли и люди опасаются туда заходить, но это вполне возможно. Поэтому вот мое предложение: найдите постоянные коридоры к общему Южному морю от большинства указанных островов, дополните информацию в моей библиотеке своей, все, что сможете узнать с безграничными ресурсами о Буйном море за два месяца.

— Почему два месяца?

Мелех улыбнулся и достал из-под лежавшей на столе книги, стопку бумаг.

— Мы наблюдали за вами давно, господин Инкритий.

Ученый, увидев походную документацию, которую он сдает после каждой экспедиции, был ошеломлен. Количество и состав экипажа, подробный маршрут и даже результаты — все было представлено на бумагах.

— Итак, ваша первая экспедиция длились месяц, вторая — два месяца, ну, а третья, соответственно, — три месяца. Мы знаем, что Отан не горит желанием спонсировать ваши экспедиции, а потому в этот раз вы получили разрешение лишь благодаря капитану Альдиму Уоррелу, но и он не смог получить для вас больше трех месяцев. Несколько недель вы уже провели в море, потому осталось два с небольшим месяца. Мор-Отан не должен узнать о нашей возможной связи, иначе, боюсь, ваша научная деятельность будет, мягко говоря, осложнена пожизненным тюремным сроком. Закончив вашу работу, мы посадим вас на банкорийский торговый корабль и привезем к берегу Ландау, разыграв сценарий несчастного случая и уничтожения кораблей и находящихся на них людей стихией. Вопросы, конечно, возникнут, но, уверен, учитывая вашу репутацию и дружбу с капитаном Альдимом, вопросы быстро погаснут.

Инкритий размышлял. Возможность подробного изучения уже имеющихся данных по Буйному морю, его истории и географии от первоисточников, возможность самостоятельного изучения непосредственно внутри походных каналов были невероятно заманчивыми, причем настолько, что, будто мантией, скрывали от Инкрития мысль об убитых и растерзанных товарищах, десятках, погубленных на кораблях, потопленных в море и обезглавленных руками Рамоса. Память взяла свое, и мантия окрасилась кроваво- красным, напоминая о сущности человека, сидящего перед ним.

— Вы сказали «закончив работу»? — ученый сделал небольшую паузу. — А что, если я ее не начну, попросив отпустить меня и моих людей сейчас?

Лицо Мелеха все еще не отражало угрозы, тем не менее в этот миг словно воздух стал тяжелее и сердце Инкрития разогналось до небывалых величин.

— Боюсь, в этом случае стихия поглотила всех, господин Инкритий, включая вас.

Инкритий сделал выдох отчаянья, будучи выброшенным из облаков, в которых витал. Он вернулся в реальность, осознавая свой пленный статус.

— Включая вас, — продолжал Мелех, — включая маленького Эпсилона и, конечно же, вашу прекрасную жену Анну, находящихся на материке.

Шок и паника окутали каждую клетку Инкрития.

— Нет, нет, прошу, я все сделаю, не трогайте никого, работа будет закончена.

Ученый понимал: если в их руках находятся походные отчеты о походах в Буйное море, обычно хранящиеся под защитой в замке, добраться до членов его семьи для Армады задача из легких.

— Это прекрасно, — Мелех зловеще рассмеялся, и его глаза впервые утратили свой запал любопытного ученого, превратившись в дьявольски коварные, — потому что мы знаем о семьях каждого как живого, так и мертвого членов вашего экипажа. — Мелех встал и, проходя мимо Инкрития, шепнул ему на ухо: — Не хотелось бы видеть смерть каждого из них. — Генерал Армады подошел к двери и открыл ее, указывая новому картографу морского дьявола на выход: — Я даю слово, что вы вернетесь домой живым и здоровым к также живой и здоровой семье ровно через два месяца.

«Чего стоит слово дьявола», — подумал Инкритий, проходя мимо него.

…….

— Практически на месте, будьте готовы! — прокричал один из даронийцев, спешно вытягивая паруса корабля в соответствии с ветром. Канал, по которому уже двое суток шло разведывательное судно, стремительно закрывался и, словно пресс, желал раздавить нежеланных гостей. — Нужно замедлить ход, иначе наскачем на рифы!

Ветер начинал усиливаться, а волны подниматься все выше, словно незримое нечто, толкающее корабль из стороны в сторону. Природные изменения знаменовали соединение штормовых фронтов.

— Ход не сбавлять, мы должны проскочить, — Инкритий, внимательно рассматривающий выданную ему карту, уверенно озвучил свои мысли. — Рифы, судя по карте, находятся близ берега, до которого еще примерно час пути, а вот канал, судя по ветру, закроется совсем скоро, и тогда, друзья мои, — ученый говорил все громче и громче, пытаясь перекричать увеличивающийся гул стихии, — и тогда, боюсь, мы будем отрезаны от Вииту несколькими километрами шторма. Кто из вас, папкиных недоразумений, хочет с ним потягаться?

— Капитан, мне кажется, пиратская компания на вас плохо влияет, — сказал Люпус, с улыбкой глядя на Инкрития.

— Нужно найти с ними общий язык: путешествие будет долгим, а жить нам придется вместе.

Походный корабль Армады уже двое суток находился в пути. Внесённое Мелехом предложение было воспринято командой тяжело, тем не менее, понимая, что