Декоративка. Книга 2 - Агата Грин

Он остановился и, посмотрев на меня, ответил:

— Я тоже.

— Придурок, — злобно выпалила я, не сдержавшись, и начала торопливо подниматься. Желтоглазый, конечно, шутит… но зачем, все-таки, звала его Вандерия?

Погода установилась прекрасная. Небо расчистилось и сделалось идеально голубым, ветер стал ласков и нежен, а птицы жизнерадостно щебетали. Золотой диск солнца величаво поднялся над горами и, залив угрюмый Утхад мягким светом,  сделал его красивее и живописнее. Грязь и та подсохла. 

Отличное время дамочки выбрали, чтобы появиться!  О том, что они близко, сообщили всадники, выбранные комендантшей, чтобы встретить гостей при подлете, так что Вандерия, Драган и оставшиеся всадники Утхада, включая Флану,  успели подняться на  верхнюю площадку башни, отведенной для гуи, и там встретили мэзавских принцесс. Все прочие жители крепости собрались во дворе, куда мэзы должны были спуститься после.

Я не стала спускаться во двор, и наблюдала за столпотворением сверху, из проема, через стеклышко. Народ все валил и  валил из городка, заполняя внутренние пространства крепости,  а  толпы людей распределяли ответственные за порядок мужчины.

Воздух звенел от возбужденных голосов, всеобщее волнение передалось и мне.

Я ждала, когда же спустятся мэзы – дико любопытно было посмотреть на них! Когда они, наконец, появились во дворе, установилась благоговейная тишина; у меня у самой сердце замерло.

Сначала выступила вперед Вандерия – сухая фигурка, закутанная в  розовое (старушка питает страсть к этому цвету). Затем появились они…  Обе невысокие, если сравнивать с Вандерией,  в сложных платьях желтого и красного цветов с золотой вышивкой, которая так и блестит на солнце. Волосы прикрыты платками, как и полагается, а лица не  разглядеть с такого расстояния.

Они поприветствовали людей поклонами, и  по знаку Вандерии жители крепости низко склонились…  Тишина стояла такая, что слышно было, как шуршит одежда. Вандерия повела мэз в главную башню крепости, в покои,  которые  я украшала. Там гостий уже ждали  горячая вода, чтобы освежиться после пути, и отменный обед. И, разумеется, для каждой мэзы были подобраны мужчины в услужение: самые привлекательные, вышколенные. Утхад теперь будет работать по одному принципу: угодить мэзам…

Я направила стеклышко на мужчин, которые доставили мэз в крепость. Их было трое, все черноволосые, немарко одетые.  Более ничего интересного не углядев, я опустила стеклышко, отошла от проема и торопливо поднялась по лестнице сначала на свой этаж, потом в свою комнату.  

Вандерия хотела, чтобы я встретила  дамочек во дворе, как и остальная «челядь»,  но я поступила по-своему.  Нет уж, спасибо, как бы ни было любопытно поглазеть на мэз вблизи, это не стоит того, чтобы  оказаться в толпе  мужчин, обезумевших от  почти религиозного восхищения «матками». Бр-р-р…

Проверив дважды,  надежно ли закрыта дверь, я  скинула плащ и немного ослабила шнуровку на лифе. Млад отлично  понимал, что снаружи происходит что-то, и нервно ходил по комнате из угла в угол.

— Вся эта суматоха из-за баб, —   сказала я волку и  задумалась. Слово «бабы» я терпеть не могу, но  почему-то о мэзах думаю именно так пренебрежительно… Что это? Внутреннее неприятие?

Я  прошлась по комнате, приоткрыла окно и сама не заметила, как стала нервно ходить из угла в угол, точно как Млад; мы быстро синхронизировались и приняли один темп.

Мэзы…  настоящие мэзы, не старые, как Вандерия, не «новообращенные», как Лена, а молодые и фертильные, на сто процентов настоящие женщины-производительницы, женщины-богини.  Особая «каста» людей.

В Ниэраде женщин распределяют понятным, хоть и  обидным способом: лучшие достаются Великим отцам, а дефектные и постаревшие отдаются на пользование мэнчи, так что  каждый может себе купить или выиграть женщину.  Но в Мэзаве иначе, здесь  не мужчины выбирают женщин, а женщины – мужчин. Но какой порядок правильнее в условиях жесткого дефицита прекрасного пола? И какой эффективнее?

Еще в первый месяц моего пребывания в Утхаде Вандерия подробно разъяснила мне,  в чем высокое  предназначение каждой мэзы. Это не только деторождение, это так называемое «спасение» человечества  в целом и  отдельных мужчин. Мэза  имеет право на симпатии и антипатии, но  она должна вести себя так, чтобы все те мужчины, которые ее окружают, верили в то, что имеют шанс на ритуал-секс с ней. Мэза должна возвышать, вдохновлять, одаривать… И не только ритуалом, а  ласковым взглядом, добрым словом, умелой и тонкой похвалой, прикосновением…  Девочек учат искусству держать  мужчин в кулачке, управлять ими, оборачивать их желания себе на благо, чтобы никто не сорвался.  

Нельзя привязываться ни к мужчинам, ни к детям. Особенно к детям… Девочек растят в Свее Ноглане матроны с огромным опытом, а мальчиков – мужчины, причем зачастую они понятия не имеют, кто отец ребенка. Это считается не просто нормальным, это считается правильным. Вандерия делала упор на то, что если мужчина точно знает, кто его дети, и растит их, то он  преисполняется гордости  и высокомерия, а это вредит порядку.

Детей распределяют по особой системе, чтобы население смешивалось, и было разношерстным. Некоторые мэзы всю жизнь живут в одном месте, другие – всегда  в разлетах.  Так пытаются минимизировать риски кровосмешения, и в этом Ниэрад очень похож на Мэзаву.

Мэзы живут, подчиняясь определенному циклу, который напрямую зависит от состояния их репродуктивной системы. Нужно родить как можно больше детей, но при этом сохранить здоровье и привлекательность.  Я спросила у Вандерии, а сколько детей  за жизнь рожает одна мэза, и, услышав страшную цифру «двадцать» чуть не заработала инфаркт. Причем эта цифра не предел, а лишь некое среднее значение…  Двадцать  родов! Двадцать лет беременности!

Когда я сказала, что это  нереально,  Вандерия засмеялась  и, загадочно на меня поглядев, ответила, что  если мэза чувствует, что силы ее иссякли, или не может оправиться от родов, то ее отправляют восстановить тело и душу в Свею Ноглану, где ее принимает сама Великая матерь. После этого, как правило,  душевное равновесие и здоровье возвращаются мэзе. Я усмехнулась, услышав это, и комендантша, эта любительница розового, еще раз намекнула на то, что если я стану мэзой, то она устроит мне встречу с Великой матерью и та вернет мне хорошее зрение. Я тогда значения ее словам не придала, но, может, и правда есть у них, матерей, какой-то секрет?

Да и сам ритуал для меня тайна, покрытая мраком. Вандерия так и не рассказала, как именно он проводится.  Она говорила, что расскажет обо всем потом, когда дойдет до дела, а раз я отказалась стать мэзой, то и не узнаю, как оно все делается.  Хотя чисто физически я итак отлично знаю, как это делается… даже могу им сама рассказать про процесс оплодотворения и нарисовать сперматозоиды, яйцеклетки, эмбрионы для наглядности…

Несмотря на приоткрытое окно, мне стало душно, и я снова начала ослаблять шнуровку. Млад встал на задние лапы и  выглянул в окно, затем опустился и подошел к двери: выпусти!