Прикладная некромантия - Карина Пьянкова

— Дракон, — ругнулся Анджей. — Прямо-таки мировой заговор. Наставники могут участвовать?

— А почему нет? — скептически хмыкнул Рем, разведя руками. — Такие же люди, как и все остальные. Не святые.

— Кому в таком случае мы можем верить? — озвучил главный вопрос Анджей.

— Друг другу. Возможно, мэтру Райхэ, — спустя минуту раздумий вынес я вердикт.

— Но это сделал светлый. Наши на такое не способны, — пробормотал Анджей.

Оставалось только пожать плечами. Да, Рельку убил светлый, совершенно точно. Но ведь не факт, что ему не помогал кто-то из некромантов. Все зависит от мотивов. Если цель оправдывает средства — мастера смерти вполне могли в этом поучаствовать. Потому что нас создают именно такими: идеальным оружием, которое выковывается под определенные ситуации. В некоторых обстоятельствах мы можем даже пожертвовать друг другом. Я смог бы принести в жертву Анджея или Рема, если бы не было иного выхода. Но в таком случае и они легли бы на жертвенник добровольно.

— Я надеюсь, что наши непричастны. Я хочу на это надеяться.

— Мы должны держаться друг друга. И, наверное, Карающих, — поддержал мои сомнения Ремуальд.

Я не поверил своим ушам.

— Ты изменил свое мнение относительно Карающих?

— Да. Вполне нормальные мужики. Общительные. И они под нас действительно не копают. Отрабатывают все версии. И ищут наших ребят. Все перекопали. Спят по пять часов в сутки. Кстати, этот твой демон тоже вызвался им помогать.

Я только усмехнулся. Айаллэ всегда обладал противоестественной для лесного демона жаждой справедливости и благородством. Неудивительно, что в свете произошедшего он не пожелал остаться в стороне. К тому же пропажа студиозусов-некромантов косвенно влияет и на мою судьбу.

А вот интересно, воспитатель в курсе, что я такое? И если в курсе, то как бы развести его на откровенность? Мэтр Райхэ говорит, что я должен все понять сам, но действительно ли так будет лучше? Вдруг я найду ответы слишком поздно? И кто-то из-за этого пострадает…

— Когда я смогу отсюда выйти?

— Целители говорят, что тебе бы еще как минимум пару дней отлежаться, — попытался было образумить меня Рем.

Но я только головой мотнул. К бесам целителей с их указаниями. У меня дел невпроворот.

— Ты себя угробишь, — тяжко вздохнул Анджей. — А у нас нет денег, чтобы прилично тебя похоронить.

Я рассмеялся. Хоронить они меня собрались. Да не дождутся. Никто не дождется.

— Пошли уже. Надо исследовать территорию Академии, чтобы понять, в каких местах можно было бы спрятать группу студиозусов.

— Келе, — простонал староста, — задницей чувствую — ты нас до отчисления доведешь. Причем самой короткой дорогой.

— Не дрейфь, — ухмыльнулся я. — Мы еще всех сделаем.

— А может, лучше сперва с наставниками согласовать? — заикнулся было Анджей.

— Ты что, идиот?! — заорали мы на него с Ремом в голос.

Друг сразу как-то съежился:

— Вы жуткие. Оба. Особенно когда орете. Что я делаю рядом с вами, непонятно.

Мы только рассмеялись.

И еще минут двадцать вяло попереругивались, просто наслаждаясь тем, что все трое живы и снова вместе.

— Студиозус Эльдан! Таки пришли в себя! — с порога радостно воскликнул мэтр Райхэ, взирая на то, как наша компания в расхристанном виде устроилась на койке. — Поздравляю с выздоровлением!

— Э? — хором поразились мы с друзьями.

Он будто бы только что меня увидел… И словно не знал, что я теперь в порядке. Но мэтр Райхэ уже у меня был. Был. Парни это тоже видели! Ну не коллективная же галлюцинация!..

Наставник недоуменно смотрел на нас, мы, не менее недоуменно, — на него.

— Ну… Я, наверное, пойду, — через минуту молчания выдавил из себя культуролог и поспешно скрылся в дверях.

— Их было двое, — озвучил мои мысли Рем.

— Точно, — не стал спорить Анджей. — Только который из них — настоящий?

Разумеется, оставаться на больничной койке и изображать из себя страдальца мне как-то резко расхотелось. Выпускать меня вроде бы еще не планировали, так что решение было простым — слинять по собственному почину. Из лазарета я выбирался через окно, чтобы не попасться на глаза персоналу, который явно был бы против моего возвращения в мир здоровых. Ребята тем временем стащили мои вещи. Если бы нас поймали — получили бы все трое, но нам было не до волнений о собственной шкуре.

На выходе нас не засекли, а вот прямо у общежития мы буквально врезались в милорда декана. Очень злого милорда декана. Впрочем, когда это он был добрым, тем более ко мне?

— Эльдан, вы сейчас должны быть в лазарете! — рявкнул он.

Друзья тут же попытались спрятаться у меня за спиной. Зря. Она у меня не особо широкая, на двоих места точно не хватит.

Ничего, это мы проходили. Сделаем лицо попроще:

— Уже не должен, милорд декан. Меня отпустили.

Глупо было рассчитывать, будто мне поверят.

— И поэтому вы добираетесь до общежития в пижаме?!

— Я просто очень рассеянный, милорд декан. Забыл переодеться.

Для убедительности я даже пару раз глазами хлопнул на манер маминых фрейлин. С этим, похоже, переборщил, потому что у главы факультета дернулась щека.

— Эльдан!!!

— Что?

Декан тяжко и обреченно вздохнул:

— Вернитесь в лазарет. Добровольно.

— Но я себя прекрасно чувствую, милорд декан! — тут же возмутился я. Перспектива снова попасть под надзор целителей не грела.

— Эльдан, вы же едва не…

— Я «едва не» — что? — мгновенно вцепился я в случайную оговорку. Выходит, он тоже знает. Почему обо мне знают что-то важное все, кроме меня самого?! Дракон… Как же это раздражает. Злость огнем пробежала по венам.

— Эльдан! Прекратите угрожать расправой главе своего факультета! — завопил милорд Муарр, делая пару шагов назад.

— Чего?.. — растерялся я, вообще не понимая, о чем он говорит и когда это я успел так отличиться. — Я никому ничем не угрожаю!

— Ты опять разозлился, — пробормотал из-за моей спины Анджей. — Только на это раз очень сильно. Мне аж плохо стало. Если бы на кладбищах еще остались покойники, пригодные для работы с ними, наверняка бы наверх полезли.

— Но я не сильно разозлился, — изумленно и испуганно выдохнул я. — Да, я кое-чем недоволен, но я точно не в ярости.

Милорд декан посмотрел на меня с суеверным ужасом. Страх друзей я ощутил спиной, даже не оборачиваясь.

Это все очень и очень нехорошо. У меня и прежде были вспышки. Что поделать, дурная наследственность и в плане характера, и в плане магического дара. Но эти вспышки никогда не были настолько сильными, чтобы напугать милорда декана или Анджея с Ремом. Что-то изменилось во мне после недельной спячки.