Адепт - Адам Пшехшта

– Пусть попробуют, – вмешалась мстительно Анастасия. – Люди Александра Борисовича только этого и ждут. И я останусь там до вечера. Правда, нет повода для беспокойства.

– Говоришь, что мой внук расставил ловушку на этих бандитов? Почему я узнаю об этом последней?

– Александр Борисович ничего мне не говорил, – запротестовала Анастасия. – Сама догадалась. Это было нетрудно. Понимаете, все эти загадочные лица, снисходительные взгляды, говорящие, что не стоит лишним забивать хоть и красивую, но пустую головку.

Старушка посмотрела на озадаченного полковника, после чего рассмеялась.

– Раз уж мы родственники, то называй меня по имени-отчеству или «тетя», – предложила она.

– Да, тетушка, – послушно ответила Анастасия.

«Вот у меня и появилась новая кузина, – с грустью подумал Самарин. – И очень предприимчивая. Если тетка представит ее в салонах, никому даже в голову не придет засомневаться в аристократическом происхождении барышни Анастасии. И этого не изменить. Представляю, какой будет сюрприз, когда откроется ее истинная личность».

* * *

Генералу Петру Драгунову было за шестьдесят, его посеребренные волосы и борода контрастировали с широкими плечами и подтянутой фигурой офицера. Только застывшие черты лица, напоминающие сжатый кулак, и сероватый оттенок кожи наводили на мысль о длительной болезни.

Отец Веры угостил Самарина коньяком и сигарой, минут пятнадцать он говорил про все и ни о чем. Наконец замолчал, явно размышляя над тем, выдержал ли он необходимый этикет: к внуку княгини Самариной нельзя было относиться, как к обычному полицейскому или агенту тайной полиции.

– У вас есть много вопросов, – помог ему полковник. – Я только хотел бы сразу сказать, что расследованием смерти вашей дочери занимается тайная полиция. Я только консультант.

Драгунов кивнул, давая знак, что понял, хотя не было заметно, что это произвело на него впечатление.

– Я должен понимать это так, что вы отказываетесь от ответственности? – спросил он хрипловатым шепотом.

– Нет, однако я хотел бы, чтобы вы поняли, что все криминальные нити остаются в компетенции тайной полиции, возможно, полиции. Я не знал бы, что искать, поскольку в Варшаве совсем недавно.

– В таком случае чем именно вы занимаетесь?

– Расследования ведутся по разным направлениям, одним из мотивов может быть… оккультизм. Возможно, это как-то связано с анклавом. Это и есть моя сфера ответственности.

– Ну да, я слышал о ваших подвигах на Пекарской…

Драгунов затянулся сигарой, выпустил облако табачного дыма. Мгновение казалось, что он утратил интерес к теме, но блеклые, серые глаза оттенка закаленной стали и дальше смотрели на Самарина не моргая. Изучали, оценивали, анализировали.

– Я разговаривал с тайной полицией, – наконец сказал он. – Капитан Плевша произвел на меня впечатление компетентного офицера, но я не до конца доверяю ему, понимаете, у тайной полиции свои цели, а у армии – свои. Если окажется, что дело имеет политический оттенок, следствие засекретят, и никто мне не скажет, кто и почему убил Веру…

– Чего вы ожидаете от меня? – прямо спросил Самарин.

– Элементарной солидарности, полковник. Ничего больше.

– Если я смогу помочь…

Драгунов кивнул, долил коньяк. Самарин глотнул алкоголь и невольно пошевелил плечом. Скрытый под мундиром шрам болезненно пульсировал. Что-то было не так. И это была отнюдь не завуалированная угроза, полковник понимал, что имперский офицерский корпус – это среда, в которой правят свои законы. Если Драгунов представит его как человека, который не помог ему в выяснении обстоятельств смерти дочери, Самарин станет изгоем среди своих, возможно, будет вынужден уйти из армии. И его не спасет даже влияние тетушки: офицеры с одинаковым презрением относились к иерархии чиновников и дворцовой элите. Та-а-ак, ситуация становилась невеселой. Однако Самарин не мог избавиться от ощущения, что расследование не будет его единственной или наибольшей проблемой. Пора возвращаться в больницу.

* * *

Самарин потер постоянно слипающиеся глаза и посмотрел на часы: почти полночь. Матушкин тихо похрапывал, склонив голову на стол. Казалось, что только у Анастасии не было проблем с сонливостью. В полумраке, который рассеивала единственная слабая керосиновая лампа, ее глаза блестели, внимательные и настороженные, как у притаившегося кота.

– Похоже, сегодня они не придут, – сказал он, прикрывая рот.

– Ну, конечно! Именно этого вы бы и хотели! Один зевает, другой храпит, настоящие профессионалы!

С момента «удочерения» подопечная алхимика воспринимала его как двоюродного брата. Не очень умного брата.

– Ну что вы, ma chère Анастасия…

Его прервал одиночный выстрел, и через мгновение зазвонил телефон.

– Идут! – доложил Батурин из каменицы, что располагалась напротив больницы. – Они убили караульного, их человек двадцать, с револьверами.

Самарин бросил трубку и потянулся за свистком. Пронзительный свист разорвал ночную тишину. Топот тяжелых военных сапог свидетельствовал о том, что из соседнего помещения выбежали солдаты. Полковник не спеша вышел в коридор. Варецкий расставил своих людей двойной шеренгой, полностью блокируя проход.

– Готовсь! – резко выкрикнул поляк.

Зловеще блеснули дула карабинов, лязгнули вытащенные сабли.

Выстрелы и пронзительный вой предупредили о прибытии нападавших. Вероятно, бандиты хотели напугать персонал больницы.

В конце коридора появились трое замаскированных бандитов с револьверами в руках. Ошеломленные, они остановились напротив солдат, замерших в холодном ожидании.

– Первая шеренга, пли! – скомандовал злым голосом Варецкий.

Прогремел залп, полумрак осветили молнии, лязгнуло перезаряжаемое оружие. В коридоре появились следующие тени.

– Вторая шеренга, пли!

В этот раз бандиты ответили выстрелами, упали двое солдат.

– Первая шеренга, пли!

Загремел следующий залп, отовсюду неслись перепуганные крики пациентов.

– Примкнуть штыки! – приказал Варецкий.

Солдаты двинулись лавиной, и оставшиеся в живых бандиты гибли под ударами штыков. Из-за поворота выскочил высокий мужчина и выстрелил Варецкому прямо в лицо. Пуля разодрала щеку, капитан ответил ударом наотмашь, почти отрубая противнику голову. Брызнул фонтан крови. Под действием адреналина Варецкий повел своих людей на первый этаж.

– Вернитесь! Это ловушка! – закричала Анастасия, выбегая в коридор.

– Иди отсюда! – закричал Самарин. – Это не место для молодой…

Его перервала хаотическая пальба.

– Вернитесь! – повторила девушка. – Он сейчас будет здесь!