Хранитель - Демиург

Меня словно пронзило. Я смотрел в лицо музыканту, не слыша дальнейшего текста песни, полностью погрузившись в расчёты. Мозг заработал с потрясающей скоростью, анализируя и прорабатывая возможность осуществления идеи, родившейся из текста песни. Мне не нужны копии, не нужно передавать свою силу, если только лишь сделать возможным овеществление воспоминания о самом себе. Я интуитивно почувствовал, что это выход, который идеально соответствует поставленной задаче. Осталось лишь совершить невозможное. А я даже не представляю как к такому подступиться. Не так уж и сложно. На моём лице появилась широкая азартная улыбка.

Я кинул музыканту несколько золотых, а он низко поклонился, в знак благодарности за столь необычную щедрость. Он смотрел в лицо странного человека, закутанного в белый плащ, покрытый рунами. Смотрел в его глаза, в которых вспыхнуло пламя, и в голове музыканта начал сам собой складывать текст новой песни…

Я стоял напротив ректора, готовившегося к сражению. Трибуны оставались практически пусты. помимо преподавателей присутствовали лишь герцог Арлийский с пятёркой своих подчинённых и три члена королевской семьи. С двумя из них я встретился первый раз. Второй принц, который был точной копией своего старшего брата и вторая принцесса, низкая и стройная черноволосая девушка, с очаровательной улыбкой и в слегка мешковатой одежде. Ожидаемо присутствовала Ванесса. Один из подчинённых графа настраивал записывающий артефакт, а другой держал королевский портрет. Это казалось мне странным, пока портрет не моргнул. Тоже артефакт. Значит король заинтересовался результатами нашего с Люмье спарринга. Впрочем, этого тоже следовало ожидать. Люмье сильнейший в своём поколении и правитель должен быть уверен, что ректор способен одолеть неконтролируемого мага из другого мира. Эта мысль вызвала у меня улыбку. Их всех сегодня ждёт очень и очень впечатляющее зрелище.

Наконец Люмье был готов и кивнул Гвардейцу, который активировал защитный купол и поспешил отойти подальше. Наш спарринг начался с мощнейшего удара со стороны ректора. Из шёпотков со стороны трибун я понял, что это очень мощный конструкт из пятидесяти фракталов. Сильно. Я взмахнул рукой и удар Люмье развеялся, не сумев преодолеть стену из ветра, которая превратилась в цепи, окутавшие фигуру моего противника и удерживающие его, пока над головой мага формировались десятки кристальных и огненных клинков.

Защита ректора выдержала этот удар без особых проблем, а мне пришлось защищаться от конструктов, кружащих вокруг моей фигуры и атакующих со всех сторон. Вокруг моей защиты возник Пространственный Куб, который изнутри был покрыт сетью из кристаллов. Все конструкты ректора меняли направление и удары уходили в землю или барьер. А те, что прорывались, останавливались кристальной магией. Пока я защищался, ректор подготовился и нанёс удар, в который было вложено очень много сил. Конструкт принял форму животного, похожего на Дранга. Многотонная бронированная туша понеслась в мою сторону с очень высокой скоростью.

— Это Воплощение Зверя. — Донёсся до меня изумлённый возглас одного из преподавателей. — Шестьдесят фракталов и так быстро, просто поразительно.

Усмехнувшись, взмахнул рукой и атака развернулась в сторону ректора, встретившись с Орхидеей. Люмье был к такому готов, ведь я уже опробовал это плетение на Близнецах, и без особых проблем развеял собственный удар. С громким треском из земли показались кристальные челюсти, попытавшиеся раскусить моего противника напополам. Он небрежно отмахнулся от этой атаки и челюсти превратились в пыль, мгновенно превращённую мной в десятки кристальных игл.

Ректор защитился и от этой атаки, но я сумел отвлечь от себя внимание и фигура Люмье оказалась скрыта огненным торнадо. Миниатюрная версия того, что мы с Элизой сотворили в прошлой жизни. В десяти метрах от моей атаки открылся небольшой портал, из которого невозмутимо вышел ректор. Я мгновенно перестал подпитывать торнадо и принялся формировать новую атаку, но не успел. Люмье был настоящим мастером и сумел подготовить удар за то время, что был скрыт от меня. Выглядела атака как устрашающее подобие огромных ножниц, попытавшихся отделить мою голову.

— Рассекающий Жизнь. Шестьдесят пять. — Шёпот с трибун становился всё более изумлённым. Впрочем, это не предел, пора немного повысить градус шока на арене. Я картинно щёлкнул пальцами и атака ректора просто исчезла.

— Как?

— Что он сделал?

— Это невозможно…

Трибуны просто взорвались различными эмоциональными и, в большем количестве нецензурными, выражениями. Молчали лишь мрачный герцог Арлийский, впавшая в шок Ванесса и задумчивый Римус. Даже Полуночники не смогли сохранить спокойствие. А вот ректор оказался на удивление сдержан.

— Дефектны, значит… Понятно. — Было заметно, как сильно по ректору ударил тот факт, что он потратил весьма значительную часть своей жизни на магию, которая оказалась уязвима в сражении. Впрочем, это никак не повлияло на стремление Люмье одолеть меня на арене.

Ректор оскалился и принялся заваливать меня слабыми, но очень многочисленными конструктами. Не больше десятка фракталов в каждом. Мгновенно понял, что мощные конструкты неэффективны в силу того, что их можно быстро развеять, почти не затратив своих сил, очень способный маг. Сотни атак раскрошили арену в том месте, где я стоял мгновение назад.

Со стороны применённое мной свойство плаща смотрелось следующим образом: я начал рябить, словно пытаясь стать невидимым, а затем исчез и появился в другом месте. Ректор мгновенно перестроился и вновь атаковал пустое место. Я был уже на противоположном конце арены. А затем ректор оказался в круге из десятка моих копий, то и дело исчезающих из вида и меняющихся местами. Магия пространства и иллюзии, выглядело весьма впечатляюще.

— Он Мерцает. — Донесся мужской голос одного из Полуночников.

— Похоже, но нет. Мерцание не может перемещать в пространстве. Это сильнее, чем конструкт из сорока фракталов, но самих фракталов я не чувствую. — Сорок, значит. Интересно…

Ректор разошёлся на полную, превращая арену в миниатюрный конец света. Но девять копий, меняющихся со мной местами при малейшей угрозе, не давали ему сконцентрировать атаку. Я усилил иллюзию светом и вложил магию, Люмье банально не мог отличить меня от копии. Десять моих фигур одновременно вскинули руки и на ректора обрушились волны пламени, пришедшие со всех сторон. Маг взбешённо рыкнул и вокруг него сформировался зеленоватого цвета куб, впитавший волны пламени.

— Куб… — Синхронно выдохнули зрители. Этот конструкт я узнал и сам. Семьдесят фракталов это не шутка. Несмотря на простоту названия, передо мной на арене сейчас сформировался один из сильнейших известных конструктов в мире. Люмье настоящий гений, если он с такой скоростью и лёгкостью формирует такие конструкты и управляет такими объёмами энергии. Сильнейший в своём поколении. А возможно и один из сильнейших магов за всю историю мира. Однако…

Я взмахнул рукой и в кубе