Аккад ДЭМ и я. Призванная - Лина Алфеева

— Эрх, да забей ты на эту щетку, он ее давно обслюнявил! — бросил через плечо Марог и потянулся ко второму сапогу. — Нет, нет, сиди, — добавил он, заметив, что я готова вскочить со стула.

— А если они и Эрха обслюнявят? — трагическим шепотом спросила я, чувствуя, что вот сейчас-то наличие бабочек и выйдет наружу. — Что, если на него Кошмарик нападет?

Далиан вздохнул, отложил недоеденный бутерброд и отправился спасать Рогатого. Без меня! То есть самым свинским образом оставив один на один с Марогом. Тот уже сапоги снял, тряпочки размотал и поглаживал босые ступни. Если абстрагироваться от демонячьих переживаний, мне только похихикать и оставалось — щекотно же. Но я-то точно знала, в каком направлении текли мысли Марога. Захотелось сказать Вилене большое нимфейское спасибо за то, что не пошла у меня на поводу и выдала штаны, а не платье.

Бабочки меня не спасли. Просто не успели. Дейрис появилась раньше. Нежить возникла прямо посреди гостиной, многозначительно хмыкнула, увидев коленопреклоненного Марога, и сообщила, что в этот раз смотр пройдет на нижнем уровне и на полчаса раньше.

— Это как? Тренировка неполным составом? — тут же обеспокоился демон.

— Откуда я знаю? — возмущенно передернула плечами вестница. — Мне поручили обойти все аккады, призвавшие разумных существ, и обеспечить стопроцентную явку. — Так что если вы тут задержитесь, — нежить сурово сверкнула глазищами, — я вас все равно доставлю и одеться не позволю!

Эх! Прав был Рей-Тар, когда говорил, что репутация — штука устойчивая, по большей части не изменчивая, и, уж если попал в стремнину, остается только барахтаться и надеяться, что не унесет окончательно.

Воспользовавшись замешательством Татуированного, быстро натянула сапоги и ухватила не доеденный Далианом бутерброд. А то кто его знает, как долго этот смотр затянется и куда меня после него направят. Хотелось бы, чтобы сразу в Берилл, но я уже перестала верить в чудеса.

После отбытия вестницы аккад ДЭМ резко вспомнил о энерговампирском инструктаже.

— Не тушуйся. Смотри прямо, но без вызова, — поучал меня Эрх.

— Легкая наглость допустима. Энерговампиры любят разнообразие в эмоциях и зачастую сознательно провоцируют доноров, — обрадовал меня Марог.

— А насколько легкой должна быть наглость? — тут же уточнила я.

Парни призадумались.

— Не нарывайся, если не сможешь дать отпор, — посоветовал Эрх, и мне стало так грустно. Захотелось уподобиться Кошмарику, свернуться среди корней живоглотика и притвориться, что меня тут нет.

— Мы решили не придумывать тебе имя, — присоединился к инструктажу Далиан. — Я разослал послания в три клана. Посмотрим, кто из них согласится тебя признать. Портал не удалось отследить, так что теоретически тебя могло притянуть из любой точки Хаоса.

— Или из другого мира, — мрачно буркнула я.

Взгляд Отмороженного стал жестким.

— Лорд Арагул проявил к тебе интерес. Поговаривают, он был связан с ловчими и только личная услуга, оказанная Повелителю Инферно, спасла некроманта от казни. Хочешь на собственной шкуре проверить, действительно ли он порвал с прошлым?

Я покачала головой, не в силах выдавить ни слова. Ужас сковал голосовые связки и вызвал в теле леденящее оцепенение. Ловчие — главный кошмар любой элементали, но для меня он был не просто страшилкой. Я вжалась в стул, пытаясь прогнать воспоминание. Считается, что ловчие охотятся исключительно за сердцами духов стихий, но это ошибка. Живые мы намного ценнее.

— Цветочек, ты чего? Испугалась? — обеспокоенно спросил Рогатый.

Снова покачав головой, уставилась в пол. Глаза невыносимо жгли непролитые слезы.

— Серина… — Голос Далиана сорвался.

— Дал, пошел вон. — Рогатый присел на корточки рядом со мной. — Значит, слушай сюда, Цветочек… Никаким ловчим мы тебя не отдадим. Три месяца — и возвращаем в Берилл. Тренировки на полигоне — фигня. С Клешнехватом и Пушистиком поладишь, они тебя в случае чего прикроют. А мы сделаем все, чтобы всякие озабоченные вне полигона к тебе не лезли… Правда, Марог?

Я подняла взгляд на Татуированного.

— Никаких озабоченных… кроме нас, — хмыкнул демон и хитро улыбнулся. — Бабочки — прелесть.

И как на такого обижаться?