Камень предтеч - Андрэ Нортон

Мы подошли к подножию трапа, и здесь они, окружив меня и держа оружие наготове, велели мне остановиться. Человек, ожидавший нас у люка, спустился на несколько шагов вниз и начал изучающе разглядывать меня.

Он был с одной из старых планет. При более внимательном рассмотрении становилось заметно, что его телосложение отличалось некоторыми особенностями, вызванными тем, что первые поколения его предков-переселенцев жили в чуждых для них условиях. Его тело в комбинезоне с капитанской эмблемой – падающей звездой на стойке воротника

– было тонким и худощавым, покрытая космическим загаром кожа казалась слишком темной, а глаза и волосы сразу выдавали в нем мутанта. Волосы, которые он по необходимости стриг очень коротко, чтобы они не мешали под шлемом, торчали в разные стороны толстыми короткими иглами и отличались голубым цветом. Его огромные сверкающие сине-зеленые глаза были прикрыты двойными веками: почти прозрачными, сквозь которые просвечивали глазные яблоки, и другими, более тяжелыми, которые опускались поверх первых. Чтобы взглянуть на меня, он поднял и те и другие, но солнечный свет, очевидно, раздражал его, и он быстро опустил внутренние веки.

Я знал его! Не по имени, но в лицо. Вопрос в том, узнает ли он меня? Я надеялся, что нет. Этот человек бывал в лавке отца и принадлежал к числу тех, кого пускали через черный ход и проводили в комнаты. Тогда он не носил китель капитана, и ничто в его облике не выдавало в нем офицера с корабля. Напротив, его длинные волосы касались огромных накладных плеч его щегольской блузы – он выглядел как элегантный денди с внутренней планеты.

Теперь я не сомневался в том, что он был членом гильдии. Но признает ли он во мне сына Джорна? И если да, то сумею ли я извлечь пользу из этого родства?

Я не долго оставался в неведении. Он сделал шаг вперед, поднес руку ко рту, сделал пальцами улитку и несколько раз плюнул через рожки направо и налево.

– Клянусь губами самой Сорел. После случившегося я воскурю ей листья форна в первом же храме, который встретится на моем пути. То, что было утрачено найдено. Парни, следите за ним хорошенько, чтобы он снова не сбежал. Мэрдок Джорн, как ты попал сюда? Я поверю любой истории, которую ты сочинишь.

Трое стражей шевельнулись и приблизились поближе, чтобы лишить меня даже малейшей возможности бежать. Мне оставалось только продолжать играть роль недавней жертвы чумы. Придется рассказать им правду, на случай если они подвергнут меня сканированию.

Я слегка приоткрыл рот и зашатался, словно держался на ногах только ценой невероятных усилий.

– Не убивайте… меня! Лихорадка… прошла… я уже здоров…

– Лихорадка?

– Взгляните на него, капитан, – начал один из стражей, – он весь в крапинку… лучше будьте поосторожней…

– Ну-ка, Джорн, подними голову! Дай взглянуть…

Я качался из стороны в сторону. Они боялись подходить ко мне слишком близко. Страх перед чумой лишает мужества даже самых стойких астронавтов.

– Со мной… со мной… все в порядке… – повторял я, – они посадили меня в спасательную шлюпку… но теперь я здоров… клянусь вам.

Капитан взял переговорное устройство и отрывисто произнес в него несколько слов на неизвестном мне языке. Мы молча ждали. Наконец по трапу сбежал еще один человек. У него в руках бы маленький ящичек, из которого тянулся тонкий кабель с небольшим, похожим на микрофон, диском на конце. Я узнал в нем портативное диагностическое устройство. Корабль был, по-видимому, неплохо оснащен.

Приблизившись ко мне на расстояние вытянутой руки, док поводил поисковым диском, не сводя глаз с индикаторов на ящике.

– Ну? – Капитана явно раздражала эта задержках.

– Судя по всему, он не заразен. Однако всегда есть опасность.

– Сколько процентов? – настаивал капитан.

– Примерно одна сотая. Точно не знаю, – док проявлял осторожность, свойственную людям его профессии.

– Придется довольствоваться этим. – Капитан махнул ему, чтобы он уходил. – Итак, – сказал он мне, – похоже на то, что ты здоров. Твоя лихорадка, или чем ты там был болен, прошла, и ты больше не заразен. Ты находился на борту корабля, когда она началась?

– На корабле вольных торговцев, на пути с Танфа… – Я поднял руки и потер лоб, словно у меня болела или кружилась голова. – Я плохо помню. Я был на Танфе… Мне пришлось бежать. Я попал в беду. Отдал свои драгоценные камни и Остренд взял меня на корабль. Мы заходили на одну планету… все туземцы пропали…