Всевидящая для империи - Ирина Андреева

Все девушки темноволосые красавицы, теперь вкус принца, как говорится “на лицо”. И всех интересовал один и тот же вопрос: “Кто именно станет женой Карима?” Да, это его гарем, я сразу поняла, когда прикоснулась к первой из них. У всех, довольно неплохое прошлое: из хорошей семьи, воспитаны, образованы... и, конечно же, чтобы здесь оказаться - приложили немало усилий.

Не хотелось никого разочаровывать, но пришлось признаться, что будущего не вижу, пока. Девушки, естественно, расстроились, а некоторые, почему-то стали ревновать принца ко мне. Что очень удивило, ведь я - не нахожусь среди них!

“Почему лицо прячет? Наверное уродина, хи-хи”, - услышала мысли одной наложницы. Меня это обидело и позабавило одновременно. Наверное, так и другие могут подумать, на приёме. Ну и пусть! Главное, продержаться год.

В гарем Амира идти отказалась, да и Ингрид не настаивала, видя моё плохое настроение. Уже наверняка пожалела, что привела меня сюда, заметно загрустив. Кстати, её мысли я тоже не вижу, не иначе, старая всевидящая постаралась или девушка сама, хорошо их скрывает. Молча, она шла рядом, боясь даже смотреть на меня.

- Впредь предупреждай, если надумаешь устроить какую-либо встречу.

- Хорошо, - согласилась она, на секунду подняв на меня глаза.

Сразу стало чуточку стыдно за свою злость и жалко девушку. Действительно, что меня так разозлило? Неужели ревную? Нет, мне всё равно. Да! Плевать, сколько женщин у Карима! Меня это не должно касаться! Ускорив шаг, я почти побежала в свои покои. Ингрид едва поспевала. Достигнув своей комнаты, я передумала. А зайду-ка в сад! Вдруг райские птички покажутся? Может, тогда мне легче станет?

Служанка не зашла со мной, осталась ждать у дверей. А я, шагнув в это райское великолепие, снова испытала восторг. Побродив немного по извилистым дорожкам, любуясь прекрасными цветами, вдруг наткнулась на одного из принцев -Карима. Хорошо, что не видит меня: сидит в расслабленной позе на ажурной кованой скамейке, глаза закрыты. Его лицо такое красивое и безмятежное, что я опять залюбовалась и сразу забылась вся злость. Опомнившись, развернулась и как можно тише, постаралась уйти.

- Эвелин, - услышала за спиной.

- Да, Ваше Высочество, - ответила, застыв на месте.

- Уже уходишь? - подошёл ко мне и встал напротив.

Стараясь не смотреть в его голубые глаза, я произнесла:

- Надо готовиться к приёму. А вы? Что здесь делаете? - про себя подумала: “ Должен же отсыпаться, после бурной ночи” - и тут же опять разозлилась: “Да что я в самом деле? Мне же плевать!”

- Я уже говорил ранее, что прихожу сюда ежедневно. Здесь лучше думается, - тяжело вздохнув, продолжил. - Надо решить проблему с орками, ведь договор действует. Не знаю, как преподнести это отцу. Как он отреагирует?

- Хотите, я ему расскажу?

- Нет, не нужно. Это наша с Амиром проблема, сами решим.

Такой ответ порадовал. Это ответ мужчины. На минуту я даже забыла, что было до этого дня. Как они с братом мотали мои нервы, соревнуясь: кто первым доставит меня во дворец и о том, как мечтала сбежать от них из -за этого.

Он замолчал, а я, не знала, куда деваться и как посмотреть ему в глаза. Казалось, если взгляну, то поймёт, как волнуюсь в его присутствии. Да что это я? Наверное, здешняя атмосфера, так действует.

- Мне пора, - коротко проговорила и собралась уйти.

Но Карим остановил, взяв за руку. Опять эти приёмчики, ведь просила же! Но вырываться, почему-то не стала.

- Подожди. Тебя что-то тревожит? - поинтересовался он бархатным голосом. Вот зачем так делает? Использует свои чары!

- Ни-чего, - ответила, немного растерявшись, и взглянула -таки на его лицо. - “Глаза, как небо! А улыбка... так, наверное, могут улыбаться только эльфы!”

Нет, зачем он подошёл ближе? Вторая его рука, легла мне на талию. Сердце начало предательски громко стучать, я затаила дыхание.

Склонившись ближе к моему лицу, он шёпотом вымолвил:

- Ты ведь убедишь императора разделить империю?

Сердце, как будто сделав кувырок, встало на место и забилось ровно, как прежде. Вот же гад! Так испортить момент! Ненавижу! Как я вообще попалась? Это точно сад виноват.

Сжав плотно губы, я попыталась отстраниться, но он не отпускал, умоляюще проговорил: