Осколки снов - Юлия Набокова

– Нет никакой информации о том, где сейчас работает Шахов, – удрученно заключил Лис, отрываясь от ноутбука. – А это значит, что объект засекречен.

– И как мы его найдем? – нервно спросила Соня.

Из ресторана лунатики переместились в городской парк и теперь сидели на лавочке в укромном уголке. Густые кусты отцветшей сирени ограждали их от посторонних взглядов. День был жарким, Марк купил всем мороженое. Со стороны они, наверное, казались двумя парочками, искавшими уединения.

– Я постараюсь что-то разузнать, – пообещал Лис. – Его домашний адрес, машину – найдем хоть какую-то ниточку к нему, тогда сможем проследить за ним до этого секретного центра.

– Это при условии, что Яра и правда похитил Шахов, – заметил Марк, кусая эскимо, – и мы только не потеряем время понапрасну.

– Если тебе нужны гарантии, – сухо заметила Соня, – то у меня их нет. Только мои догадки.

Мнения лунатиков разделились. Лис доверял интуиции Сони и считал, что Яра похитил Шахов. Марк сомневался, а Глафира ему поддакивала.

– Ты сама сказала, что твоя интуиция слабеет, – заспорил Марк. – Прости, но я не верю во все эти предсказания во сне. Желтый шарф… Незнакомец с запонками, лица которого ты не видела. … – Он осекся, глядя на приближавшуюся к ним девушку с таксой.

Ярко накрашенная брюнетка с интересом взглянула на Марка, но тот демонстративно привлек за плечи Глафиру, сидевшую рядом. Глафира, не ожидавшая таких нежностей, поплыла и влюбленно уставилась на Марка. Собачница, поняв, что ловить ей нечего, разочарованно отвернулась и продолжила охоту на мужчин.

Дождавшись, пока неугомонная такса утащит свою хозяйку подальше, Марк резко отпустил Глафиру и продолжил:

– Это может быть кто угодно, необязательно Шахов!

– У меня такое чувство, что ты не хочешь найти своего брата, – выпалила Соня. – Наконец-то у нас появилась какая-то зацепка, а ты ее отвергаешь.

– Прости, но я бы предпочел, чтобы ты ошиблась, – заявил Марк. – Если Яра и правда держат в закрытом заведении, у нас нет шансов. Это не частная лавочка отца, там такая охрана, что мышь не проскользнет.

– Другими словами, ты сдрейфил, – поддел Лис.

– Ничего я не сдрейфил! – вспыхнул Марк. – Просто пытаюсь рассуждать здраво.

– Тебе вообще не идет рассуждать, – Лис покосился на него с явной неприязнью.

– Может, Тарасов выяснит что-то о центре по своим каналам? – предположила Соня, доедая свое мороженое. Время встречи приближалось, и она надеялась, что полицейский сможет им помочь.

– Если центр Шахова засекречен на высшем уровне, у Тарасова может не быть доступа к этой информации, – помрачнел Лис.

– И вообще, я бы не раскрывал ему все карты, – предупредил Марк, скептически настроенный к представителю закона. – Кстати, – он указал Глафире на каплю от мороженого на розовом платье, – моя мать тебя убьет.

Глафира, громко ахнув, принялась оттирать пятно. На дорожке, ведущей к их скамейке, показались две девушки с листовками. Они остановились у столба, налепили листовки, и двинулись по направлению к ребятам.

Лунатики настороженно примолкли. Когда девушки приблизились, одна из них протянула им листовку с цветной фотографией.

– Мы разыскиваем пропавшего человека. Вы его не видели?

Марк, не глядя, буркнул:

– Нет.

Лис, едва взглянув на фото, отвернулся. Соня с сожалением покачала головой:

– Нет.

Глафира даже не взглянула – она нервно оттирала платье.

Девушки с листовками прошли дальше. Едва они скрылись из виду, блогерша нервно выпалила:

– Вы его узнали?

– Кого? – удивилась Соня.

– Лис, открой мое селфи с лунатиками! – потребовала Глафира.

Парень вытащил ноутбук и нашел фото.

– Это же он пропал! – Глафира ткнула пальцем в высокого парня со взъерошенной стрижкой на фото.

– Уверена? – Марк с сомнением заглянул на экран.

– Он – один из немногих, кто мне ответил, когда я разослала сообщения.