Красный реванш - Андрей Максимушкин

Автор ненавязчиво подводил читателя к мысли, что следует отказаться от автономных республик и округов, преобразовав их в области и районы. Литву, Латвию и Эстонию надо объединить в одну Прибалтийскую ССР, со столицей в Риге или, еще лучше, в Митаве. Вильно и Ревель при этом станут административными центрами районов. В Закавказье создать соответственно Закавказскую ССР. Укрупнить некоторые области в РСФСР.

Внизу, в качестве обсуждения, шли две коротенькие статейки. Одна от лидера Либерально-демократической партии Советского Союза В. В. Жигулевского. Безусловно, однозначно «за», вплоть до отмены всех союзных республик. И от некоего профессора МГУ Григория Якобинского соответственно «против». Якобинский предлагал осторожно подходить к национальному вопросу, придерживаться «норм международного права» и права наций на самоопределение. Стас возмущенно хмыкнул, в Югославии именно соблюдение «норм международного права» и «права наций на самоопределение» привело к кровавой бойне, которая длится с небольшими перерывами уже с 91-го года. Хорватия и Сербская Краина, Босния, сейчас Косово. Нет, во всем надо знать меру. А Дорошев молодец, хорошо пишет, вдумчиво, и аргументы у него убойные.

Время прошло незаметно. Стас сложил газету и аккуратно положил ее в баул. Затем подхватил свой багаж в одну руку и двинулся к регистрационным стойкам. Чемодан и баул оттягивали руку. И откуда столько всего взялось? Вроде ничего лишнего не брал, все равно получилось много. Зимние ботинки, тёплая подстежка для куртки, в Югославии зимой термометр опускается до 10 градусов ниже нуля, шапка, рубашек штуки четыре, белье, носков с дюжину пар, костюм, джинсы и запасные брюки, бритву, мелочовку всякую, естественно, две бутылки водки, так и набралось. В этот момент объявили регистрацию на рейс № 826 Внуково–Белград, пассажирам предлагалось пройти к шестой стойке. Пока Стас дошел до сектора регистрации, у стойки уже образовалась очередь, человек шесть. Последним стоял невысокий товарищ средних лет в осеннем пальто, с глубокими залысинами и орлиным носом, выдававшим его происхождение. Стас уже видел его вчера в Министерстве обороны.

– Добрый день, вы уже здесь? – Стас легонько тронул товарища за локоть.

– А, здравствуйте, я вас и не заметил. – Георгий, – обладатель орлиного носа, с легким поклоном протянул ладонь.

– Станислав, очень приятно.

– Вы, я вижу, хорошо подготовились к поездке. – Георгий кивнул в сторону поклажи Стаса, сам он держал в руке только один чемодан. – А я так закрутился в последние дни, что поехал в пальто. А там придется больше в поле работать.

Сам Стас был одет в короткую молодежную кожаную куртку, простую, прочную и удобную. В этот момент подошла их очередь. Симпатичная белозубая шатенка в форменном пиджачке «Аэрофлота» проверила их билеты и вбила имена в компьютер. Подхватив свои чемоданы, новые знакомые двинулись к таможенному сектору. Во Внуково сектор для заграничных рейсов был отделен от остального аэропорта. Предполагалось, что для удобства пассажиров. Через несколько метров Станислава и Георгия догнал еще один участник вчерашнего инструктажа. Круглолицый рыжеволосый здоровяк представился Антоном. После церемонии знакомства, когда, повернув по коридору, они попали в таможенный зал, Антон неожиданно побледнел. Через стеклянную стену за таможней открывался вид на летное поле.

– Черт подери! Ненавижу самолеты!

– Так, может, проще было поездом? – поинтересовался Стас.

– Ага, я только заикнулся в Конторе, так меня уже собрались снимать с поездки. Нет, уж лучше немножко потерплю, но зато бесплатно попаду в загранку.

