Игры вышнего мира - Олег Авраменко

— А кто же? — спросил Ларссон.

Запинаясь и порой всхлипывая, Герти стала рассказывать ему свою историю, которую Лассон знал и так. К счастью, ему не пришлось задействовать свой артистизм, чтобы изображать на лице соответствующие эмоции, поскольку девушка говорила, не поднимая головы с его плеча. Он просто слушал, а когда она надолго умолкала, подбадривал её короткими сочувственными репликами.

— Я не верю, что мама была злой ведьмой, — сказала под конец Герти. — Не хочу, отказываюсь верить. Но… — Она тихо шмыгнула носом. — Я очень боюсь, что это может быть правдой. Хотя и стараюсь убедить себя в том, что произошла ужасная ошибка, что мама стала жертвой рокового стечения обстоятельств. Ведь она всегда была такой доброй, лечила людей… А ещё, будь она служительницей тёмных сил, Вышний Мир не стал бы направлять мне послание.

— Послание? — встрепенулся Ларссон. — Какое послание?

— Я видела во сне троих человек, взрослого мужчину и двух мальчиков. Они посоветовали мне уехать с Зелунда вместе с Марком. А когда я описала этих людей Марку, он сказал, что знает их. Мужчину зовут… звали Ривал де Каэрден, а мальчики были братьями королевы Инги. Все трое давно погибли. Марк уверен, что это было послание Вышнего Мира. И мастер Ильмарссон так считает.

— Расскажи об этом подробнее? — попросил Ларссон.

Герти подняла голову с его плеча, быстро взглянула на небо, где уже зажглись звёзды и всё ярче разгоралась ущербная луна, затем посмотрела на часы.

— Ой, мне уже пора! — произнесла она и соскочила с коленей Ларссона. — С каждым днём я всё позже возвращаюсь. Скоро не буду успевать на ужин. Пойдём обратно, Эйнар.

Ларссон медленно поднялся, чувствуя, как у него затекли ноги. Герти была лёгонькая, но отнюдь не невесомая. Впрочем, за удовольствие целый час продержать её у себя на коленях это была невысокая плата.

— Ладно, пойдём.

По пути к школе, Герти во всех подробностях поведала ему о своём сне и даже показала мысленную «картинку» тех троих, что явились к ней с посланием. И хотя с тех пор прошло почти четыре месяца, изображение было на удивление чётким — то ли Герти обладала очень хорошей зрительной памятью, то ли едва не каждый день вспоминала о том сне.

В мужчине Ларссон безошибочно признал Ривала де Каэрдена, чей портрет после событий на Агрисе был помещён в Зал Славы Инквизиции. А младший из мальчиков и впрямь сильно походил на королеву Ингу. Насколько Ларссон помнил, его звали Гийом…

— Но есть один вопрос, — сказала Герти нерешительно, — который я боюсь задать Марку. И главному мастеру тоже.

— Было ли это послание от Вышних? — сразу догадался Ларссон.

— Да, — кивнула она. — Когда я думаю об этом, то… В общем, если моя мама была… ну, той, кем её считают, тогда Вышнему Миру не было смысла заботиться обо мне. А значит, я могла получить послание с противоположной стороны — фальшивое, призванное убедить Марка забрать меня с Зелунда, где мне грозила смерть. И также это значит, что я нужна… — из её груди вырвался горький всхлип, — тем, кому, возможно, служила мама…

В первый момент Ларссоном овладел соблазн воспользоваться сомнениями Герти и завести разговор о том, чтобы уехать с Торнина, спрятаться от происков тёмных сил. Но нет — она всё равно откажется. Даже страх перед Нижним Миром не заставит её бросить школу, где ей так хорошо, где она чувствует себя счастливой…

— Выбрось из головы эти глупости, — твёрдо произнёс Ларссон. — Если бы ты не побоялась спросить, то давно бы уже знала, что Нижний Мир не может насылать логичные и содержательные сны, он способен породить только бессвязные видения и кошмары. Во всяком случае, пока ты находишься на Гранях.

— Значит, послание было от Вышних? Ты уверен?

— Нет, не уверен. Не исключено, что этот сон наслал на тебя тот же Марк.

— Он уверял, что не делал этого. Да и зачем ему?

— Например, чтобы ты согласилась уехать с ним. Может быть, он положил на тебя глаз.

Как Ларссон и ожидал, это предположение заметно развеселило Герти:

— Эйнар, ты ревнуешь? В самом деле?

— Ну, немного, — признался он, и это была чистая правда.

— Тогда можешь успокоиться. Для Марка я всего лишь малолетняя девчонка, которую он взялся опекать. Ведь он весь из себя такой взрослый, и нравятся ему взрослые девушки. Особенно Андреа.

— Та, с которой он ведёт занятия? — на всякий случай уточнил Ларссон; в своих рассказах Герти часто упоминала о двух молодых учительницах, Андреа и Гвен, но он постоянно их путал.

— Да, она. И Марк ей тоже нравится, это сразу заметно. Думаю, из них получится хорошая пара… Правда, Аби так не считает, бедняжка, — добавила Герти сочувственным тоном. — Она сама влюблена в Марка.

Дальше они шли молча. Ларссон обнимал Герти за талию и думал о сне, который она видела, пытаясь увязать его с другими обстоятельствами этой истории. А ситуация получалась крайне запутанной и неоднозначной. Ларссон не солгал девушке — Нижний Мир не был причастен к её сну. Связные и содержательные сны, исходящие из Преисподней, человек мог видеть только в «колодце», а во всех других случаях это была исключительная прерогатива Вышнего Мира. Ларссон уже знал, что за шесть лет его отсутствия Вышние резко активизировались, и если раньше насылаемые ими сны были такой редкостью, что в их реальность мало кто верил, то в последние годы эти сны-видения стали явлением довольно частым и для них даже подобрали специальный термин — послания. Разумеется, как и в прежние времена, большинство таких посланий на деле оказывались плодом слишком буйного (или больного) воображения, и тогда их называли ложными или фальшивыми. Однако в случае с Герти такой вариант исключался — ведь в своём сне она видела людей, которых никогда не знала, а значит, не могла это придумать ни сознательно, ни бессознательно. Посему оставалось две возможности: либо видение наслал на неё Марк фон Гаршвиц — единственный колдун, находившийся рядом с ней, либо это действительно было послание Вышнего Мира. В первый вариант верилось с трудом — если бы Марк хотел заставить Герти поехать с ним, он придумал бы видение поубедительнее. А так, и по своей форме, и по содержанию, сон был скорее адресован самому Марку — чтобы он взял девушку с собой на Торнин.

По всему выходило, что страхи Велиала были не напрасны и в эти события вмешались Вышние. Причём вмешались как минимум дважды: сначала, повлияв на местного пастора, пытались уничтожить Герти, а потом, когда на Зелунде появился Марк фон Гаршвиц, приняли прямо противоположное решение и посодействовали тому, чтобы она попала в школу Ильмарссона — куда её и собирался отправить Велиал. Похоже, они затеяли с ним какую-то хитрую игру и рассчитывали выйти из неё победителями.

Но положение Герти от этого лучше не становилось, а наоборот — лишь усугублялось. Кто бы ни победил в противостоянии двух вселенских сил, она в любом случае окажется проигравшей…

Наконец они дошли до того места под скалой, где обычно встречались и расставались.