Эхо времен - Шервуд Смит

Росс уже видел у Гордона такое выражение лица — в тот день, когда Тревис Фокс стал официально числиться в документах Проекта «погибшим при исполнении».

— Ты пытался вызвать её по рации? — спросил Мердок, показав на чехол на ремне.

— Посылал кодовые послания, — ответил Эш. — Она ответила. Потом я попытался поговорить с ней, но в ответ получил только шум. Похоже, работает какая-то цифровая глушилка. Она не пропускает сигналы выше определённого уровня сложности.

Росс немного помолчал. Он размышлял о том, насколько совершенной должна быть технология для того, чтобы выборочно глушить системы связи с широким спектром частот. Земные учёные пока до такого не додумались.

— Статуя Сабы… в этом времени, — медленно выговорила Эвелин.

Мердок обернулся к жене. Та ходила из стороны в сторону вдоль стены маленькой комнатки. Она посмотрела на мужа.

— Это может означать, что нам предстоит совершить ещё один скачок в прошлое — более далёкое.

— В то время, когда исчезла первая экспедиция, — кивнула Вера. — Ведь мы все так надеялись, что нам удастся их спасти, правда?

— Если это окажется безопасно, — возразила Ирина. — И мы не переместимся в более далёкое прошлое до тех пор, пока не удостоверимся в том, что это не вызовет нарушений в линии времени.

— Я надеюсь, — сказала Риордан и скривила губы. — Скажу прямо: я надеюсь на то, что выяснится — мы уже побывали там и спасли русских, и именно поэтому они исчезли. Звучит логично, да? — Она беспомощно потёрла пальцами лоб. — Бр-р-р! Терпеть не могу рассуждать о линиях вероятности. Мозги плавятся!

Росс кивнул. Он оценил попытку жены разрядить обстановку. Однако выражение лица Гордона не изменилось.

— Мы не тронемся ни в будущее, ни в прошлое без моей напарницы, — заявил Эш. — Я её тут не брошу.

— Ты не можешь проникнуть внутрь башни? — спросил Мердок.

— Пытался, — ответил археолог. — Чего только не испробовал — предложения, вопросы, даже вызовы, — и из-за всего этого меня чуть не линчевали. В итоге я предпочёл ретироваться, рассудив так: если я буду упорствовать, то могу навредить Сабе. В общем, я вернулся сюда и нашёл комнату на самой верхушке этой нурайлской спальни. Приходится долго топать по пандусу, но зато из моего окна виден Дом знаний.

— Вот это ты здорово придумал, — похвалил друга Росс и тут же начал придумывать — и отбрасывать — возможные планы. Пока все они просто-напросто слишком мало знали. Не было сомнений только в одном: возможность наблюдать за башней сулила определённые преимущества. — Вы с Мариам разработали специальные коды для экстренных случаев?

— Разработали, — сказал Гордон. — И голосовые и импульсные.

Базарова сидела на полу молча, нахмурившись её губы вытянулись в прямую линию. Павлова, сидевшая рядом с ней, улыбнулась и покачала кудрявой головой.

— Может быть, с утра все окажется не так уж плохо. По крайней мере, мы знаем, что она жива.

Эш скованно кивнул.

— Дадим ей несколько дней. Скажем — неделю, если, конечно, ничего непредвиденного не случится. Обоснуйтесь пока, закрепляйтесь на рабочих местах и собирайте сведения. Потом мы встретимся — наша группа, а также Михаил и Виктор, если нам удастся их разыскать, — и обсудим дальнейшую тактику.

— Вот это уже похоже на план, — хмыкнул Мердок. — Давайте все-таки перекусим. На пустой желудок не отдохнёшь, да и думается плохо. Не знаю, как вы, а мы весь день работали как проклятые.

Он передал Гордону порцию еды и очень обрадовался, когда археолог принялся методично жевать. Эвелин лучисто улыбнулась им обоим.

— Да, поработали мы на славу, что и говорить. Сразу стало ясно, что эти электромагнитные глайдеры очень старые. Если только сегодняшний день — не особенный подарочек от Мёрфи[6], то это значит, что они то и дело ломаются.

Эш повернулся к русским женщинам:

— А у вас как дела?

— Мы теперь — собирательницы, — ответила бывшая балерина. — Похоже, каждое из учреждений общественного питания принимает на работу собирателей конкретных видов. Расплачиваются готовой пищей, дают кредит.

Вера добавила:

— Мы выясним, в каких заведениях готовят подходящую для нас еду, и сосредоточимся на них. Пока никто не заметил наших портативных анализаторов, но мы по-прежнему будем пользоваться ими крайне осторожно, только когда нас никто не видит. Пока же будем ходить по окрестностям выполнять свои обязанности и слушать, как делали сегодня. В наш адрес прозвучало несколько вызовов, но большого интереса выходцы из «анклава Огненной горы» к себе не привлекли.

— На нас тоже особого внимания никто не обращал, — сказала американка.

— Отлично. — Гордон доел свою порцию и поднялся. — Давайте встретимся завтра вечером и обменяемся впечатлениями.

Все согласились с его предложением. Вскоре археолог и русские ушли, и супруги остались одни в крошечной комнатушке.

Они посмотрели друг на друга.

— Наконец мы наедине, — сказала Эвелин с усталой усмешкой, когда муж протянул к ней руки. — Конечно, это не йилайлский номер для молодожёнов…

— Главное, что мы наконец одни, — пробормотал Росс, зарывшись лицом в мягкие волосы жены, — и, следовательно, эта каморка для меня лучше любого роскошного пентхауса на Земле.

— И для меня, — рассмеялась женщина.

Саба похолодела, припомнив высоченные резные деревянные статуи у входа в башню — и своё лицо, выточенное на самом первом столбе.

«Это означает, что я уже побывала тут».

Только такое объяснение и приходило ей в голову. Она сидела в комнате, предоставленной ей хранителями Дома знаний, пыталась собраться с мыслями и составить план действий. Но мысли перескакивали от одного к другому, разум отказывался подчиняться. Музыковед осмотрелась. На стенах висели только несколько картин, на вид — старинных. Мебели в комнате было немного, вся сплетённая из какого-то материала, похожего на льняную солому, как и низкая кушетка, на которой она сидела.