Запрет на любовь - Римма Антонова

Лара

С самого утра крутилась по квартире в хлопотах. Приготовить, помыть, убрать. В коротких джинсовых шортиках, в тех самых, в которых впервые познала вкус любви с Алексеем, и в бледно-голубой майке боксерке мыла полы. Всё же сил не хватало. Закончив с полами, вылила воду в унитаз. Помыла руки и отправилась вновь на кухню.

Хотелось приготовить быстро и без лишних заморочек, поэтому поставила воду для макарон, оправдываясь перед собой тем, что завтра станет ещё легче, и смогу порадовать мужчину более разнообразными блюдами на завтрак, обед и ужин. А то макароны по-флотски на весь день, конечно хорошо, но скучновато и однообразно.

В кармане завибрировал мобильный телефон. Как хорошо, что додумалась отключить звук у телефона, а то так можно было и разбудить Лёшу.

Я достала телефон и посмотрела на экран. Светлана. Смахнула по зеленой трубке, прижала телефон к уху, заранее притворяясь ослабленной и больной:

— Привет, Света.

— Привет. Тебе так легче не стало? — обеспокоенно пропищал её голос в мобильнике.

— Нет. К сожалению. Сама очень устала от этого, — кривя душой, пролепетала в ответ.

— Жалко. А у меня свадьба через три часа, — проныла в телефон Света.

— Ну и чего ты недовольная. Я поздравляю тебя! — торжественно объявила и закашлялась.

— Я так хотела, чтобы ты была на моей свадьбе. Да и у Ромы брат интересовался тобой. Ну, помнишь, говорила тебе про холостого. Хотела все познакомить тебя с ним. Ну, как хотела, до сих пор хочу.

— Не судьба. Да и думаю я не готова знакомиться еще с мужчинами. Понимаешь?

— Ну, Лара — это не дело. Лёши давно нет в живых. А ты всё, как преданная собачонка тешишь себя мыслями о нём.

— Света, — промямлила я. — Дела не только в Лёше. Просто я болею и мне не до знакомств, — сливая воду с макарон проговорила я и отправила их в кастрюлю. Туда же полетел заранее приготовленный фарш со сковороды.

— Слушай, он у нас ещё неделю гостить будет. Может, как тебе полегчает мы придем к тебе, да и захватим что-нибудь с собой. А то ты, наверное, и питаешься дурно.

В этот момент Алексей тихо подкрался ко мне со спины и заключил в объятия, прижимая плотно к себе. Поцеловал шею и начал томно дышать на ухо. У меня тут же по телу побежали мурашки, дыхание предательски участилось.

— Не стоит волноваться, у меня всё необходимое есть. Знаешь, у меня так болит голова, — держа себя в руках, театрально страдальческим голосом заявила я. — Я ещё раз вас поздравляю! И жду видео и фотографий со свадьбы.

— Хорошо. Я побегу, а то меня все ждут. Но я ещё позвоню… и про брата Ромы подумай. Нам не сложно и в гости прийти. Пока, — защебетала Светлана, и скинула вызов.

Положила на столешницу телефон и попыталась отодвинуть от себя Лёшу, но он еще крепче сжал в своих объятиях, вжимая в тумбочку ногами, пошло прошептал:

— А вы у нас, оказывается ещё та актриса. Так откровенно обманывать наивную девушку надо еще уметь… я поражаюсь твоим способностям, — и лизнул меня в ушко.

— Лёш, ты чего творишь? — простонала я, закатывая глаза, пыталась устоять на ногах.

— Ты очень плохая девочка, а с плохими знаешь, что делают, — дразня бархатным голосом, продолжал шептать мужчина. — Их наказывают, — больно укусил за шею.

— Ай! — распахнула глаза от боли, я и вырвалась из рук мужчины. — Ты с ума сошёл что ли?!

Повернулась спиной к нему и пошла в комнату. Но Лёша резко схватил меня за руку и развернул лицом к себе и угрожающе начал приближаться ко мне. В душе началась паника. Впервые я испугалась его. Шаг назад, ещё шаг — стена. Уперлась спиной в стену, а Алексей навис надо мной, закрывая пути отступления руками с двух сторон.

— Лёша, ты меня пугаешь, — пискнула я.

— И с кем тебя за моей спиной решили познакомить? И почему ты не отказалась от этой затеи? Кто он такой? — проговорил, с каждым словом нагибаясь ближе к лицу.

— Ты же сам все слышал! У Ромы есть брат. И Света решила, что мне обязательно нужно с ним познакомиться. Я отказалась. Но сейчас она снова предложила. Но как я должна пояснить ей свой отказ?! Прости, Света, но Лёша воскрес, поэтому валите нафиг со своим братом?! — сорвалась я на крик и всхлипнула. — Что вообще с тобой?!

Мужчина внезапно лизнул мою нижнюю губу, и я вжалась в стену, испуганно уставилась в его глаза. В них увидела лишь хищное выражение, от которого стало совсем не по себе.

— И ты хочешь сказать, что совсем не заинтересована в этом знакомстве?! — напирал он.

— Совсем нет! — выкрикнула в ответ. — Ты сумасшедший!

— Нет. Я просто одержим тобой! С самого детства и по сей день, — он нежно притронулся к моему лицу, скользнул к подбородку и приподнял за подбородок. — Понимаешь, всё это время, как я попал к охотникам, то пытался забыть тебя. Потому что нельзя! Нельзя любить тебя! А я продолжал. Как слепой котенок во тьме, пытался всегда наткнуться на тебя. Это — настоящее безумие. Когда соглашаешься на всё, что на тебя навешало руководство. Подписываешься на то, что ломает твою жизнь. Крадёт счастье. А потом думаешь, а правда ли я смогу жить по новым законам, которые продиктовали свыше. Я понимал, что для всех умер. Понимал, что тебе нельзя быть со мной, а если бы даже и показался, то как ты отреагировало на это. И знаешь, что я начал делать?!

— Что? — прошептала я еле слышно.

— Я начал следить за тобой. Следить! После каждой тренировки, я тенью ходил за тобой по пятам. Тот же Рома пять раз чуть не заставал меня с поличным, но мне удавалось избежать этого нелепого столкновения. И ладно бы ты жила, как все. Нет, я видел, как ты плакала и страдала. Видел, как ты таскаешься на ту гребанную могилу и разговариваешь с фотографией. Ты представить не можешь, как всё это было больно видеть! Иной раз мне хотелось подойти к тебе и так встряхнуть, чтобы ты больше никогда не ходила на то проклятое место. Никогда!

— Я же не знала, что ты жив, — сглотнула нервный ком в горле. — Мне тоже было больно.

— А потом это кретин Олег, полез к тебе в койку. И, что я увидел перед собой. Немощного котёнка, которая от скорби не может элементарно постоять за себя. Мало того, ты жила моими воспоминаниями о детстве. Хотя, должен сказать, я не всё записывал там. Потому что мама могла всегда их взять и прочитать. Самые сокровенные воспоминания у меня в голове. Но ты же начала жить моими дневниками. И снова — фотография! Ты и в квартире умудрялась разговаривать с моей фотографией! Тогда я подумал, надо всё это прекращать. Потому что так не могло больше продолжаться! Именно в ту секунду я так подумал и тут же закинул прослушку в черную куртку. Хотя знал, что носишь ты пальто.

Слёзы безмолвно покатились по щекам. Лёша говорил громко, словно пытался докричаться до меня. Он смахнул другой рукой слезу с моего лица и продолжил: