Мальчик и Тьма - Сергей Лукьяненко

– Леди, нельзя ли попробовать на обед рыбного супа?

Просиявшая Магда закивала. Мы вышли, и из-за захлопнувшейсядвери до нас донесся гул возбужденных голосов.

– Комедия… – хихикнул Лэн.

Котенок обиженно воскликнул:

– Кому комедия, а кому и роль клоуна… Так куда двинемся?

Лэн, а следом и я пожали плечами.

– Значит, будем гулять, пока не найдем чего-нибудьинтересного, – решил Котенок. И мы пошли по улице, глазея по сторонам. Впрочем,глазеть было особенно не на что. Дома, прохожие, которых мы ничем неинтересовали, часто натыканные фонари.

– Ну как, Данька, по-прежнему считаешь, что торговцы вчем-то замешаны? – полюбопытствовал Котенок.

– Не знаю, – признался я. – Хиловаты они для серьезныхпакостей.

– Задай себе главный вопрос, – наставительно сказал Котенок.– Самый главный. Если правильно поставить вопрос, то в нем будет и ответ…

– По-моему, ты нам морочишь голову, – разозлился я. – Самчто-то знаешь… а нам не говоришь.

Котенок промолчал, и мы так и шли молча, пока я не выдавил:

– Главный вопрос – кому это выгодно? Так?

– Ну, приблизительно, – без энтузиазма ответил Котенок.

– Торговцам выгодно! – убежденно сказал Лэн. – Они на наснаживаются! – И посмотрел на меня: – Ведь правда, Данька? Так?

– Не перебивай Старшего, – осадил его Котенок. – Совсемраспустился. И кто же во всем виноват, Данька?

– Не знаю, – честно сказал я. – Конечно, торговцам выгодно…

– Если ты выбросишь за окно котлету, а на нее слетятся мухи,ты скажешь, что мухи во всем виноваты? – полюбопытствовал Котенок.

– Если они вначале усядутся на котлету и мне будет противноее есть, значит, они и виноваты! – снова встрял Лэн.

– Ну… в общем… – растерялся Котенок. Потом сердито мяукнул исказал: – Мальчишки. В слова играете. Ничего вам пока не понять…

– Сам начал, – без особой убежденности сказал Лэн. И дальшемы пошли молча.

Постепенно улица стала меняться. Дома теперь были повыше,фонари – куда чаще. Потом в домах стали попадаться подсвеченные изнутристеклянные витрины со всякой всячиной.

– Лавки, – обрадовался Котенок, словно давно мечталприкупить что-нибудь. – Деньги у нас с собой, Данька?

– Да.

– Пошли.

И спрыгнув с рук Лэна, он направился к одной из дверей. Ятолько плечами пожал.

В лавке оказалось светло – пожалуй, даже слишком. Здесьгорело штук пять ламп, но дело было даже не в этом: отовсюду – со стен и полок– сияли, отражая свет, зеркала.

– Купишь то, возле которого я начну умываться, –заговорщицки сообщил Котенок.

А к нам уже подходил хозяин лавки – скуластый и черноволосыйпарень. Попадавшихся нам раньше торговцев он не очень-то напоминал, но держалсяпо-хозяйски уверенно.

– Желаете сделать покупку, молодые люди? – вежливо, но безособых восторгов спросил он. – В нашем городе надо платить…

– Знаю, – сказал я, глядя на Котенка, лениво гуляющего вдольстен и заглядывающего в зеркала. – Мы заплатим.

Физиономия у парня сразу изменилась.

– Прекрасный день! У меня много покупателей, но Крылатыхсреди них еще не было! Что вы хотите?

– Зеркало, – глупо ответил я.

– Разумеется, но какое? – Парень театрально взмахнул рукой.– Маленькое или большое, для дома или для путешествий, круглое или квадратное,новое или старинное, в раме или без, украшенное драгоценностями или…

Солнечный котенок тем временем уселся под маленьким круглымзеркальцем в простой деревянной раме и принялся умываться.

– Да нет, нам попроще, – с облегчением сказал я. – Вон то,например, вполне подойдет.

Торговец повернулся, уставился на Котенка.

– А зверек откуда?

Котенок от возмущения прекратил умываться и выгнул спинку.

– Это наш, – вмешался я. – Не бойтесь, он ничего неразобьет.

– Разобьет – заплатите, – непринужденно сообщил парень. –То, говорите…

Он снял зеркало со стены так бережно, словно это былахрупкая ваза. Торжественно провозгласил:

– Это зеркало работы древнего мастера, такое старинное, чтопродавать его я не хотел. Двадцать монет, конечно, не компенсируют…

– Пошли. – Я дернул Лэна за руку.

– Подождите! – возмутился торговец. – Давайте найдемкомпромисс!

…Через четверть часа, обеднев на три монеты, но неся в рукахсверток с зеркалом, мы выбрались из лавки. Лэн весело сказал:

– Все равно ведь обманул, точно?

– Он думает, что обманул, – насмешливо отозвался Котенок. –На самом же деле – прогадал, да еще как.

– Это Настоящее зеркало, верно? – спросил я.

– Верно, – согласился Котенок. – Молодец, Данька.

– Подумаешь, – сказал я. – Даже могу догадаться, для чегооно нужно. Мы сделаем еще одного Котенка. Друга для тебя. Так?

Котенок, мирно сидевший на руках у Лэна, соскочил на тротуари завопил:

– Что? Идиот! Мальчишка! Солнечных котят так просто неделают! И зачем это вам еще один? Меня мало, что ли?

– Извини, – растерялся я. – Но зачем, если…

– Если дурак торговец не подозревал, что это за зеркало, –продолжал кипятиться Котенок, – то найдутся люди поумнее. Нам нужно оружие.Хорошее оружие. Чтобы победить Летящих. А хорошее оружие за десяток монет некупишь. Глупый мальчишка…

Он облизнул лапку и принялся нервно умываться.

– Извини, – повторил я.

– Если такой умный, лучше посмотрись в зеркало, – вдруг предложилКотенок. – Хочешь?

Я растерянно уставился на сверток в своих руках. Посмотреть?И… увидеть свою сущность?

– Нет, – тихо ответил я. – Нет. Я не хочу.

– И правильно делаешь, – сказал Котенок, к которому ужевернулось самообладание. – Могу тебя уверить, не понравится.

Прохожие с любопытством поглядывали на странную сцену – двоеКрылатых, стоящих перед котенком. Хорошо хоть никто из них не заметил, что мыразговариваем не друг с другом.

– Пошли, – заявил наконец Котенок. – И смотрите по сторонам.Нам нужна витрина с оружием.