Яркость - Дмитрий Алехин

Валапас Второй глянул исподлобья на Базинара.

Тот откашлялся, ткнул заскорузлым пальцем в отметку у подножья горы и провёл по карте, обрисовывая дугу в сторону старого тракта.

– Здесь расчистим подлесок и выставим заслон. Кавалерия у склона, пехота здесь, в направлении города. А тварь всё равно на месте. Ничего не делает. Стоит день за днём у небесного камня.

– Ждёт, значит, – монарх нахмурился, его тень сдвинулась, накрыв половину «королевства». – Только чего?

– Знаю лишь, что каждый день бездействия, – Базинар с силой упёр ладонь в стол, отчего дрогнули лежащие рядом печати, – раскрывает наши уязвимости. Разведотряды уже замечены в Восточном Лесу. Мой король, пришествие – больше не тайна.

Со стороны старейшин, там, где воздух был гуще от запаха старого пергамента и кислого вина, послышался знакомый сухой голос. Принадлежал он одному из архивариусов, худощавому мужчине, который выдвинулся вперёд:

– Если это лишь разведка, как ты и сказал, то стоит ли бить в набат? Учитывая угрозу всему миру… наши соседи вряд ли решатся на большее, чем подглядывать.

– Я исхожу из того, что мы способны одолеть зверя, – сказал Первый рыцарь, – и тогда нам надо понимать последствия. Мой король. Отвлекаясь на такую угрозу… мы уязвимы.

– Твоя уверенность в наших силах воодушевляет, – продолжил взявший слово, – но пахнет легкомыслием. Второе Пришествие поглотило целый материк и утопило его народ в собственной крови всего за несколько дней, несмотря на их… неординарные таланты.

В зале прокатилась волна неодобрительных возгласов. Все прекрасно понимали, о чём было сказано – о том, о чём здесь предпочитали не говорить вслух, как о неприличной и давно забытой болезни. Переглянувшись с королём, Базинар резко повернулся к архивариусу, его шрам побелел.

– Это их и погубило! Они рассчитывали на жалкие фокусы и молитвы, а не на твёрдую сталь и инженерный расчёт! Наши баллисты разнесут монстру череп, прежде чем он это поймёт!

Мои пальцы нащупали шершавый край пергамента. Мысль сорвалась с губ раньше, чем я успел её обдумать:

– Но Первое Пришествие… Летописи говорят, что это чудовище не остановила ни сталь, ни магия!

Валапас Второй медленно повернул голову и посмотрел на меня. Его взгляд был тяжёлым, как мельничный жёрнов.

– Алиан, – его голос был тихим и оттого вязким, как смола. – Ты снова принёс в этот зал сказки из библиотечной пыли? Помолчи.

Жар залил меня с головы до ног. Но отчаяние придавало наглости. Голос дрогнул от волнения:

– Ваше величество! Я думаю, он не воспринимает нас даже как угрозу и не нападёт, если не спровоцировать… – мои пальцы беспомощно зашуршали листами свитков, не в силах отыскать нужный.

Король отвернулся, отмахнувшись рукой, как от назойливой мухи:

– И поэтому он обосновался близ нашей столицы? Я дал достаточно времени на поиск решения. Но слышу лишь пустые разговоры и домыслы, – он снова посмотрел на Первого рыцаря. – Базинар. Надеюсь, твои баллисты убьют его, а не разозлят. Действуй.

Старый воин выпрямился во весь свой немалый рост. На его лице, обычно хмуром, на миг проступило холодное удовлетворение солдата, получившего чёткий приказ. Базинар резко развернулся; его плащ тяжёлой волной взметнулся, когда он непоколебимой поступью направился к выходу. Советники закивали, зашептались – одни с плохо скрытым облегчением, другие с затаённой тревогой. План был принят.

И в тот миг, когда рука Первого рыцаря уже легла на дверную створку, сквозь толстые стены ворвался отчаянный, рвущийся звук. Горн. Сигнал тревоги.

Все замерли. Базинар притормозил. Король стремительно поднялся, так и не коснувшись спинки кресла, которое отодвинулось с резким скрипом.

Горн звучал настойчиво, разнося весть, значения которой мы ещё не успели понять.

Массивные двери распахнулись с такой силой, что ударились о стены, и в зал вбежал гонец, с ног до головы закутанный в потёртый плащ, с которого хлопьями слетала засохшая грязь. Едва держась на ногах, ухватился за косяк, оставив на тёмном дереве мутный отпечаток ладони.

– Дракон… – слова пробивались сквозь одышку воина. – Дракон мёртв!

В зале воцарилась гробовая тишина. На миг я точно ощутил, как время остановилось. А потом эту тишину нарушили сдавленные выдохи, лязг отодвигаемых стульев, стук подноса, упавшего на ковёр. Кто-то сорвавшимся голосом выкрикнул явное недоверие. Валапас отрывисто поднял левую руку, и шум стих.

– Ты понимаешь, что говоришь, сынок? – голос короля был низким и опасным. – Если это шутка!

– Никак нет, ваше величество! – гонец выпрямился, с силой выдавливая слова. – Огни на сторожевой скале! Два рядом! Сигнал о поверженном противнике! И наша конница уже у стен города!

Король медленно опустился в кресло, проводя ладонью по лицу. Взгляд стал отсутствующим, он смотрел куда-то в пространство над головами.

– Неужели войско атаковало без приказа? – прошипел кто-то из военных.

– Или зверь сам напал? – предположил другой.

– Ждём, – коротко бросил Валапас. – Базинар, очистить двор. Пусть командиры явятся сюда немедленно. И чтобы никто не мешал. Всех разогнать по домам!

Первый рыцарь кивнул и выбежал в коридор, громкими окриками отдавая приказы. Стражники задвигались, советники начали перешёптываться, монарх сидел недвижимо, уставившись в одну точку. Я стоял на своём месте, лихорадочно листая свитки, будто в них мог быть найден ответ на эту невероятную весть. Всем своим естеством ощущая, как странное предчувствие скребётся под рёбрами. В воздухе повис отчётливый запах мокрого пепла.

Наконец в коридоре послышались тяжёлые, мерные шаги. Много шагов. Базинар вернулся первым, распахнув обе створки дверей настежь.

В помещение вошли воины в запылённых доспехах. Лица у них были усталые, но застывшие в выражении какого-то почти религиозного шока. Четверо несли на скрещенных древках нечто большое, укутанное в грубый, насквозь пропитанный чем-то брезент. Снизу медленно, с тихим шипением, сочилась и капала на каменный пол тёмная, дымящаяся жидкость. Теперь по залу пополз едкий, отвратительно-сладковатый въедливый запах.

Они опустили ношу перед столом. Древки, скользнув, громко стукнулись о камень. Все участники собрания, как один, встали.

Вперёд выступил командир войска. Он ударил себя в грудь.

– Мой король. Первый рыцарь. Дракон повержен…

Монарх медленно кивнул, губы его были плотно сжаты. Послышался вздох облегчения, кто-то даже тихо выругался. Но доклад не был окончен. Командир стоял, не опуская головы, в его глазах читалось смятение. Он произнёс «но» и замолк на полуслове.

– Но? – тонко, как бритвой, разрезал безмолвие голос одного из старейшин. – Что значит «но»?

– Его победило не наше войско, ваше величество.

– Объяснись! – король замер, его пальцы вцепились в подлокотники.

– Мы… застали его уже умирающим. А потом и мёртвым. Его убила… – офицер запнулся, подбирая слова, которые звучали бы хоть сколько-то правдоподобно. – Его убила одна. Девушка. Силой, которой никто из