Клэрити - Ким Харрингтон

Я вскрикнула и тут же услышала еще один вскрик. Габриэль, кажется, не заметил моего замешательства по поводу татуировки.

Метрах в ста от нас билась в истерике какая-то женщина. Там же собралась небольшая толпа, обступившая что-то. Габриэль бросился в ту сторону, я — за ним. Когда мы приблизились, толпа еще больше выросла.

Очевидно, произошло нечто ужасное. Больше всего я боялась, что это был детеныш дельфина, выброшенный на берег и теперь умирающий. Однажды я видела это, и мне хватило. Я притормозила, но Габриэль схватил меня за руку и потянул за собой. Протиснувшись между людьми, мы наконец увидели, что лежит на песке.

Это был не дельфин.

Это было гораздо хуже.

Я хотела повернуться и убежать, но вместо этого впала в ступор.

Это была женщина, лицо которой скрывали водоросли. На ней были джинсовые шорты и футболка. Тело, лишенное цвета, распухло.

Вдруг я почувствовала желание узнать, кто это. Не обращая ни на кого внимания, я опустилась на колени и поднесла руку к утопленнице.

Я сидела на пляже, завороженная мощью океана. Наверное, уже полночь, потому что вокруг было пустынно. Внезапно я ощутила какое-то движение, обернулась и увидела тень. Кто-то приближался ко мне.

— Эй! — крикнула я.

Незнакомец, ускорив шаг, все ближе подходил ко мне. Мне стало страшно. По моей спине струйками потек пот.

Сработали инстинкты. Я вскочила и побежала по направлению к променаду: там могут быть люди. На бегу я обернулась через плечо. Незнакомец почти догнал меня. Променад слишком далеко, я не успею. Тогда я свернула и побежала к пирсу. Нырнула под него, надеясь стать невидимой в темноте. Забиваясь под сваи, я потеряла его из виду. Это как глупая игра в прятки. Я дышала слишком громко — дыхание могло выдать меня. Мне страшно…

Прошло еще несколько минут, незнакомца не видно. Может, он ушел? Я подумала, что все закончилось благополучно, но тут кто-то сдавил мне шею. Я не могу дышать…

— Клэр!

Я открыла глаза и обнаружила, что Габриэль оттаскивает меня от тела.

Он усадил меня на песок и сел рядом:

— С тобой все нормально?

— Я видела, как она умирала, — сказала я. — Она пряталась под пирсом, но он ее все равно нашел. Его лица я не видела… — Тут я остановилась, вспомнив главное: — Кто она?

Он покачал головой:

— Клэр, не смотри.

Голова кружилась, но я поднялась и снова направилась к телу. Сначала мне бросились в глаза обкусанные ногти. Затем я увидела ее длинные каштановые волосы и… лицо.

Джонни…. Это была Джонни. Лучшая подруга Виктории. Девушка, которую я заставила обратиться в полицию и которая так боялась Джоэла, бывшего парня Виктории. И вот она мертва…

В нос ударил резкий запах. Я успела отойти на несколько шагов, и скудное содержимое моего желудка выплеснулось на песок. Габриэль стоял рядом, одной рукой поглаживая меня по спине, другой удерживая мои волосы. Вскоре я пришла в себя.

— Наверняка это Джоэл убил ее, — сказала я. — Здесь никто не знал Джонни. Ее даже не было в городе, когда убили Викторию.

— Но Джоэл уехал, — возразил Габриэль. — Та девица из Бостона заявила, что не будет выдвигать против него обвинения, и его отпустили.

— Но это не значит, что он не убивал!

— Клэр, его не было здесь, когда Джонни погибла.

— Откуда ты знаешь? Может, он не уезжал из города. А может, уехал и вернулся. — Я говорила все громче. — Ты и твой отец уже решили, что это Перри убийца, и не хотите искать никого другого, хотя все улики указывают на Джоэла!

— Улики указывают на твоего брата! — мотнул головой Габриэль.

Почему, почему они не хотят заниматься Джоэлом? Откуда такая близорукость? Вне себя от ярости, я сжала кулаки и проговорила Габриэлю прямо в лицо:

— Я хочу, чтобы ты послушал меня. Между нами ничего не будет. Никогда. Я больше не буду работать с тобой. Теперь я по другую сторону. — Уже шагая прочь, я бросила через плечо: — Потому что кто-то должен найти настоящего убийцу!

Теперь мне как можно скорее хотелось оказаться дома. Мне давно следовало быть там! Мама сидит одна в ожидании телефонного звонка, а я разгуливаю по пляжу с нашим… врагом. Я была зла на себя за поцелуй и злилась на Габриэля за его упертость. К тому же татуировка выдала мне его тайну. Я не могу доверять ему. Теперь я сама по себе.

Взбежав по ступенькам крыльца, я крикнула:

— Мам?

— Я здесь.

Я бросилась в кухню:

— Звонили?

— Нет пока, — ответила мама, поставив на стол банку с колой.

За столом сидел Нейт. Он пребывал в страшном волнении и крошил на тысячу частей бумажную салфетку.

— Привет, — сказала я, усаживаясь рядом.

Мама металась по кухне, как случайно залетевшая птица, на нее было больно смотреть.

— Я зашел, чтобы вы не оставались одни, — объяснил Нейт. — Наверное, и я не могу быть один. — Он попытался улыбнуться, но улыбка вышла кривой. — Я так волнуюсь, Клэр.

— Я тоже. Но все будет хорошо, — сказала я, стараясь придать голосу уверенность.

— Что-то произошло? — спросила мама.

Я набрала в грудь воздуха:

— Джонни… ту девушку, что приходила к нам на сеанс, нашли мертвой на пляже… наверное, полиция сейчас там.

Мама ахнула.

— О боже… — произнес Нейт. — Она утонула?

— Нет. Задушена и брошена в воду. Ее задушил тот, кто убил Викторию и Билли, я уверена. Все указывает на Джоэла, парня Виктории.

Мама кивнула, но смотрела при этом в окно:

— Надеюсь, полиция думает так же.

Она вышла на крыльцо, чтобы глотнуть свежего воздуха.

— Есть еще кое-что, — зашептала я Нейту. — Я видела татуировку Габриэля.

Он отмахнулся:

— Клэр, я больше не занимаюсь этим. Когда все кончится, тогда, может…

— Виктория, — перебила я его.