Утро Судного Дня - Александр Мазин

Хижины аборигенов стояли там, где берег был повыше. Примитивные круглые конструкции из грубо обработанных деревянных кольев, прутьев и листьев. Судя по количеству и размеру строений, в поселке обитало не менее пяти сотен человек. По меркам первобытно-общинного строя - настоящий мегаполис.

Появление Гривы и его спутников вызвало ажиотаж. Вокруг них мгновенно собралась толпа. Судя по репликам, белых людей (если можно назвать белыми дочерна загорелых Архо, Путу и немногим более светлого Артёма) здесь раньше не видели. Кто-то немедленно высказал предположение, что они - не люди, а воскресшие мертвецы или злые духи. Судя по тому, что обнаружилась целая куча желающих пощупать гостей - живые они или мертвые, - покойников здесь не очень-то опасались.

Гневного Буйвола боялись куда больше. Стоило предводителю разок рявкнуть, и Гриву с товарищами моментально оставили в покое.

Старейшины, которым, по словам Буйвола, было бы любопытно взглянуть на пришельцев, оказались траченной молью компанией темнокожих аксакалов, чью одежду составляли разные анималистические символы вроде львиных хвостов и опахал из птичьих перьев.

Главным, как водится, был самый ветхий дедушка. Важный, как птица марабу.

К нему и обратился с докладом Гневный Буйвол. Речь лидера воинов длилась минут тридцать, причем информативную ее часть можно было изложить за полминуты. Остальное время заняло весьма цветистое описание смертельного поединка самого Буйвола и Гривы. Суть его сводилась к тому, что Грива - крутой парень, но несомненно уступающий еще более крутому Буйволу, который непременно сделал бы из Артёма отбивную, если бы в критический момент на стороне Гривы не выступил некий дух земли с труднопроизносимым именем. Вдвоем дух и Грива с необычайным трудом кое-как одолели Буйвола. Но и то лишь потому, что он, Буйвол, очень уважает духов. И не смеет бороться с ними в полную силу. Не то непременно было бы, как...

Далее следовало перечисление множества побед Гневного Буйвола над менее могучими, хотя и весьма славными врагами. Фоном этого монолога было одобрительное уханье черных парней, которое можно было считать подтверждением слов их предводителя.

Дедушки слушали похвальбу гиганта тоже с явным одобрением. Кроме главного. У этого на сморщенной моське не выражалось никаких эмоций. Гневный Буйвол умолк. На некоторое время воцарилось молчание. Судя по всему, чернокожие ждали, что скажет главный аксакал.

Но старый марабу с вердиктом явно не торопился. По мере того как молчание затягивалось, росло напряжение. Артём чувствовал, как над ними сгущаются тучи. Бойцы Гневного Буйвола чуть-чуть отодвинулись от пришельцев и как-то нехорошо подобрались. Примерно как кошка, собирающаяся прихлопнуть мышку. Грива уже прикидывал, как половчее взять дедушку в заложники (драться честно в их ситуации - чистое безумие), когда аксакал наконец соизволил открыть беззубый рот.

И не просто открыл, а проявил настоящий гуманизм: велел дать пришельцам воды.

Все вздохнули с облегчением. Даже храбрые охотники.

Распоряжение аксакала было выполнено с отменной быстротой.

Принесли здоровенную, литров на десять, тыкву. В тыкве оказалась даже не вода, а кисленькое пальмовое вино, крепостью, впрочем, не превосходящее кефир. Когда гости утолили жажду, остатки (литра три-четыре) передали старшему дедушке. Тот некоторое время сосредоточенно глядел в горлышко тыквы... Надо полагать, ничего плохого он не углядел, потому что тоже отпил и передал природный сосуд следующему по званию.

И так далее.

Совершив сей нехитрый ритуал, дедушки удалились в тень. А гости получили вид на жительство.

Причем, руководствуясь не очень понятными Гриве соображениями, его поселили отдельно от Архо и Путы. Но покушать Гриве принесли в количестве, достаточном, чтобы утолить голод дюжины мужчин.

Свободу передвижения гостям не ограничили, поэтому трое путешественников, перекусив, спустились к озеру и с удовольствием выкупались. Правда, без дальних заплывов: греющиеся на солнышке крокодилы выглядели очень внушительно. Чуть позже к гостям присоединился Гневный Буйвол с корешами. Главный охотник племени жаждал увлекательных историй. Естественное желание для представителя человечества, отделенного от эпохи СМИ сорока тысячелетиями.

Его желание было удовлетворено. Правда, Грива следил, чтобы в этих историях не было никакой конкретной информации о том, откуда они пришли. А вот поединок с г'ши был расписан во всех замечательных подробностях и произвел должное впечатление. Аборигены эту зверушку знали. И старались с ней не связываться.

Словом, посидели культурно, еще раз перекусили - и разошлись по домам.

А ночью Гриву ждал сюрприз.

Грива проснулся, когда она скользнула внутрь хижины. Артём не подал виду, что больше не спит. Наблюдал за ней из-под прикрытых век. Вряд ли в полумраке хижины она заметила бы, что у него дрогнули ресницы.

Она не стала его будить. Присела на корточки у циновки, на которой было сложено оружие Артёма, и замерла.

Девчонка лет шестнадцати. А может, и младше. У этих черных туземок не разберешь, сколько им по-настоящему лет. Артём видел совсем малолеток с младенцами у груди.

- Ты кто? - негромко спросил он. Девчонка вздрогнула от неожиданности, встрепенулась.

- Меня зовут Маленькая Зебра, - сообщила она. - Гневный Буйвол прислал меня к тебе. Ты рад?

- Пока не знаю.

На четвереньках, как обезьянка, она перебралась к нему поближе.

Пахло от нее своеобразно. Чем-то мускусным. Но не противно, скорее, наоборот.

- Я красивая, - сообщила она. - Жаль, что здесь темно. Ты бы увидел.

- Я вижу, - сказал Грива.

Маленькая Зебра. Собственно, не такая уж маленькая. Вполне сформировавшаяся самочка. Сексуальный зверек...

Организм Гривы моментально среагировал. Черт! Раньше у Артёма и его организма в подобных ситуациях разногласий не возникало. Но теперь у него была Даша.

«Сексуальный зверек» села на корточки и понюхала воздух.

- Ты хочешь, - объявила она. - Ты хочешь - и я тоже хочу! Попробуй, как нежно у меня в норке! - Она ухватила руку Артёма и прижала к раскрывшейся щелке. - Чувствуешь? Ага! - Девчонка отбросила его руку, отпрыгнула - на согнутых ногах и захихикала. Развернулась к нему спиной, припала грудью к земле, оттопырив задик: - Хватай меня, грозный охотник! Проткни меня копьем!

Натуральная обезьянка. Это, надо полагать, местный любовный ритуал. Весьма возбуждающий, надо признать.

- Ты медлишь, охотник? Может, ты устал? Или ранен? - Она ловко кувыркнулась через голову и снова оказалась на корточках. - Ты - без сил? Тогда Маленькая Зебра сама тебя съест! Р-р-р-р!

И могучим эхом ей ответил настоящий львиный рык. Так близко, что Грива невольно потянулся к копью.

- Охотник испугался! - воскликнула черная соблазнительница. - Львица сожрет тебя!