– Есть хороший способ. Перед посадкой выпиваешь бутылку вина, перед взлетом еще одну, и все в порядке, – посоветовал Георгий.

– Ну да, – улыбнулся Антон, – а потом еще и еще.

– Правильно.

– А в Белграде тебя даже не выпустят из самолета, а сразу упакуют в багаж и отправят обратно, чтоб не действовал разлагающе на сербов.

Стасу лицо Антона показалось знакомым. Где-то он ого уже видел. Определенно раньше они встречались, только бы вспомнить, где?

– У нас один товарищ на заводе тоже боится летать, – рассказывал Антон, постепенно приобретая естественный цвет лица. – Он берет с собой пачку бумаги, авторучку и сразу после посадки в самолет принимается считать дробные степени и численные дифференциалы без калькулятора. Говорит, и полет проходит незаметно, и для мозгов разминка.

– А товарища зовут, случаем, не Владимир Леонидович? – спросил Стас. В мире не так много встречается оригиналов. Стас знал только одного человека, боровшегося с боязнью самолетов таким способом.

– Да, так и есть. А вы его знаете?

– Так вы, Антон, из Челябинска! А я думаю, где это я вас встречал?!

– Вот черт! А вы из Владимира, из КБ! Все точно, узнал!

Мир тесен. Антон работал на Челябинском машиностроительном, производившем «Буки», «С-300», противокорабельные «Яхонты» и еще много чего летающего и взрывающегося. Естественно, Стас, часто бывавший на заводе, видел Антона, но с глазу на глаз не встречался.

– А вы откуда? – поинтересовался Антон у молчавшего Георгия.

– Я из Подольска. Системотехник, радиометрист. Провода, антенны, ЭВМ.

– Все ясно, будете нам цели подсвечивать и помехами укутывать.

– Вроде этого. – Несмотря на свою выраженную кавказскую внешность, Георгий говорил чисто, без акцента, видимо, долго жил в России. За разговорами они незаметно подошли к свободному таможеннику. Стас шел первым. Отдав таможеннику документы и бросив багаж на ленту транспортера, он выгрузил из кармана связку ключей и прошел через ворота металлодетектора. Пока багаж просвечивался, чиновник быстро взглянул на документы, бросил короткий взгляд на Станислава, сравнивая оригинал с фотографией, и приложил печать. Рабочая виза с печатью МО способствовала максимально быстрому прохождению пограничного контроля. Сразу за таможенниками в том же зале принимали багаж. Это заняло считаные секунды. Убирая в карман багажные бирки, Стас обратил внимание на Георгия. У того возникли проблемы с таможней. Лейтенант пограничной службы, доселе мирно наблюдавший на экране монитора за проплывающими через рентген чемоданами и сумками, внезапно оживился и, самолично сняв чемодан Георгия с ленты, что-то тихо сказал оформлявшему документы коллеге.

– Нож ваш? – поинтересовался тот.

– Не нож, а кинжал.

– Значит, ваш? Документы есть?

– В декларации все написано, – ответил Георгий, извлекая из внутреннего кармана какую-то бумажку и протягивая ее через стойку, – а вот разрешение на ношение.

– Это уберите, не нужно, это будете в Югославии показывать, – ответил таможенник и, полуобернувшись к лейтенанту, попросил: – Коль, открой чемодан.

На свет божий был извлечен клинок сантиметров 30 длиной с бронзовой рукояткой художественного литья в простых кожаных ножнах. Больше в чемодане не обнаружилось ничего интересного. Стас заметил, как двое охранников в бронежилетах и с короткими автоматами, до этого момента лениво наблюдавшие за пассажирами, подобрались. Один из них как бы невзначай приблизился к Георгию, а второй, отступив на шаг в сторону, приподнял автомат. Вернувшись к документам и внимательно перечитав декларацию, таможенники положили кинжал на место. Вскоре Георгий присоединился к ожидающим его Стасу и Антону.