Город потерянных душ. Книга 5 - Кассандра Клэр

— Это комплимент? — прищурилась Изабель. Никто не имел права оскорблять ее семью.

— Я никого не хотела оскорбить, — словно прочитав ее мысли, сказала Джослин.

Шагая, Изабель не отрывала глаз от горизонта, где темное небо сходилось с изумрудно-зеленой травой.

— Как хорошо ты знала моих родителей?

Джослин бросила на нее короткий взгляд:

— Мы были близки, когда жили в Идрисе. Потом я много лет ничего не слышала о них и увидела снова совсем недавно.

— Вы общались, когда они поженились?

Тропинка стала подниматься в гору, и Джослин ответила, слегка запыхавшись:

— Да.

— Они любили друг друга?

Джослин резко остановилась:

— Изабель, о чем ты?

— О любви, — буркнула та.

— Не знаю, с чего ты решила, что я в этом эксперт.

— Ну, Люк с тобой почти всю жизнь, а ты только недавно согласилась выйти за него замуж. Это впечатляет. Хотелось бы и мне иметь такую власть над мужчиной.

— Такого не стоит желать, — сказала Джослин.

Она поправила волосы, и Изабель словно током ударило. Тонкие руки Джослин напоминали руки Себастьяна, одну из которых Изабель отсекла в долине Идриса, перерубив кости и мясо.

— Твои родители несовершенны, Изабель. Никто не совершенен. Они сложные люди, и совсем недавно потеряли ребенка. Та к что если ты о том, почему твой отец остался в Идрисе…

— Мой отец изменял маме, — выпалила Изабель и тут же осеклась. Она долго держала это в секрете, и теперь чувствовала, что, сказав об этом Джослин, совершила предательство.

Теперь лицо Джослин выражало сочувствие.

— Я знаю.

— Об этом что, все знают? — поразилась Изабель.

Джослин помотала головой:

— Нет. Я узнала об этом благодаря своему положению. Большего сказать не могу.

— Кто это был? С кем он ей изменял? — потребовала ответа Изабель.

— Ты ее не знаешь …

— Откуда тебе известно, кого я знаю, а кого нет? — Изабель повысила голос. — И перестань разговаривать со мной так, будто я маленькая девочка.

Вместо ответа Джослин снова пошла вперед.

Изабель поспешила за ней. Тропинка стала еще круче.

— Я имею полное право знать. Это мои родители. И если ты мне не скажешь, я…

Она недоговорила. Внизу перед ними была крепость из серебристо-белого адаманта, отражающего облачное небо. Крепость окружала высокая стена, в стене были ворота в форме двух огромных лезвий, вкопанных в землю под углом и напоминающих ножницы.

— Адамантовая цитадель, — сказала Джослин.

— Спасибо, — огрызнулась Изабель, — я уж поняла.

Джослин издала звук, который Изабель уже слышала от своих родителей. Скорее всего, он означал «Ох уж эти подростки!».

Они стали спускаться. Изабель была выше Джослин, ноги у нее были длиннее, и она бесцеремонно обогнала женщину, злорадно думая о том, что нечего обращаться с ней как с ребенком. Юркнув в похожие на ножницы ворота, она застыла. Перед ней была пропасть. Внизу бушевала красно-золотистая лава. Перепрыгнуть через пропасть не смог бы даже самый ловкий Сумеречный охотник. Но смог бы пройти — по разводному мосту, который находился на другой стороне и был поднят.

— Некоторые вещи не так просты, как кажется, — раздался за спиной голос Джослин.

Изабель вздрогнула:

— Не самое подходящее место, чтобы вот так подкрадываться!

Джослин подняла брови:

— Я думала, Ходж говорил тебе, как входить в Адамантовую цитадель. Ведь она открыта для всех Сумеречных охотниц, кто на хорошем счету у Конклава и Совета.

— Конечно, говорил. — Изабель лихорадочно пыталась вспомнить слова Ходжа. «Только те, в ком течет кровь нефилимов…»

Она вынула из волос заколку и покрутила ее. Заколка со щелчком раскрылась, превратившись в кинжал; на клинок была нанесена руна Мужества. Затем девушка вскинула руки над бездной.

— Ignis aurum probat, — сказала она, и рассекла кинжалом левую ладонь.

В бездну потекла рубиновая струйка крови. Когда кровь достигла лавы, заискрились голубые всполохи, и разводной мост с противным скрежетом стал опускаться.

Изабель довольно улыбнулась, вытерла кинжал, покрутила ручку, и оружие снова приняло форму заколки.

— Ты знаешь, что это значит? — спросила Джослин, наблюдая за тем, как опускается мост.

— Ты о чем?

— Ignis aurum probat.

— Это девиз Железных сестер: «Огонь закаляет золото».

— Верно, — кивнула Джослин, — но речь идет не только о кузнечном ремесле. «Неприятности испытывают силу нашего характера» — вот как следовало это перевести. Но можно и так: «Трудности закаляют и раскрывают характер».

— Да? — пожала плечами Изабель. — А меня уже тошнит от трудностей. И раскрываться я тоже не хочу.

Разводной мост с грохотом опустился к их ногам.

— Если ты похожа на свою мать, тебе придется это сделать, — покачала головой Джослин.