Естественный отбор - Евгения Гордеева

— Да. Ещё оно зазвучало…симфонией. Я никогда такого не слышала.

— Именно из-за этой музыки мы с Джорджем не могли до тебя докричаться… — констатация факта. — Петра, ты улыбалась тогда. Тебе было хорошо?

Энтомолог хлоров…

— Я была счастлива… Если бы не Вы, — голос глухой, незнакомый… — я бы ушла в рассвет. Спасибо!

— Всегда, пожалуйста, — ответил Вольф механически.

По его виду я поняла, что профессор поймал мысль и её думает. Встала из-за стола. Никакой реакции с его стороны. Отошла к окну. Эффект тот же.

Что ж, сегодня придётся работать в автономном режиме. Учитель вне зоны доступа.

До самого обеда Вольф что-то увлеченно писал в своей тетради, время от времени задавая мне вопросы. Какой у меня вес? Надо ли самой повторять слова зова? Когда пропал солёный вкус изо рта? И кучу других. Из своей лаборатории выглядывала Хлоя, кивала в сторону увлечённого Вольфа, вздыхала и уходила обратно. Я занималась полимерами. Благо, процесс изготовления термопластов длительный. А потом их ещё и испытывать надо.

— Петра, — Хлоя в очередной раз заглянула в нашу лабораторию, — надо идти на обед. Профессор наш в себя ещё не пришёл?

— Неа. Как думаешь, стоит его с собой тащить, или бутербродов ему там наляпаем?

— Давай сначала попробуем его оторвать от расчётов? Петь, а чем это он так увлечён?

— Пытается рассчитать формулы явления "Идущий по волнам".

— Да?! А чего это он вдруг заинтересовался? — она с любопытством заглянула в тетрадь Сарториуса. Тот недовольно на неё шикнул. — Это же легенда, не доказанное наукой явление!

— Вот он и доказывает…

Признаться подруге что ли?.. Вот, Хлоя, смотри! Перед тобой особа, которая воплотила легенду в жизнь, разгуливая по волнам, аки по суху! А господин Сарториус был этому свидетелем, и даже, участником и спасателем. И теперь, по горячим следам, так сказать, проводит математический анализ данного явления, фанатично выводя формулы… неизвестно чего. Мда.

— Ты что-то знаешь? — верно оценила она мои раздумья.

— Тебе это надо? — с сомнением посмотрела ей в глаза. Мало тут одного одержимого учёного.

— Надо… наверное.

— Давай так, — приняла я решение, — идём обедать… втроём. По крайней мере, попробуем. А после обеда я тебе всё расскажу. Боюсь, если ты это узнаешь сейчас, двоих вас я уже не дотащу.

— Договорились! Вольфганг! — почти крикнула Хлоя в ухо профессору. — Обедать пора!

— Угу! — не отрываясь от тетради. — Идите…

— А ты?

— Угу…

— Тогда вставай! — Сарториус послушно поднялся со стула, не прекращая, однако, писать. — Понятно… Петь, бери его под руку и веди, а ему тетрадочку держать буду.

Таким манером мы и добрались до столовой. Перед самой дверью Хлоя снова попыталась привести Сарториуса в чувство. Он посмотрел на неё почти вменяемыми глазами, огляделся, нахмурился, решил что-то для себя…

— Обедать! — распахнул перед нами дверь.

Сегодня в столовой было как-то непривычно тихо. Мы пришли последними и заняли оставшиеся места, но что-то было не так. Тихо? Да. Все обедали молча. Но, ещё за столом было гораздо свободнее. Он был накрыт не на двадцать четыре персоны, как обычно, а на… двадцать. Кого-то не было. Алберт на дежурстве. Но кроме него нет Жоржа, Лео и… Церцеи. И лица у всех какие-то задумчиво-отрешённые.

— А что случилось? — мой голос в тишине прозвучал очень громко, хотя я спросила почти шёпотом.

Леда обернулась в мою сторону. Недоумение на её лице позволило мне сделать вывод, что мы пропустили что-то важное. Я посмотрела на Хлою и встретилась с её ничего не понимающим взглядом. Потом мы дружно уставились на подругу.

— Вы что, новости с утра не читали? — отрицательно помотали головами. — Ааа. Арчибальд Берц объявил себя банкротом и сбежал за границу. Все его капиталы оказались там же. Сейчас службы короны пытаются добраться до его счетов.

— Ангидрит твою! — я первый раз выругалась так сказать, в обществе. А мы там в своём флигеле ни слухом, ни духом… — А Церцея?

— Её нет с самого утра, — мне показалось, что Эрсель знает гораздо больше, чем сейчас сказала.

— Да, подрезал-таки крылышки дочурке папаша Берц, — зло выпалила Клотильда. — Шлимаззл поц…

Лично у меня отпала челюсть. Хорошо, что ещё в рот ничего положить не успела, а то оконфузилась бы… Аппетит у меня от новости, сами понимаете, нисколько не испортился, скорее, наоборот. Это пусть Берта переживает за "подругу". Но Клотильда меня… порадовала. Я наивно думала, что заковыристо ругаться умею только я. Оказывается, леди Звейздец тоже обладает этим талантом. Мысленно пожимаю руку.

— Её прогонят? — Жозефину даже саркофаг не исправит. — Она же теперь бедная… — она обвела всех круглыми наивными глазами.

Клотильда издала странный булькающий звук и выдала следующий перл словесности.

— Как говорят в Атеззе: На тебе дулю, купи себе трактор, а на сдачу застрелись!

Ооо, надо запомнить!

— Не прогонят? — поняла её по-своему Сорока.

— Слепому коню что кивай, что подмигивай, — констатировал диагноз Жозефины Алекс.

— Вы о каком коне сейчас говорите, господин Алекс? — сделала попытку понять его Йенч.

— Дура! — одними губами проговорил Александр.

Надо же, Жозефина его поняла! Губки надула.

Живот буркнул, напоминая, что приятных новостей для переваривания мало, и желательно послать ему чего-нибудь посущественнее. С энтузиазмом схватила вилку, изучая блюда на столе. О, птичка-курочка! Ммм…

— Приятного аппетита, господа и дамы!

Мой призыв подействовал. Вилки дружно взметнулись над столом. Даже Вольф что-то жевал, не вынимая глаз из своей тетради. Мы с Хлоей дружно с двух сторон подкладывали ему кусочки на тарелку. Пусть подкрепится как следует.

— Петра, а адгезию учитывать? — Сарториус поднял глаза и упёр взгляд во флегматично жующую Клотильду. Скосил глаза направо — налево. — Приятного аппетита…

Я хихикнула. Нервно.

— Что такое агдэзия? — неожиданно поинтересовалась Матильда. — Похоже на название экзотического цветка. Вы новыми запахами занимаетесь, Алфея?

— О, нет! Не хочу Вас разочаровывать, — с энтузиазмом стала объяснять ей занятное слово, — но адгезия, а не агдэзия, это научный термин, обозначающий сцепление поверхностей разнородных тел. Например… лак и ногти, кивнула я на её ухоженную ручку.

— Ууу, — разочарованно протянула Матильда. — Мне так понравилось, как Вы запахи создаёте…

Это что, комплимент? Мне?! Из уст Неферты?!! Не иначе, фтор стал электроположительным…