Яд для короля - Дарья Крупкина

Ей казалось, она слышит детский плач и крики рожающей Джаны. Что, конечно же, не могло быть правдой: поместье Каванаров достаточно большое, а стены достаточно толстые, чтобы Яфа сидела в библиотеке в полнейшей тишине.

И все равно ей казалось, она слышит. Хочет услышать. Пытается услышать.

Вжавшись в огромное кресло, в одной руке Яфа держала бокал с вином и часто к нему прикладывалась. Другой она сжимала резную ручку кресла так, что побелели костяшки пальцев. Ее глаза смотрели прямо, почти не мигая, но видела Яфа не стеллажи с пыльными книгами.

Мысленно она находилась в другом конце поместья, где в жарко натопленной комнате выгибалась дугой Джана, содрогаясь в схватках. Где носились слуги и повивальные бабки, а на свет вот-вот должен был появиться наследник Каванаров.

Но не появится.

Яфа хотела налить еще вина в опустевший стакан, но обнаружила, что и кувшин тоже пуст. Она хотела позвать слуг, чтобы его наполнили, но не стала. Она слишком страшилась, что Джана уже разрешилась от бремени, и слуги обязательно расскажут, как это было. И что последовало потом.

Ведь Яфа знала, что ребенок умрет, едва успеет сделать первые вдохи – умрет, если окажется мальчиком. Об этом позаботится одна из подкупленных служанок, верно носящая теплую воду в комнату и держащая Джану за руку. Стоит ребенку оказаться наследником, и он затихнет.

Внутренне содрогаясь от сделанного, Яфа тем не менее ни о чем не жалела. Она не потерпит, чтобы дитя какой-то потаскухи унаследовало все, чем владеют Каванары. Особенно если планы Равена станут успешными. И когда он взойдет на трон, вовсе не сын Джаны должен стать принцем, а ее, Яфы ребенок, и уж она позаботится, чтобы этот сын унаследовал все, чем владеет она и Равен.

Вспомнив о брате, леди Каванар мысленно перенеслась в то время, когда их отец еще закрывался в алхимической лаборатории. А Яфа и Равен проводили время вместе – в том числе и здесь, в этой библиотеке. Тогда и зародился их безумный амбициозный план.

Чтобы как-то успокоиться и отвлечься от мыслей, женщина поднялась из скрипнувшего кресла. Она подошла к одной из полок и начала проводить пальцем по корешкам книг в поисках нужной. Вот она, генеалогия семей Круга.

Сотни нарисованных древ, чья краска успела потускнеть от времени. Сотни ответов на вопросы о наследственности. Они с Равеном изучали их больше в шутку, забавляясь тем, как порой странно и причудливо оказывались связаны между собой роды. Никто в Шестом доме всерьез не задумывался об этих связях – кроме, пожалуй, Реверданов, которые еще несколько поколений назад начали брать себе женщин с севера – женщин, в ком сильна магическая кровь и дар.

И тогда они обнаружили однажды, что их мать, леди Иффа, была в дальнем родстве с Шантонами. Тогда у Яфы это вызвало всего лишь любопытство, она не любила вспоминать о матери, эти воспоминания всегда отдавались призрачным жжением в руках. Но Равен всерьез заинтересовался. И через пару дней изысканий обнаружил, что через леди Иффу они не только дальние родственники Шантонов, но и единственные.

– Это значит… – нерешительно произнесла тогда Яфа.

Глаза Равена горели:

– Это значит, что если бы у короля не было наследников, трон мог бы занять я.

Тогда это были всего лишь безумные мысли. Не планы, а только фантазии, которые ни брат, ни сестра не воспринимали всерьез. Да и к чему им трон, если они есть друг у друга? К тому же, Каванары – семья Круга, и без того не последние люди в Шестом доме.

Но однажды на приеме изрядно подвыпивший Равен потянул сестру в сторону – и она с удивлением предстала перед загадочным Астадором Тэль Шалиром. Она знала его историю ровно настолько, насколько знали все: король откуда-то притащил этого алхимика и лекаря, сделав своим приближенным. Яфа даже ни разу с ним не разговаривала и, по большому счету, немного побаивалась.

– Добрый вечер, леди Яфа, – Астадор изящно поклонился и взял руку девушки, затянутую в тонкую перчатку. – Рад познакомиться с вами. Ваша красота еще ярче, нежели описывал лорд Равен.

Тот пьяно хмыкнул рядом. А Яфа обратила внимание, что они стоят в стороне от остальных гостей, и Астадор ненавязчиво оттесняет их еще дальше. Вроде бы незаметно, но в то же время другие гости не могли их услышать. Яфа почувствовала себя неуютно, когда главный алхимик еще и понизил голос:

– Как здоровье вашего отца, леди Яфа? Я слышал, он занимается опасными экспериментами.

– К сожалению, он не посвящает в свои изыскания ни меня, ни брата. Но я думаю, вы нашли бы много общих тем с ним. Заходите в поместье Каванаров.

– Благодарю за приглашение, леди Яфа. И обязательно им воспользуюсь.

И он правда приходил. Вот только лорд Каванар не хотел никого посвящать в свои труды – да и Астадор не жаждал узнать о бесплодных алхимических попытках. На самом деле, он приходил к детям лорда. Потому что еще тогда, на приеме, Равен умудрился проговориться о своем дальнем родстве с Шантонами. И главный алхимик запомнил и зацепился за этот момент – вот только он не всопринимал его как шутку.

Яфа видела, как в долгих беседах за бокалом вина Астадор постепенно отравлял Равена амбициями. И вскоре и он сам уже считал, что достоин занять место верховного владыки Шестого дома.

Благодаря Астадору, Равену захотелось власти.

Сама Яфа была достаточно к ней равнодушна: она знала, что удел женщин совсем иной. Спокойно она воспринимала и мечты Равена о троне. Но Астадор нашел ключик и к ней.

В одной из бесед, когда Равена не оказалось дома, и Яфа одна развлекала гостя беседой, они сидел все в той же библиотеке, грелись у камина и пили вино. И тогда Астадор задумчиво сказал:

– Жаль, я не знал вашей матери, леди Иффы… Его Величество очень тепло о ней отзывался.

– Он знал ее?

Астадор изобразил на лице удивление:

– Вы не в курсе? Разумеется, знал и весьма близко. Алестус Шантон должен был жениться на леди Иффе, но что-то пошло не так. В итоге, леди Иффа вышла за вашего отца, а сам Алестус женился на своей первой жене.

– Не так? Что значит, пошло не так?

– К сожалению, я не знаю…