Тимиредис. Запад и Восток - Надежда Кузьмина

Наука всегда оказывается не права. Она не в состоянии решить ни одного вопроса, не поставив при этом десятка новых.

Б. Шоу

Мы наконец-то вернулись в Галарэн. Прихватив с собой коней. Буланая селёдка была собой заслуженно горда — она поразила всех, выложилась до предела, но мы с ней обскакали даже Аса на вороном. А ещё у кобылы появилась репутация. Если Прибоя конюхи промеж собой называли не иначе как живоглотом, то моя вредина всего за пять дней заработала прозвище «жор-рыба». Услышав это в первый раз, я захихикала: в точку! По статям, аппетиту и норову она самая и есть. Но кобыле я этого говорить не буду, а то обидится.

Шон, протащив лошадей через портал, мотнул встрёпанной головой:

— У нормальных хозяев лошади возят седоков, а у вас… Нет, в жизни не стану заводить себе такой неудобный транспорт!

Жаль. Мы уже начали размышлять, куда через год пристроить жеребёнка.

Тирнари и Росс решили задержаться в замке ещё ненадолго. Я пыталась выспросить у сестры, как той замужество, — но Тин покраснела до свекольного оттенка и отвечать отказалась. Точнее, начала махать рукавами и говорить о том, что нужно срочно разобрать привезённые травы…

Шон сказал, что в Галарэне я в безопасности. Бывший особняк Тиану, а ныне резиденция императорской семьи, был так окутан и опутан защитными заклинаниями, что здесь не работала даже телепортация. Ну, разумеется, для всех, кроме хозяев.

Но вот что делать с нами в сентябре, было непонятно. Шон заявил, что в Китовый Киль не поедет. Да и вообще, не селиться же ему со мной вместо Бри?

Я и сама менять Бриту на Шона не рвалась. Бри пироги приносила, а Шон их уничтожал. С Бри можно похихикать, перемыть кости и Шону, и Аскани, устроить возню с примерками у гардероба — а Шон в этом плане выглядел совершенно бесперспективно. Ну и просто неудобно… Хотя, если поселить его с Асом, а мне летать к ним через окно…

— То будем не высыпаться все трое, — захихикал Шон. — Значит, готова променять меня на пироги?

Я смутилась. Конечно же, нет. Просто изначально было ясно, что план провальный, вот я себя и уговаривала, что так оно даже лучше.

— Не грусти, — Шон легко дотронулся кончиком пальца до моего носа. — Давайте перекусим и поговорим. Здесь можно.

— Космогония как наука отличается двумя крайностями — она крайне интересна и невероятно туманна. Увы, не все очевидцы эпохальных событий рвутся делиться впечатлениями.

Какие такие очевидцы?

«Думаю, это он о Матери Всех Драконов», — пришла мысль Аса.

— Я пытался разобраться в истории Гелианы. И пришёл к мысли, что сёстры-демиурги — Матери Драконов и Эльфов — родом не из этого мира. Как и Хашург; который пришёл то ли вместе с ними, то ли преследуя их. Магия эльфов и драконов создана демиургами. Это как бы их эманация. А вот насчёт человечьей не скажу. Возможно, магическое поле существовало на Гелиане изначально, было всегда, как, скажем, магнитное поле. А возможно, появилось на заре времён вместе с жизнью на планете.

Я прикусила костяшку пальца, пытаясь понять, куда ведёт Шон. Наверняка так издалека тот начал, потому что это нужно и важно. Кроме того, очевидно, что рассказанное нам сейчас было сакральным знанием. Отнюдь не все драконы, даже побывавшие у озера Полумесяца, знали о существовании Матери Драконов. Та сама выбирала, с кем общаться. И для большинства эльфов их Мать была древней легендой… А что такое «эманация» — потом в словаре погляжу.

Но, выходит, что человеческие боги моложе демиургов? И — как бы сказать? — боги отдельно, магия отдельно?

— Ну, собственно, ты права. Яблоки зреют и у тех, кто не молится Арниале. А лодки плавают и рыба ловится и у тех, кто слыхом не слыхивал о Тунаре. Ты же сама знаешь, что у викингов, к примеру, другой пантеон. И ничего, живут, причём неплохо… Так веду я вот к чему. Мыслю так: даже если разругаться с Диануром напрочь, мы всё равно сможем использовать человеческую магию. Другой вопрос, что лучше так не поступать. И потому, что сейчас надо держаться всем вместе, и потому, что глупо заводить могущественных недругов. Хотя, — захихикал, — поссориться с богом — такое не всякому дано. В общем, Матери я уже нажаловался, Арисию настучал, а тебе сделаю амулет, чтоб спала спокойно. Ну и сам присматривать буду…

— Спасибо, Шон! — отозвалась я.

— Да чего там… У меня сейчас ещё на неделю возня с порталами у орков, а потом наступит та самая ночь. Поразмысли-ка, воробей, как нам успеть всё, не поднимая шума раньше времени? Может, что-нибудь сообразишь?

— Хашург чувствует алтари. А своих шаманов он тоже чувствует? И ментальная магия на орков действует?

— На шаманов обычно нет, не действует. Тех защищают магические татуировки. А насчёт «чувствует» — не зна-а-ю… — Шон потёр пальцем кривой нос и уставился в пространство.

— А каких-нибудь всешаманских мероприятий у них не бывает? Может, выйдет устроить знамение — а они соберутся все вместе его обсудить, и тут-то мы их и украдём?

— А какое знамение?

— Плохое! — без тени сомнений выдала я.

— Если не выйдет, зря всех переполошим, — покачал головой Ас.

— Надо подумать, — резюмировал Шон.

Ладно, пойду поплаваю. Прополощу мозги, ну и всё остальное тоже…

И тут же снова села, потому что Ас задал интересный вопрос:

— Орочьи трибы между собой часто воюют?

— Каждый воин должен приводить к племенному алтарю жертву. Обычно — каждый сезон, но не реже раза в год. Как думаешь, откуда они их берут, если в это время не воюют с нами? — Выпуклый карий глаз уставился на Аса.

— Вероятно, у соседей, — кивнул Ас. — Кстати, на первый взгляд это почти легальная возможность для племени избавляться и от нахлебников, и от смутьянов. Вышли всех ненужных и неугодных на дальний выпас — и тихонько дай знать об этом соседней трибе. Так что, может статься, это не вражда, а, наоборот, полюбовные тайные соглашения.

— М-да, — Шон почесал нос, — вот за что я не люблю дипломатов…

— Если бы то была вражда, — прищурился Ас, — я бы предложил следующее. Скажем, у нас есть две трибы. Назовём их, — бросил лукавый взгляд в мою сторону, — «Брыкающийся червяк» и «Бодающаяся мокрица».