Северные Демоны - Влад Лей

— Кто? — я еле выдавил из себе одно единственное слово.

— Игорек! Это я, Юра! — я попытался сообразить, кто сейчас стоит за дверью, и с горем пополам до меня дошло — Юрий Иванович. Что он здесь делает? Зачем приехал?

А, к черту! Зачем бы он ни приехал — мне нужна помощь. Чтобы хоть скорую вызвать, а то сам я уже, чувствую, до телефона, лежащего в спальне, на тумбочке возле капсулы, не доползу.

Я открыл дверь и в квартиру влетели трое. Хоть мне и было хреново, но я все же смог разглядеть гостей — мой куратор, тот самый дедок, Владимир Григорьевич, и лаборант Семен, суливший мне золотые горы за выполнение «религиозного квеста».

Дедок и лаборант бросились ко мне, подхватили, когда я уже было собирался рухнуть мордой в пол, аккуратно уложили на ламинат. Семен грохнул свою сумку рядом с моим лицом, проворно выхватил оттуда шприц и ампулу, набрал из нее жидкость и всадил мне иглу в руку.

— Что за… — попытался было спросить я о том, чем это они меня обколоть решили.

— Отдохни, это просто успокоительное, — заверил меня Семен, — тебе сейчас просто нужно немного поспать…

* * *

Я открыл глаза и огляделся. Где я? Кажется, дома. Прислушался к своим ощущениям: кажется, ничего не болит, слабость ушла, я больше не чувствую себя куском мяса, который готовят к тому, чтобы сделать из него отбивные.

— О! Вижу, ты проснулся.

Я повернул голову и увидел того самого старичка, главу научного отдела нашей конторы. Как там его? Владимир Григорьевич, кажется.

— А где Семен и Юрий Иванович? — поинтересовался я.

— Ушли. У них свои дела, — пояснил дедок.

— А вы?

— А я остался, чтобы контролировать твое состояние и объяснить, что с тобой случилось.

— И что же со мной случилось? — хмыкнул я.

— Скажем так, если говорить простым языком, то твой мозг начал работать очень интенсивно. Капсула подала сигнал об отклонениях в жизненных ритмах, и мы тут же прибыли, чтобы помочь…

Ага, так я и поверил! Куратор и глава отдела прилетели, как скорая помощь. Темнит что-то дедок…если бы подобное случалось часто — в конторе была бы специальная группа, готовая в момент сорваться к игроку. Что-то здесь не так…

— Интенсивная работа мозга? — нахмурившись, повторил я.

— Да, если хочешь — гиперактивность мыслительных процессов, — кивнул Владимир Григорьевич.

— Из серии «наш мозг работает на 3 % от номинала», — хмыкнул я. — А у меня что, на 100 % вдруг заработал?

— Ну не на сто, — хмыкнул дед, — процентов на 20, я бы сказал.

— Сколько я спал?

— Сейчас 9 утра, — ответил дед, — всю ночь ты проспал и должен чувствовать себя лучше. Как ощущения?

— Вроде нормально, — прислушавшись к себе, ответил я.

— Славно, — кивнул дед, — тогда поговорим.

— Стоп! А где Инна? — судя по времени, она должна быть дома.

— Не переживай, отправил ее в аптеку и за фруктами, — ответил дед, — скоро придет. А пока не пришла, давай-ка поговорим.

— О чем?

— О том, что случилось.

— И что же случилось?

— Для начала, зачем ты убрал все ограничители в игре? Ты ведь знаешь, что это опасно?

Я молчал, раздумывая над тем, стоит ли рассказывать ученому о берсерках, боевом режиме и прочем. Как-то я очень сомневался, что дед меня поймет. В том плане, что я так проникся бредом, который нес Нуки, что решил сделать то, что сделал. Как бы меня полудурком не посчитали и не выперли из проекта…и со старой работы тоже. Зачем держать полоумного?

Похоже, дед понял, почему я молчу, и решил помочь.

— Не бойся, никто тебя за психа не примет. Но если ты не хочешь рассказывать, давай я начну первым. Эта информация все равно станет известна во время следующего брифинга. Ты просто узнаешь ее раньше других тестеров. Естественно, разглашать ее не стоит. Ну, думаю, это ты и сам понимаешь.

Я кивнул.

— Ну так вот, — вздохнул дед, словно бы готовясь к предстоящей речи, или собираясь с мыслями, — ты знаешь, что очень скоро может случиться мировой кризис?

Я кивнул.

— И знаешь, что с помощью виртуальной реальности мы пытаемся его разрешить?

Я снова кивнул.

— Наверняка у тебя есть вопросы по этому поводу. Не стесняйся, озвучь их.

— Я не понимаю, как игра, да еще про раннее средневековье, да еще и в вымышленном мире может помочь решить проблему современности. Реальную проблему! — выпалил я.

— Мы не пытаемся найти решение в этой «игре», — ответил дед, — решение найдено. Мы пытаемся найти самый простой и быстрый способ, как это решение воплотить в жизнь.

Дед поглядел на меня и продолжил:

— Грядущий мировой кризис — это новая мировая война. По нашим прогнозам в самом ее начале погибнет более половины населения планеты.

Я уставился на деда. Он что, спятил? Какая еще война?

— Поверь, так все и будет, — повторил дед.

— Но…

— Кто и из-за чего? — закончил вопрос дед за меня. — Таких подробностей мы не знаем. Знаем лишь, что начнутся бунты, восстания, в нынешних самых крупных странах наступит анархия.

— Почему?!

— Тенденции общества к этому ведут, совокупность факторов, — пожал плечами Владимир Григорьевич.

— Например?

— Недавняя вспышка новой болезни, карантинные меры, падение уровня жизни вследствие этого, — начал перечислять ученый, — диктатура меньшинств, навязывание своего мнения большинству. Если раньше большинство терпело, то на каком-то этапе терпению придет конец: недовольные выйдут на улицу и устроят самую настоящую вакханалию. И в чем-то я их даже понимаю. Мне тоже совершенно не нравится, что, к примеру, у нас все завязано на деньгах. Даже в правительственных организациях. Ах, да, еще немалой проблемой уже сейчас является рост недовольных правительством, принимаемыми решениями и законами. Бедные беднеют, а богатые богатеют. Это нормальное положение вещей, но в нашу эру интернета все несколько иначе. Богатые кичатся своими богатствами, злят рядовых обывателей. Плюс царящее беззаконие, фактическая неприкосновенность тех, у кого есть деньги, также является фактором, из-за которого и начнется смута.

— Но причем тут война? — не понимал я.

— Как избавиться от недовольных внутри своей страны? — спросил ученый, и тут же сам себе ответил: — Найти внешнего врага. Вот только в этот раз уже веками проверенная и работавшая схема не поможет…

— Но что мы можем сделать? — возмутился я. — Ведь судя по тому, что вы рассказали — война неизбежна. Все те факторы, которые повлияют на ее начало, уже существуют!