Кассандра и Блэр в Академии магии - Мэри Лэй

Я плакала навзрыд в объятиях убийцы. Луций всегда был для меня воплощением добра и света, а это оказалось ложью. Мою душу захватило чувство, что в мире не осталось ничего хорошего. Нет ни одного безопасного места, ни одного человека, которому можно доверять.

— Диана, пожалуйста, успокойся и выслушай меня, — умолял анимаг.

Мое тело дрожало, наполненное бессилием, и не могла даже оттолкнуть от себя преподавателя. Луций взял мое лицо в ладони и с мольбой взглянул в глаза, стараясь через них поговорить напрямую с сердцем. Он тоже плакал, в последний раз видела его слезы после смерти Хрустика. Но тогда это были рыдания ребенка, а сейчас немой плач взрослого мужчины.

— Умоляю, позволь мне рассказать, — попросил профессор, и я кивнула.

Теперь ничего не будет как прежде, счастливые дети из прошлого навсегда остались там. Я и сама планировала причинить вред Аварусу и даже убить, какое право имею осуждать Луция?

— Во время экспедиции в Знойной Долине наша группа наткнулась на лагерь браконьеров, они истребляли махайродов, саблезубых тигров, ради драгоценных клыков. Мы пытались уладить вопрос миром, но они были настроены враждебно, достали оружие, и нам пришлось применить силу. Я не оправдываю этот поступок, но хочу, чтобы ты знала, как все произошло, — рассказал преподаватель, и я ему поверила. Возможно, в будущем придется поплатиться за наивность, но сейчас ощущала именно это.

— А животных ты убивал? — задала вопрос.

— Нет, анимаги, наоборот, стараются установить с животными доверительную связь, — заверил Луций и погладил меня по щеке, вытирая слезы, — я не наврежу тебе, Диана, обещаю.

— Не называй меня так, теперь я Кассандра, — напомнила приятелю.

А что будет, если я убью Аваруса? Как буду себя чувствовать, смогу ли жить с осознанием, что теперь являюсь убийцей? Каким животным стану? Не поселится ли тьма в моей душе навсегда? Мне хотелось задать эти вопросы Луцию, но промолчала. Должно пройти время, чтобы снова смогла ему довериться.

В последние дни «Сладости и радости» ломились от посетителей, всему виной чемпионат по водному регби. Спортсмены из других королевств приехали в наше, чтобы готовиться к турниру. Мне такое скопление людей было не по душе: хоть они и оставляли приличные чаевые, за это приходилось выслушивать скверные шуточки. Наша нелепая форма никому не давала покоя.

— Можно мне прокатиться на твоем воздушном облачке? — лыбился коренастый парень с другими такими же тупоголовыми бизонами.

— Еще одно слово в ее адрес и отправишься на небеса кататься на облачках, — вместо меня на похабную реплику отреагировал Ирис, восседая с Пегасами за любимым столиком.

— Хотите, чтобы мы наделали вас еще до турнира? — усмехнулся лидер амбалов.

— Говорят «уделали», болваны. Наделать вы можете в свои штанишки, — парировал Нарцисс.

— Кажется, они уже. Чувствуете гнусный запашок? — поморщился Роланд и помахал ладонью у носа.

Каждый день в кондитерской происходили такие перебранки между соперниками. Скорее бы прошел чемпионат, и работа вернулась в прежнюю колею.

— Кассандра, постой! Надо поговорить, — обратился ко мне Ирис, когда обслужила столик спортсменов и отправилась дальше по делам.

Ждать я, естественно, не собиралась, поэтому отправилась на кухню за заказом. Но обернулась, услышав позади себя топающие звуки: Нарцисс изображал бег в замедленном темпе.

— Поо-го-диии, Кассандраааа! — растягивая каждый слог, медленно проговорил старшекурсник.

— Что ты делаешь? — спросила я, смотря на него, как на умалишенного.

— Бегаю за Кассандрой — мое привычное состояние, — пожал плечами Ирис.

— Избавь меня уже от своего паясничества.

— Разве оно тебе не в радость? — усмехнулся парень, — Я же тебе нравлюсь.

— Конечно, нет! Головой что ли ударился? — возмутилась я.

— Ты целуешь всех, кто тебе не нравится?

— Это была Будка поцелуев.

— Можно любое место представить Будкой поцелуев, — сказал старшекурсник и взял меня за руку, которую я сразу же вырвала.

— Практикуй свои приемчики на другой, а от меня отвяжись. Ясно, Нарцисс?

По правде говоря, в последние дни меня обижал его шуточный настрой. Я подарила ему свой первый поцелуй, а он только и делал, что подначивал. И что только дернуло меня совершить такую глупость в Будке? Теперь словно стала уязвимой по отношению к Ирису, и приходилось снова укреплять броню.

— Прости-прости, ладно? — остановил меня Нарцисс, — Я, правда, хотел поговорить серьезно, но рядом с тобой у меня всегда появляется игривое расположение духа.

– А я не люблю игры, лучше подыскать другого компаньона.

— На что ты злишься?

От неожиданного вопроса чуть не выболтала всю правду. Если бы Нарцисс узнал, что большая часть моего гнева из-за его легкомысленного отношения к нашему поцелую, сразу бы меня победил.

— На все, что ты делаешь, — нашла глупый ответ.

— Из-за увольнения Луция?

— Да! — подтвердила чересчур эмоционально, обрадовавшись, что нашелся оправданный повод для злости, — Человек лишился работы из-за твоего бахвальства.

— А что, если скажу, что уговорил Аваруса передумать, и он оставил твоего ненаглядного профессора? — расплылся в самодовольной улыбке Ирис.

— Ты шутишь? — не поверила словам парня, но он отрицательно помотал головой, — И что ты такого сказал, что Аварус тебя послушал?

— Что это я все затеял. Да Аварус был только рад оставить Луция, больно ему охота искать нового преподавателя посреди учебного года.