Серый волк, белый конь - Ольга Ярошинская

– У тебя еще будет шанс, – мрачно сказал Волк, подходя к крыльцу. На лице его расплывались синяки, сбоку на сером свитере зияла дыра. – Гуси-лебеди понесли ее к башне Кощея.

– Значит, так, – обратился Волк к лучникам, которые столпились у крыльца Марьяшиной избы. Лица их были угрюмы, лохмы топорщились на головах, блестящие шлемы они все как один держали на сгибе руки. – Полчаса на сборы и отправляемся к башне Кощея.

– Ты, Волк, нам не указ, – подал голос высокий мужик с рыжими усами, уныло висящими по бокам рта. – На погибель нас толкаешь!

– Ты – оборотень, богопротивная тварь! – подхватил другой, с русыми волосами, прилипшими ко вспотевшему лбу.

Волк закатил глаза.

– И ради этих людей я только что рисковал своей шкурой!

– За твою шкуру Марьяша год назад пять золотых обещала.

– Но потом ведь передумала! – заметил Волк. – Она принимала меня в гостях, преломила со мной хлеб, мне можно доверять.

– Она тебя из дома выгнала, на конюшне ночевать, – выкрикнул белобрысый мальчишка, повиснув на перилах. – А вон того кудрявого оставила.

Все повернулись к Проше, который возвышался в дверном проеме.

– И супротив гусей с ним вместе Марьяша сражалась, – задумался рыжеусый. – Тебя как звать-величать, добрый молодец?

– Прохор я, – ответил богатырь, – из Сосняков.

– А по батюшке?

– Васильевич.

– А ты, Прохор Васильевич, что скажешь?

Богатырь провел пятерней по кудрям, нахмурил золотые брови, расправил плечи, так что рубашка едва не затрещала по швам. Вышитый Марьяшей петушок расправил крылья на широкой спине.

– Я тут человек пришлый, – сказал Проша, – но вижу, что вы за люди. На вас где сядешь – там и слезешь. Не лыком шиты добры молодцы! Не убоитесь вы ни оборотней, ни гусей, ни самого Кощея!

Из толпы послышался одобрительный гул.

– Все тут собрались храбрецы как на подбор, а смелому и море по колено. Авось живы будем, не помрем. Да и что рассуждать – всяко Марьяшу без помощи не оставим. Не отдадим злодею проклятому!

– Не отдадим! – ухнули лучники.

– Тогда неча время терять! – взмахнул кулаком Проша. – Полчаса на сборы и отправляемся к башне Кощея.

– Ну а я что сказал? – Волк покачал головой и вошел в дом.

Лада сновала по кухне, собирая поклажу. Волк прислонился к дверному косяку, наблюдая, как девушка заворачивает в полотенце хлеб.

– Хлеб, вода, немного мяса, яблоки – хватит? – спросила она.

– Пойдет, – кивнул Волк. Он повернулся, и Ладе бросилась в глаза прореха на свитере.

– Сними, я зашью, – предложила она.

– Ты могла бы просто признаться, что хочешь увидеть меня голым, – усмехнулся оборотень, стягивая свитер.

– Ага, ночей не сплю, только о твоей волосатой груди мечтаю.

– Врешь, – сказал Волк. – Сегодня всю ночь дрыхла как сурок.

Лада взяла свитер, вошла в комнату Марьяши. Шкатулка для рукоделия стояла на подоконнике. Нитки в ней были разложены по цветам, в отдельной коробочке блестели бусины, в другой – деревянные пуговицы.

– Только петушков мне не вышивай, – попросил Волк.

Лада зловеще улыбнулась.

– Я серьезно, – попросил он.

– Не бойся. Я, в общем-то, и не умею, – призналась девушка. Она нашла серую нитку, продела ее в иголку. – Я не Марьяша. Вот она – просто мечта, а не девушка: и шьет, и готовит, и дерется. Такая любому за счастье будет. Так что я тебя очень даже понимаю, Серый. Хороший выбор.

– Не такой хороший, как ты, – ответил Волк. Он подошел совсем близко, Лада дернулась, почувствовав теплое дыхание на своей шее. – Что такое? Снова псиной воняет?

– Нет, – Лада повернулась и уперлась взглядом в крепкую грудь, заросшую черными волосками. Рука Волка легла ей на спину. – Наверное, привыкла, принюхалась.

Оборотень слегка наклонился к ней, и девушка вывернулась из объятий.

– Перестань, Серый.

– Лада, не станешь же ты отрицать, что между нами что-то происходит?

– Сегодня я вдруг поняла, что совсем тебя не знаю, – ответила Лада. – Когда ты расшвыривал гусей по всему двору, вместе со своим лучшим другом Колобком, я увидела Волка – того, о котором мне все говорят – опасного хищника, готового на все ради своей цели.

Оборотень отодвинулся, желтые глаза сверкнули.

– А Колобок хорош в драке, да? Особенно для булки.

– Ты ведь просто используешь меня, – сказала Лада. – Тебе надо, чтобы я расколдовала Ивана. Ты пытаешься меня обаять, чтобы я не сорвалась с крючка и прошла с тобой до конца.

– Ты считаешь меня обаятельным, приятно слышать.

– Так вот это не обязательно, – продолжила девушка. – Я и так хочу завершить начатое. Мне не нужны серенады и слова любви, как Марьяше, у которой ты украл живую воду.

– Ты не веришь, что мой интерес к тебе искренен, – подытожил Волк.

– Типа того.

– В чем-то твои подозрения оправданы. Но ты забываешь, что царевна – выгодный вариант для любого. Так что в сказочном царстве ты не можешь быть уверена ни в чьих чувствах.

– Что ты имеешь в виду?

– Любой будет счастлив жениться на царевне, – объяснил Волк. – Вот скажи, у тролля твоего после свадьбы удача поперла?

– Это да, – задумалась Лада. – Все диву давались, как у него карьера в гору пошла.

– А это твоя удача на него перекинулась. А если ты в какой-нибудь деревне решишь поселиться, то жители тебе и дом построят, и хозяйство выделят. Царевна в деревне – это отличный урожай и двойные удои.

– Удои? Ты меня троллишь? – вскинула на него глаза Лада.

– В смысле? – не понял Волк.

– Не обращай внимания, – отмахнулась девушка и уставилась в свитер. Волк, голый по пояс, поджарый и смуглый, сбивал ее с мыслей. – У меня даже приданого нет, – притворно вздохнула она. – Была шкатулка с яйцом – и та улетела к Кощею.

Она протянула свитер Волку, стараясь не смотреть на него.

– Думается, что не Марьяша им нужна была, – помрачнел оборотень, – а ты. Так что остаешься, Ладушка, на хозяйстве. Заодно и проверишь, правду ли я об удоях сказал.

Проша вошел в горницу, одобрительно кивнул.

– Я с Волком согласен, – сказал он. – Тут безопасней будет.

– Наверное, так и есть, – ответила Лада. – Только кто мне постоянно доказывает, что в моей крови удача? Если в вашей команде будет царевна, шансы на спасение Марьяши увеличатся.

Волк открыл рот, закрыл, нахмурился, натягивая свитер.

– Убедила, – сказал он. – Но держись в стороне. Ох, не так я планировал наш путь! Будь моя воля, я бы тебя и близко к башне Кощея не подпустил!