Сердце тени. Том 1 - Екатерина Стадникова

– Только связной Тэсори. – Во взгляде реконструктора промелькнуло гаденькое злорадство.

– Придется написать новый вариант метрики для мисс Варлоу. – Ни один мускул не дрогнул на каменном лице, но вот внутри все буквально переворачивалось.

Попытка «взять с наскока» провалилась: слова ответа крупно отпечатались на морщинистой физиономии прежде, чем прозвучали.

– Это прямое нарушение закона, караемое тюрьмой. – Щуплые плечи расправились. – Я не только не стану этого делать, но и могу донести, куда следует, о вашем предложении.

– Можете, – подтвердил Коллоу. – А я могу доказать, что метрика – результат вашей непростительной ошибки при реконструкции.

– Моя ошибка будет стоить карьеры, а вот подделка документов сломает жизнь, – осмелев окончательно, возразил Гудман. – Предлагаю просто забыть о нашем разговоре.

– Пожалуй, придется согласиться, – изобразив короткие, но мучительные раздумья, кивнул он.

– Спасибо за понимание. – Наверняка мелкий профессоришка страшно вырос в собственных глазах.

Дальнейшее общение не имело смысла, так что Джулиус просто захлопнул складное зеркальце и крепко задумался. С одной стороны, эта уязвимость еще никому не помешала. А с другой, если девочка рано или поздно окажется впутанной в историю с пророчеством и дивными, следует пойти на хитрость.

Сэр Коллоу прекрасно знал, что не он один интересовался древними предсказаниями. Орден давным-давно перестал уделять внимание закрытым делам первого века, а вот банальные разведки стран, считающих себя цивилизованными, располагали расплывчатыми данными и даже умудрялись наступать на пятки.

Проклятая бюрократическая путаница! Хоть Орден и считается формально организацией международной, его члены не имеют гражданства и живут по законам, установленным Советом, Трибуналом и Магистром. Естественно, все еще находятся те, кого подобное положение вещей не устраивает. Если бы не контроль над энергией Призмы, благодаря которой существует все вокруг, и не священный долг защищать каждый клочок планеты от мыслимых и немыслимых угроз, положение Теней сделалось бы весьма шатким. Отсюда такое твердокаменное желание смертных путаться под ногами.

Лучше переоценить противника, чем недооценить. Смогли же они пронюхать, что «великий и ужасный Коллоу» добровольно расстался со своим сердцем, смогли вычислить потенциальную пророчицу. Он сам тогда не стал пресекать попытку внедрения агента, чтоб присмотреться к их стилю работы поближе. Приятно, что разведки никогда не перестанут конкурировать еще и друг с другом. Это сильно уменьшает их шансы…

Вернувшись за столик, Джулиус не избавился от назойливых жалящих мыслей. Фолия открытым текстом предупредила, чем заканчиваются раскопки в направлении, тянувшем словно магнит. Все настолько привыкли считать ее умалишенной, что едва ли воспринимали всерьез. А если нет? Тогда слова о том, что он больше не вернется, не предположение, а совет.

«Джулс, взгляни на себя! Это похоже на приступ паранойи», – сердце обиженно сжалось в груди. – «Одно верно: с милейшим профессором нужно что-то делать».

Чтоб не возиться с пером и чернилами, Коллоу извлек из чемоданчика огрызок простого карандаша и быстро набросал записку на клочке белоснежной салфетки. Свернув послание вчетверо, он снова достал зеркальце, сунул в него записку и осторожно захлопнул.

Неприятный осадок, оставшийся после разговора с Гудманом, улетучился, вытесненный потрясающим запахом горячего кофе и ягодного пирога.

– Здравствуйте, Сэр! – пискнул знакомый голос откуда-то снизу. – Если бы я знал, что встречу вас, непременно захватил бы плащ. А так не могу предложить ничего, кроме собственной благодарности.

– У тебя выходной, Иеремая? – Джулиус знаком предложил вчерашнему карлику располагаться за своим столиком.

– Нет, Сэр, – устраиваясь поудобнее, признался тот. – Я был в городе по делам Университета.

На последних словах смешное носатое личико исполнилось гордости.

– Наверняка что-то очень важное, – без тени иронии улыбнулся Коллоу.

– Что вы! – немедленно возразил Иеремая. – Я всего лишь относил заказ на чернила и перья в лавку.

Честные синие глаза смотрели с неподдельной детской наивностью. Внимание привлекло странное оживление у стойки: напыщенного вида дамочка тыкала пальцем в их сторону и что-то тихо объясняла склонившемуся к ней официанту.

«Едва ли это заказ», – делая вид, что не обращает на происходящее никакого внимания, отметил Джулиус про себя.

И точно: дослушав озабоченную особу до конца, официант выпрямился и решительно направился через весь зал.

– Простите, господин, но карликам, равно как и другим нелюдям, запрещено находиться в нашем заведении, – откашлявшись, объявил он. – Прикажите своему слуге подождать вас на улице.

Иеремая густо покраснел и предпринял попытку улизнуть, чтобы избежать развития конфликта.

– Не думай даже. – Джулиус протянул руку через стол и осторожно удержал несчастного.

– Тогда я приглашу хозяина и попрошу покинуть заведение вас обоих, – с металлом в голосе продолжил официант.

– Нет, правда, я пойду, Сэр, – пискнул карлик, крупные бусины слез стремительно набухали, склеивая ресницы.

– Да что же это за день такой?.. – Живое сердце билось гулко и мерно, а в голове воцарилась невероятная ясность. – Зовите кого считаете нужным. Для справки, констебля я видел за углом.

– Зачем, Сэр? – испуганно прошептал Иеремая, утирая лицо рукавом.

– Потом объясню. – Не теряя времени даром, Коллоу снял новенький серый плащ.

Люди в зале перестали жевать и с интересом наблюдали за происходящим, а зачинщица, первой оценив пикантность ситуации, поспешила скрыться в уборной.

Когда же на горизонте показались двое – официант и толстый свиноподобный мужичонка в безвкусном наряде – Джулиус не придумал ничего лучше, чем просто встать во весь свой немаленький рост.

Толстый отчаянно потел и хлопал поросячьими глазками, официант испуганно изучал знаки отличия на идеально черной форме, а Танцор возвышался над ними, точно скала, грозящая обрушиться лавиной.

– Немая сцена затянулась, – буквально обжигая холодом, произнес он.

– Приносим свои извинения за беспокойство, и… – нашелся толстяк.

– Не мне, – оборвал того Коллоу.

– Как не вам? – мужичонка побагровел.

– Причины, как минимум, две. – Восхитительная ясность мыслей и торжествующий трепет живого сердца подстегивали. – Разве я похож на карлика?

– Вовсе нет, Сэр, – толстяк затряс круглой головой.

– Это раз, – подтвердил Коллоу. – Своим странным предложением вы нанесли обиду моему доверенному лицу – это два.

Несчастный Иеремая не знал, куда себя деть. Он ерзал на стуле и хлопал влажными ресницами.