Путь Крови - Михаил Павлович Игнатов

— …за вашу семью и договор. За вашу жизнь. Негоже отказываться от лежащего рядом ножа и пытаться освежевать добычу с помощью щепки.

Выругавшись под нос, шёпотом, едва ли не про себя, я чуть укоротил шаг, подстраивая его под зло стучащее сердце, а через мгновение толкнулся, выворачивая ступню точно так, как требовали Шаги сквозь тьму.

Что я могу сказать? Ирал был счастлив. Шаги сквозь тьму рода Оскуридо отлично совместились с печатью «херристра потег». Не просто совместились, а сложили свою скорость. Дальше я мчал, куда там лошади. Не всякий граух в конюшнях Денудо был способен так быстро и так долго скакать — кусты вдоль дорог сливались в одну полосу, взгляд с трудом выхватывал детали, а путь через лес, четыре лиги до Иструма я пролетел минут за двадцать, не больше и мог бы пробежать ещё столько же.

Заметив впереди маячащую тень, сжал левую руку в кулак, ломая печать и скорость. С трудом успел перестроить шаг, чтобы не полететь носом в пыль. Ирал рядом довольно прогудел:

— Отлично, господин, отлично.

Ещё бы ему не радоваться, господин же послушно выполняет его указания.

Тем временем из леса на дорогу бросились четверо. Кодик и три воина.

Да, тень отмечала мне именно их. Жаль, конечно, что сегодня здесь очередь не Илиота, с другой стороны, какая мне разница? Часом раньше, часом позже.

Один из воинов качнул головой:

— Господин, вы так изменились за эти десятицы, ещё сильней стали похожи на владетеля Нумеро.

Кодик же беспокоило совсем другое:

— Господин, что случилось? За вами погоня? Вы бежали из Академии?

— Нет-нет, — махнул я рукой, успокаивая его. — Можешь считать, что я закончил Академию раньше срока и теперь ищу вас, чтобы вместе отправиться в Реол.

Тот же воин, что говорил, как я похож на отца, расплылся в улыбке:

— Господин, поздравляем! Господин, мы не сомневались в вас. Я слышал, что ваша мать тоже добилась здесь успехов.

Возможно, я отвык, возможно, воины тут озверели в лесу от одиночества и однообразия дней, но их слова резали меня какой-то нарочитой лестью, которой я совсем не ожидал от тех, с кем когда-то гонялся за реольцами.

А вот Кодик остался точно самим-собой. Хмуро сообщил:

— Господин, Креод отъехал…

Я едва не сказал, что знаю. В последний миг прикусил язык. Откуда знаю? Всё же так неудобно бывает с этим знанием от теней — приходится думать, что можно говорить, что я могу знать, а что не могу. Учитывая, как часто у меня слова слетают с губ раньше, чем я успеваю подумать головой — это даже опасно.

— …по делам.

Я не удержался:

— Это по каким ещё делам?

Кодик невозмутимо пожал плечами:

— Я хённам, он гаэкуджа. Он не доложился мне, господин. Но если нам всем не нужно бежать прочь, спасаясь от погони, то вы можете оставить ему указания и он догонит вас, господин.

— Ладно, — отмахнулся я от этих мелочей. — Я хочу увидеться с Илиотом. Двигаемся в город, — спохватившись, спросил то, что и так знал. — Вы тут ждали каждый день?

— Конечно, господин. Мы пытались и ближе подойти, стражники у Академии так себе, но дальше ворот нас всё равно не пускали, а забираться через стены мы не рискнули.

И снова я отлично знал, что, вообще-то, они уже почти собрались это сделать, пока я сидел в камере, но остановились в последний момент, побоявшись, что их могут поймать внутри и этим они лишь сделают мне хуже.

Не думаю, правда, что от этого стало бы хуже мне, идару и ученику, которого привёз в Академию её глава Вир. А вот они пострадать могли. Стражники и учителя Академии могли и не разбираться, кто к ним лезет, а бить сразу на смерть.

Поймав взгляды воинов, медленно кивнул:

— Спасибо за службу и верность Дому.

Они просияли, а Ограк довольно заметил:

— Правильно, господин. Нет ничего лучше для простого воина, как знание о том, что господин замечает и ценит их.

Вообще-то, это объяснил мне ещё отец, да и сабио Атриос часто говорил, что нет ничего проще, чем добрым словом поддержать слуг, воинов и простых людей на землях Дома. Правда, они же оба советовали к словам добавлять ещё и дела.

О делах я и думал весь путь к городу. До тех пор, пока не пришла пора разговаривать с Илиотом.

Это вышел непростой разговор. Я говорил осторожно, выставив за двери остальных, включая Кодика, подбирая слова, стараясь вести всё так, чтобы не сообщить ничего об излишней части крови Оскуридо.

Так мол и так, есть сложность с многосоставными техниками. К сожалению, учитель Закий очень занят и ничем мне помочь не может. Нужно переделать печати, но прочитанная книга главы Вира не особо помогает. В этом деле я могу полагаться только на тебя, Илиот.

Я говорил и уже раз в десятый пытался сообразить, как же мне поведать ему в конце главное, то, что печати нужно переделывать под кровь Безымянного Предка.

Илиот же слушал, хмурился, наконец покачал головой:

— Господин, да толку от этой книги? Её всех заставляют читать. Даже экзамен по ней проводят. Но…

Он вздохнул, пошевелил пальцами, не разминая их, не перебирая знаки в языке жестов, как я, а словно не зная, какую печать сложить, поднял на меня глаза:

— Господин, нас, конечно, учили гораздо дольше, три года это всё же не два месяца, но даже этого времени мало… Нет, не так. Нас учили не спеша, давая много и других вещей, а не только набор простых печатей и навыки применять их в сражениях. Академия выпускала много разных адептов. И тех, кто шёл в армию к королю, и тех, кто лишь весело проводил в Академии время, ничего толком не запоминая.

Я, кажется, понимал, куда он ведёт и невольно стиснул зубы. Кажется, самым простым путём пройти не получится. Будь это всё проклято, чтоб эти ваши сложности Безымянный к себе утянул. Можно мне оставить немного удачи?

— Я, конечно, учился с удовольствием, а не бездельничал за вином, но всегда знал, что мне суждено всю жизнь прослужить в Доме адептом небольшой крепости и потому никогда даже не интересовался ни прикладным использованием в кузнечном деле, в лекарском, а тем более такой нудной штукой, как история пути адептов, изыскания на этом пути. Я и книгу главы-то прочитал с трудом.

— Ладно, — я вздохнул. — А какие книги тебе нужны по этому делу, чтобы вникнуть? У