Приёмная дочь чёрной друзы - Мариэм Санди

Эрден сглотнул и выдохнул, — я думал, что сойду с ума. Многие думают, что сошел. Я не могу потерять вас эри. Он обнял ладонями мое лицо и нежно прикоснулся губами к моим, так истосковавшимся по нему.

— Обнимите меня Эрден, покажите, что это не очередной сон. вы действительно здесь, рядом.

— Я с вами. Ни на шаг от вас теперь не отойду эри.

Я сбросила плащ, скинула верхнюю жилетку- кафтан, не сводя взгляда с Эрдена наблюдающего за моими действиями с радостным удивлением.

— Вы провоцируете меня на оскорбление действием Лучезарной главы моего клана, эри, — изобразил сурового ревнителя нравственности Эрден.

— Я соскучилась, любимый, — протянула к нему руки. В его глазах вспыхнуло фиолетовое пламя и вот уже его руки снимают с меня остатки одежды, прикасаются быстрыми движениями к моему телу, словно он тоже хочет удостовериться, что все происходящее правда.

— Вы простите меня моя эри, — шептал Эрден мне на ушко между поцелуями, — я чуть было не потерял самое драгоценное, что подарила мне судьба. Вы простите меня? Вы станете моей?

— Я давно ваша. Ваша, с первого взгляда этих фиолетовых глаз и все, что было между этим моментом и окончательным признанием моей принадлежности вам, лишь жалкие попытки оттянуть неизбежное.

— Мне нравится ход ваших мыслей эри, — почти заурчал Эрден, проводя руками по моим плечам, и груди.

— Я — как неизбежность в вашей жизни. Меня более чем устраивает это определение, — выдохнул эр. Я прижалась к нему еще теснее. Уткнулась в грудь, прислушиваясь к быстрому ритму его сердца и зашептала, — я так боялась, что не увижу вас больше. Боялась, что судьба разведет нас так же легко и основательно, как свела.

— О нет, — рассмеялся самый лучший мужчина на свете, — судьба действительно жестока к тем, кто не ценит ее подарков. Но мы к ним не относимся, драгоценная моя. Мы доказали, что способны по достоинству оценить дары судьбы.

Мое тело плавилось в его руках, я тянулась к нему, обвивала руками и ногами. Дышала родным запахом, растворяясь в океане его нежности, стремясь восполнить потерянные дни и ночи вдали от него. Энергии наших сил сливались, перетекали одна в другую, даря совершенно недоступные в моем прошлом мире ощущения.

— Я хочу, чтобы это длилось вечно, — шептала я.

— С тобой, я чувствую себя совершенным существом способным совершить невозможное, — отвечал он.

Мы не жили раньше, просто существовали. Он во имя долга и на благо своей друзы, я в сером ожидании начала настоящей жизни. Его прерывистый шепот убеждал меня в этом, вторил моим мыслям, стирал границы между двумя разными существами, объединяя их в единую стихию. Никогда я не чувствовала себе настолько живой и настолько счастливой.

— Какое же это чудо что мы встретились, две половины одного целого, — прошептала я, лежа в объятиях любимого. Нежась в его близости, утомленная ласками я была абсолютно умиротворена в этот момент.

Эрден приподнялся чуть выше, так, чтобы смотреть мне в глаза, — я не верю в легенды о двух половинах единого целого Ами. — Его пальцы нежно скользили самыми кончиками по моему лицу, обводя узоры хранов.

— Я всегда считал себя цельным изначально. Самодостаточным. Мне казалось, наши привязанности, любовь, это своеобразные костыли для слабых духом, помогающие обрести опору в этой полной трудностей и преград жизни. Мне никогда не приходило в голову, что жизнь может быть просто удовольствием, а не долгом.

— Оооо… ты это всерьез? Смысл жизни в долге? Перед кем? Перед родителями и друзой? А потом, наверное, и перед женой с детьми? Выходит, чем дольше живешь — тем больше кредиторов… — у меня вырвался нервный смешок, — а как же любовь?

— Зависимость от эмоций и мнения другого существа это риск, Ами. Даже простая привязанность может стать поддержкой, а может обернуться твоей слабостью. Что уж говорить про любовь…

— Ты и сейчас так думаешь?

— Я думаю, что каждое здоровое, не сломанное трудностями судьбы существо способно существовать самостоятельно. Это только наш выбор быть вместе.

Неужели он считает меня слабостью? Мне были близки его мысли. Но…

— Дело ведь в том, кого ты любишь, Эрден. Двое сильных людей любящие друг друга станут только сильнее, разве нет?

— Допускаю и такую возможность. Мы сильные, ты можешь существовать без меня, а я без тебя. Но каким оно будет, это существование? Однажды почувствовав как волшебна и красочна может быть жизнь, разве захочешь вернуться к серому прозябанию без любви? Ами, ты то, что раскрасило мой мир яркими красками, и я не променяю даже мгновение с тобой, на годы жизни без тебя.

Я представила себе на секунду жизнь без него. У меня останутся Радна и Сай. Он прав, жить без него я смогу, но стать снова счастливой? Не хочу даже думать об этом!

— Так значит, стоило мне поддастся вашему обаянию эр, вы получили то чего хотели и теперь заявляете мне, что прекрасно проживете и без меня? — Я сурово нахмурила брови и заерзала, делая вид, что намерена покинуть этот уютный постамент для жертвоприношений прикидывающийся временно нашей кроватью.

— Я? Я получил что хотел? Как вы жестоко ошибаетесь драгоценная эри, — зловещим шепотом заявил Эрден и внезапным движением высвободил из под меня руку, на которой я так удобно лежала. Я очутилась на жестком ложе, лишенная своей мягкой “подушки" а он грозно навис надо мной. Суровость бровей в его исполнении выглядела намного убедительнее моих гримасок. Буду тренироваться.

— Вы все еще не моя жена, эри, а значит, то, что хотел я не получил. Высокородные — жуткие собственники! Разве вы не знали? И вы пожалеете, что заставили меня ждать. Вы будете страдать, и молить о пощаде непреклонного меня, — сказал Эрден и тут же начал приводить в исполнение свои

“страшные" угрозы. Я растворялась в его поцелуях, острое наслаждение от прикосновений его губ расходилось волнами по моему телу.

— Да как вы смеете обращаться таким образом с добродетельной девушкой! Ведите себя прилично эр!

Если вам удалось коварно соблазнить меня один раз, то это еще ни о чем не говорит, — из последних сил

“возмутилась" я, нелогично прижимаясь сильнее к его обнаженному телу.

— Кто кого соблазнил, это большой вопрос эри, на мой взгляд это вы вели себя совершенно неподобающе скромной воспитаннице Ложи Тьмы. Вы будете за это строго наказаны, и никакие мольбы о пощаде вам уже не помогут, — кажется, кто-то окончательно вошел в образ.

— Я вам не верю, в Ложе нас учили не доверять тому, что говорят эры.

— Значит, придется убеждать вас действием, — хищно улыбнулся Эрден.

* * *

Проснувшись в одиночестве первое, что осознал мой одурманенный сном мозг, было отсутствие в этой зале нормальной двери. Проход прикрывала тонкая занавесочка. Только сейчас я сообразила, что у нашей ночной любви были свидетели. Точнее слушатели. Много слушателей. Выходить из комнаты резко расхотелось.