Подруга бога - Анна Одувалова

– Я так сказал.

Дакини растаяли вместе с кровавым туманом. В нем же растворились огромные черные псы, а Ян, принявший свой человеческий облик, навзничь рухнул в сугроб. Под телом парня медленно расползалась лужа крови, которая в отличие от крови дакини не исчезала.

– Ян! – взвизгнула я и кинулась к парню из своего укрытия, падая на колени в окровавленный снег.

– Ты поможешь мне дойти до склепа? – чуть повернув голову, слабо прошептал он. Лицо парня было неестественно бледным, глаза потускнели, а лоб покрылся испариной.

– Конечно! – выдохнула я, понимая, что тут не помогать, тут тащить придется. – Ты весь в крови, – всхлипнула я, с ужасом разглядывая кровоподтек у виска, темные дорожки, идущие от носа к нижней губе и вниз по подбородку. Но всю серьезность ситуации я осознала, когда коснулась руками черного изодранного свитера – он оказался липким и мокрым от крови, которая на морозе очень быстро твердела. – Ты с ума сошел! – заорала я, разглядывая окровавленные ладони. – Какой склеп, Ян! Тебе срочно нужно в больницу!

– Не нужно, – упрямо замотал головой парень и, больно вцепившись мне в руку, попытался сесть. Я удивилась, что спустя несколько минут усилий у него это все-таки вышло. Ян упирался дрожащей рукой о снег и старался не завалиться на бок.

– Просто доведи меня до склепа, – просипел он. – Там есть все необходимое. Мне не нужны врачи, поверь. Ну же, Алина, или ты хочешь, чтобы я истек кровью на морозе?

Я не хотела, поэтому, сжав зубы, помогла парню подняться, мысленно прощаясь со своей светло-розовой любимой шубкой. Там, где мы с Яном шли, на снегу оставалась дорожка из кровавых капель, напоминающая рубиновое ожерелье. Ян едва переставлял ноги, одной рукой повиснув у меня на плечах, а другой зажимая рану на животе. Сквозь пальцы парня сочилась кровь.

– Ты погибнешь! – всхлипывая, шептала я, стараясь не смотреть на израненного парня, но он лишь хрипло смеялся, заходился кашлем и на секунду убирал руку от живота, чтобы тыльной стороной ладони размазать по лицу стекающую из уголка губы кровь. Если бы мне кто-то сказал, что я воочию увижу такое количество крови и при этом не грохнусь в обморок, я бы ни за что не поверила.

Несмотря на кажущуюся хрупкость, Ян был тяжелым или просто висел, словно мешок с картошкой. Я тащила его из последних сил, сжимая зубы и думая, что, если бы не занятия в тренажерке, наверное, уже бы сдалась и уронила парня в сугроб, а так пока держалась, несмотря на усиливающуюся боль в позвоночнике и пояснице. Каждый шаг давался труднее и труднее, причем я понимала, что не только мне, но и Яну.

– Потерпи еще чуть-чуть, – уговаривала его я. – Нам осталось несколько шагов.

Прямо у узорной решетки склепа рука Яна соскользнула с моего плеча, и парень рухнул на снег.

– Вот черт! – выругалась я и опустилась на колени.

Видимо, Ян потерял сознание. Его глаза были закрыты, тени от длинных ресниц ложились на посеревшие щеки, губы превратились в бледную голубоватую полоску, и мне стало очень страшно. Парню срочно нужна была помощь, а я не знала, как открыть эту чертову дверь. В прошлый раз Влад открывал ее с помощью каких-то нелепых пассов и слов.

Я подергала за толстые витые прутья, потрясла и сдавленно выругалась, понимая, что все это бесполезно. Открыть решетку силой у меня все равно не выйдет – она слишком массивная. Единственная возможность попасть внутрь – Ян.

– Эй! – похлопала я парня по щекам, пытаясь привести его в сознание. – Эй! Очнись же, пожалуйста! Ян!

Он медленно открыл глаза и посмотрел сквозь меня мутным, ничего не выражающим взглядом.

– Ян, соберись, пожалуйста! Нам нужно попасть внутрь, я не смогу сделать это без тебя! Давай же! – тормошила я его, с ужасом вглядываясь в медленно закрывающиеся глаза, и чувствовала, как замедляется прерывистое дыхание.

– Ян! – в отчаянии вскрикнула я и потрясла его за плечи. – Не смей отключаться! Слышишь меня, не смей! – Я, теряя самообладание, тряхнула его сильнее и с радостью заметила во вновь открывшихся глазах осмысленное выражение.

– Нам нужно попасть внутрь, – повторила я, и Ян кивнул, показывая, что меня понял.

Он с невероятным усилием повернулся на бок и оперся на локоть, пытаясь подняться. Я тут же подставила свое плечо, для того чтобы он смог на него опереться, и волоком дотащила до решетки. Парень ухватился за нее и подтянулся на руках вверх. Прислонившись лбом к прутьям, перевел дыхание, видимо собираясь с силами, и, отстранившись, встал, пошатываясь от слабости. Я думала, он снова упадет, но Ян быстро и уверенно сделал несколько замысловатых жестов, нарисовав в воздухе рядом с решеткой вспыхнувшую голубоватым светом лилию. Когда дверь открылась, он едва не нырнул вниз на каменную, скрывающуюся в темноте лестницу, я успела поймать его, подскочив сзади и ухватившись обеими руками за талию.

Сложнее всего было спуститься вниз по скользким ступеням. Ян истратил остатки сил на то, чтобы открыть решетку, и сейчас мог лишь висеть, приобняв меня за плечи, приходя в себя лишь время от времени и делая слабые попытки переставлять ноги. Спустившись вниз, я доволокла Яна до дивана и рухнула прямо на парня, которого пыталась уложить на клетчатый плед.