Легенды красного солнца. Книга 1. Ночи Виллджамура - Марк Чаран Ньютон

Он подумал о том, что бы он делал сейчас, останься он на Фолке. Когда он уезжал, люди уже начинали паниковать из-за Оледенения. В его родном городе рыли огромные котлованы, чтобы построить новое подземное жилье. К счастью, за матерью согласился приглядеть один из ее братьев, живший в портовом городке на побережье, так что он точно знал, где найдет ее, когда вернется домой со снадобьем, полученным от культиста.

Пока он, замерзший и измученный, преодолевал последний подъем, дорогу ему заступили двое – обыкновенные городские стражники, судя по их виду: красной форме, простому оружию и шапкам с меховой оторочкой. Проверив в очередной раз его бумаги, его оставили ждать в первом зале.

Хотя снаружи резиденция выглядела более чем внушительно, Рандур все же не был готов к такому великолепию и тщательности внутреннего убранства. В общем-то, богатство, выставленное напоказ всюду, производило впечатление надменности и чванства. В зале не было стены или дверного косяка, не изукрашенного резьбой, изображавшей листья так натурально, словно они были живыми. Золотые и серебряные листочки трепетали на потолочных сводах и картинных рамах. Полы и камины были из черного мрамора, в коридорах везде горели изысканные светильники, откуда-то издалека эхо доносило звуки человеческих шагов.

«Вот это, – подумал Рандур, – я с удовольствием назвал бы домом. Чудесная роскошная жизнь, прямо как я люблю».

Еще двое стражников провели его в вестибюль. Не прошло и секунды, как в зал вошли еще двое и уставились на него. Рандуру стало неловко, и он вновь зашарил по карманам в поисках своих подложных бумаг. Тут он увидел молодую девушку, которая независимой походкой приближалась к нему по коридору между стражниками. Она подошла совсем близко – длинноногая, гибкая, черноволосая и безусловно хорошенькая, но слишком неискушенная, на его вкус.

Она стояла и смотрела на него в упор.

–  Доброе утро, детка. – Рандур протянул ей свои бумаги.

Не сказав ни слова, она скользнула по ним взглядом. Он достаточно знал о девушках вроде этой, чтобы понять, что его документы ее не интересуют.

–  Рандур Эстеву. – Он рискнул протянуть ей руку для пожатия. – Покажешь, куда идти?

–  Меня зовут Джамур Эйр, – объявила она, даже не взглянув на его руку. – Я – правительница Виллджамура.

–  А…

–  Полагаю, Рандур Эстеву, ты и есть тот самый человек с Фолка?

–  Да, это я.

–  «Да, это я, миледи», – оборвала его она. – Вас что, хорошим манерам не учат на вашем острове, или там специально разводят таких отсталых вроде тебя?

Ну вот, при такой гримасе от красоты ничего не осталось.

Он оглядел ее с ног до головы, точно прикидывая, стоит ли продолжать флирт.

–  Смиренно прошу простить меня. Миледи. – Он никогда не был особым поклонником формальностей, разве что они могли стать прелюдией к небольшому развлечению в спальне.

–  Я ожидала кого-нибудь постарше.

Что он мог на это ответить? Постарше для чего?

–  Я тоже, – сказал он, не меняя выражения лица.

–  У тебя есть меч? Что-то я его не вижу.

–  Нет, мне сказали, что с собой меч приносить нельзя.

–  Нда, весьма некстати, правда? Как учитель должен учить, не имея меча?

Учитель? Вот жопа Бора, и чему же я должен учить?

–  Хорошо хоть для танцев меч не нужен, как мне кажется, – сказала Эйр.

–  Танцев?

–  Да, танцев. Ты что, не понял, что должен учить меня фехтовать и танцевать тоже?

–  Разумеется, леди. – «Ха! Значит, все, что я должен делать, – это танцевать и фехтовать!» – Прошу меня простить, но мои мысли были похищены… гм… текучей глубиной и прелестью ваших глаз, миледи. – Ближайший к ним стражник тихо застонал, а он одарил ее своей самой блистательной улыбкой.

–  Вижу, что островитянин скользок как угорь. – Эйр уже поворачивалась, чтобы уйти. – В Балмакаре полно мужчин. Не думай, что я не знаю, как работают их мозги. Ну, идем. Сколько можно стоять тут и капать на пол.

Слуга проводил Рандура в его комнату, небольшой, но уютный покой, ложе и пол в котором устилали шкуры животных. Окно было без стекла, но толстые гобеленовые занавеси предохраняли от сквозняка, а топившийся в углу огромный камин обогревал помещение. Зажженные тут и там лампы придавали комнате гостеприимный вид. Он решил, что для развлечения прекрасного пола, буде представится такая возможность, комната вполне сгодится.

Бросив свои пожитки на кровать, он повернулся к слуге.

–  Правительница Виллджамура – довольно странный титул, – начал он. – А что стряслось с императором?

–  Его нет в настоящее время. – Слуга отвечал без тени эмоций. – Император отошел в мир иной несколько дней тому назад. Госпожа отвечает за все, пока в город не вернется ее сестра леди Рика.

«Джамур Эйр выглядит слишком юной для того, чтобы быть в ответе за все», – подумал Рандур, хотя, возможно, жизнь, полная долга перед обществом, делает людей взрослее. В ее глазах он не увидел никакой подсказки на этот счет.

Зато ему будут платить целый ямун в месяц. Невероятная щедрость, учитывая бесплатные стол и кров.

В течение следующего часа он выяснял, в чем именно будут состоять его обязанности и почему понадобилось выписывать учителя танцев из такой дали.

–  Аж с самого Фолка, – удивился он. – Уж наверное, в окрестностях Виллджамура нашлось бы немало желающих исполнить эту должность.

Почему был выбран именно Рандур Эстеву? Был ли в этом некий тайный смысл?

Когда они с леди Эйр встретились позже, она сама ему все объяснила.

–  У нас будет соревнование по танцам, которое теперь стало частью коронационных празднеств моей сестры, под названием Снежный бал, – сказала она. – Беда в том, что я не очень хорошо танцую, а островитяне с Фолка славятся этим искусством.

Что за дурацкое название для праздника.

Рандур вспомнил, до чего серьезно относились к танцам у него на родине. Танец был не просто развлечением – он служил способом общения, особым языком, искусством, в котором нужно было совершенствоваться всю жизнь, танец мог рассказывать истории, исцелять раны, воссоединять влюбленных или разлучать их навеки. Танец был для них физическим выражением души. В детстве по ночам Рандур нередко выскальзывал из материнского дома, чтобы понаблюдать, в каких причудливых движениях изливают друг другу душу взрослые.

–  А при чем тут фехтование? Нам известно, как серьезно на Джокулле относятся к бою на мечах. – В его голосе против воли послышалась горечь, и неудивительно, учитывая, что зависимое население империи отнюдь не благоденствовало в лучах военного превосходства Джокулла.