Обещанная Тьме - Елена Золотарева

Мы шли вдоль идеального газона, на который, кажется, даже мошке было стыдно присесть, а вот Вера, взмахнув руками, спрыгнула с мощеной дорожки на траву.

— Там! Мы позавтракаем там! — ее каблуки утонули в земле, девушка ловко освободилась от босоножек, выдернула их с кусочками дерна, и босая рванула дальше, — эй, нерасторопные слизни!

Четверо гномих, держа перед собой плетеные корзины, которые им были явно не по росту, заторопились, обгоняя хозяйку.

Вера же скакала, кружилась, неслась вприпрыжку, подбрасывала свои изящные босоножки, и отбегала в сторону, чтобы те не упали прямо на нее. Она подставляла лицо лучам солнца, а стразы, которыми была украшена она вся, отражали его свет, создавая ореол из бликов. Я же пыталась понять, действительно ли она настолько рада солнечному утру, или это побочный эффект кислой воды , запаха которой, впрочем, от нее не было слышно.

— Полин!

Сняв шлепки, я ступила босой ногой на прохладную траву и по ступне пробежалась щекотка. Я даже ногу одернула, выпрыгивая обратно на тротуар.

— Не бойся! Зарядись! Давай же!

Она подбежала ко мне, вцепилась в руку и затащила на газон. Теперь стало ясно, почему девушка прыгала. Стоять смирно на этой щекотательной станции было невозможно.

Поначалу я психовала и возмущенно вздыхала – мне казалось, что я выгляжу как идиотка, но спустя полминуты вошла во вкус и с удовольствием скакала вместе с Верой. Ноги пружинили, будто подо мной был не газон, а батут, а тело ликовало от наполняющей его энергии. И я, вместе с ведьмой, раскинув руки в стороны, была готова взлететь, настолько невесомым казалось мое тело.

— Ух! — она сделала большой прыжок через низенькую живую изгородь, утаскивая меня следом, — теперь можно и позавтракать!

— Что это было?

— Особое место! Энергия земли. Чистая, живая! Понравилось?

Я не могла однозначно ответить, но совершенно точно в этом что-то было.

— А почему гномы так спокойно прошлись по земле?

Не видела, чтобы они вприпрыжку пересекали этот газон, хотя, может, корзины были на столько тяжелые, что не позволяли им сделать этого.

— Это их стихия.

— Но и моя!

— Пока ты не пользуешься своими силами, считай, что не твоя. Стихию нужно приручить, показать ей, кто тут папочка! Кстати, какой у тебя артефакт?

Я пожала плечами, решив, что пока не стану говорить никому о линзах. Не уверена, что могу доверять Вере такие тайны, тем более, что самого артефакта у меня нет: половина осталась у дедушки, а осколки второй части находятся в заколдованном шкафу в доме Лиса.

— Семейная вещица! Накопитель энергии, который дает тебе уникальные способности. Мой артефакт – этот Феникс. Благодаря ему я могу слышать очень далеко и понимаю язык животных.

Вера вновь подставила мне ушко, украшенное серебристой птицей, а я почувствовала могильный холод.

— Что с тобой? — Вера затрясла меня, всматриваясь в лицо, а я не могла глаз оторвать от ее уха, — Полин!

Я же чувствовала, как невидимые токи из-под земли снова тянутся ко мне, даже без волшебного газона, и нескладное бормотание внутри складывается в связанную речь.

— Еще он защищает тебя от смерти, — выдала я.

Вера вытаращилась на меня, не понимая, что я несу. Да я и сама не соображала, слова рвались наружу без моего желания.

— Твое ухо – слабое место. Феникс оберегает тебя от смерти.

— Откуда ты знаешь? — захлопала она глазами.

— Не знаю, — буря внутри меня резко стихла, позволяя прийти в себя. Я глубоко вдохнула, прислоняясь к дереву.