Танец огня - Елена Амеличева

 - Постой, куда убегаешь? – я неловко поймал ее за руку. Все эти нежности… Не умею так. – Зояра, что не так?

 - Все так, - она посмотрела на меня тем же равнодушным взглядом, что и раньше. – Потрахались, теперь работать надо. 

 Грубое слово – привычное, сам всегда так говорю – почему-то обидело. Словно все, что только что произошло, было сведено к чему-то банальному, грязному и пошлому. 

 - Как скажешь. – Я зло ухмыльнулся. – Если снова кое-где засвербит, зови, помогу!

 - Непременно. – Фыркнула она и, поправив волосы, ушла.

 Да, старый демон был прав – эта мне еще устроит! Чтоб ее, проклятая демоница!

МАКИЛА

 - Что ты тут делаешь? – Мара удивленно изогнула бровь, когда я вошла в свою комнату. 

 - Это ты что тут делаешь? 

 - Приборку, Макила же теперь важная цаца, - девушка улыбнулась и попыталась расстелить покрывало на кровати, неуклюже сгибаясь из-за огромного живота. 

 - Из тебя прибиральщица сейчас никакая, - я перехватила у нее плед и накрыла им постель.

 - А на самом деле, чего ты тут? – Мара уперлась рукой в поясницу и сморщилась. – Думала, уж в новых хоромах обживаешься.

 - Ты о чем?

 - Так ты не в курсе? – девушка недоверчиво вгляделась в мое лицо. – Муженек тебе не сказал? Рахана вам с Агором домик выделила, теперь там будете жить.

 Меня изнутри окатило холодом. Неужели правда? Теперь мне придется в одной комнате с насильником жить? Да за что же наказание такое?

 - А чего побледнела?

 - Ничего. – Пробормотала я. – Просто такие новости. Теперь надо вещи собирать.

 - Будто у тебя много всего! – Мара рассмеялась. – К тому же, не здесь тебе надо быть, Макила. Или и этого не знаешь?

 Что еще сегодня обрушится на мою бедную голову?

 - Стукни своего нерадивого муженька, когда вернется. – Девушка покачала головой. – Рахана на сегодня тебя главной танцовщицей поставила!

 - Что?..

 - Не хлопай своими зелеными глазищами, беги на репетицию! Скоро как Фафнира, примой станешь!

РОВЕНА

 Я увидела, как Агор вошел в ворота, и привычно замерла, лаская его взглядом. Ох уж эта походка вразвалочку! Сразу трусики намокают. А этот новый костюм ему безумно идет. Никому не отдам, особенно какой-то поломойке! Это мой демон, только мой!

 - Где ты был? – я подошла к нему. 

 - Там, где был, меня уже нет, - скользнув по мне взглядом, ответил он. 

 - Нам надо поговорить.

 - Не о чем.

 Что за ответы? Я начала нервничать.

 - Ровена, теперь ничего не поделаешь, - парень нацепил на лицо кривую ухмылку. – Ты сама виновата. Агор отныне женатый демон.

 - Что ты несешь?! – я схватила его за новую рубашку, пуговицы посыпались на землю, стали видны глубокие царапины на груди.

 - Эй, крошка, не порти обнову, только что прикупил! – возмутился Агор.

 - Откуда это? – я ткнула пальцем в багровые полосы на его коже. – Кто? Баба какая-то, да?

 - У жены моей спроси, - пробормотал парень, отведя взгляд.

 - Не ври, что это поломойка! – мой голос сорвался на визг. – Говори, что за тварь посмела тебя пометить?!

 - У тебя прав никаких нет что-то от меня требовать, поняла? – рявкнул Агор. – Отвяжись! – он тряхнул лохматой башкой и быстро зашагал прочь. 

 Я замерла. Он никогда не говорил так со мной! Не смотрел со злостью и… и презрением! Это ведь обида, верно? Он просто обиделся, что из-за меня у него проблемы. Все наладится. 

 - Не реви. 

 Я посмотрела на Фафниру, которая двоилась и искажалась из-за слез в моих глазах, и всхлипнула, как в детстве.

 - Идем, - она со вздохом приобняла меня за плечи, увела в свою комнату и усадила на кровать.

 Давясь рыданиями, я все ей рассказала.

 - Твоей матери не составило бы труда сделать этот брак недействительным. – Прима с сочувствием посмотрела в мои глаза. – Зачем она так жестоко с тобой обошлась, ведь ты же ее единственная дочь!

 - Она никого не любит! Ни меня, ни отца! Только себя!

 - Да уж, выходит, так и есть.

 - А тебе просто завидует! Ты фаворитка самого Люцифера!

 - Вот если бы я управляла школой, все было бы совсем по-другому. – Демоница вздохнула.

 - Да, это было бы потрясающе!

 - Никогда бы не задвинула тебя в угол, девочка моя, отдав сольную партию этой замарашке из пустынного народа!

 - Что? – я ахнула, подскочив. – Не может быть!

 - Может, может. – Фафнира налила в кубок вина и протянула мне. – Выпей, дорогая, станет полегче. Все-таки такое предательство матери сложно пережить. 

РАХАНА

 - Не так! – я с трудом сдержалась, чтобы не стукнуть эту нерадивую по заднице. – Макила, да что с тобой?! Ты вообще в ритм не попадаешь! Это не танец, это нож в мое сердце!

 - Госпожа Рахана, не переживайте, - Гуно широко улыбнулся, подхватил меня под локоть и увлек в сторону. – Не давите на девочку, будет только хуже. 

 - Что значит, не давите? – во мне вскипел гнев. – Выступление уже вечером, а она ни в зуб ногой!

 - Мака отлично знает танец, - он погладил по руке, раздражая еще сильнее. – Просто это не тот случай, когда надо построже. Вот, смотрите. – Учитель кивнул демонам, что скучали в сторонке. 

 Они поправили барабаны, прикрепленные ремнями к талии, и неторопливо начали отбивать незамысловатый ритм. Он наполнил пространство, заставляя помимо воли откликаться на него телом – кивками головы, отстукиванием пяткой.

 Макила тоже не осталась равнодушной. Сначала подергивала рукой, потом откликнулись бедра, плечи. Когда барабанный бой полностью завладел телом и, казалось, проник в кровь, девушка начала покачиваться в такт. Глаза закрылись, волосы почти полностью закрыли лицо, руки взметнулись над головой, переплетаясь. 

 Красивые движения, полные внутреннего огня, приковывали взгляд. В них была какая-то первобытная сила, которая завораживала, заставляя следовать взглядом за танцовщицей, что уже была не девочкой из пустынного народа, а сосудом, наполненным яростным пламенем.

 Я восхищенно ахнула, когда она закружилась по залу. Этот танец ни на что ранее виденное не был похож. Такое своеобразное, удивительное, сильное и одновременно трепетное действо! Во мне старой занозой заныла зависть – чтобы так танцевать, надо иметь настоящий, недюжинный талант! Которым я обделена по воле высших сил, будь они прокляты!

 - Хорошо, убедил, - с неохотой отозвалась я на вопросительный взгляд Гуно. – Готовь ее сам, не буду вмешиваться. Но если запорет выступление, лично ответишь, понял?