Сестра мертвых - Барб и Дж. С. Хенди

Повинуясь инстинкту, Магьер метнулась за дерево. Нечто длинное просвистело мимо нее и ударилось о ствол, и она услышала, как от удара с треском лопнула кора.

Из-за дерева появился темный, неясный пока силуэт. Магьер отступила на шаг. Света звезд для нее оказалось достаточно, чтобы различить изуродованное шрамами лицо.

Адриан нес с собой длинный посох с непривычно утолщенным навершием. На ходу он вертел посох в руках, и навершие, как причудливый маятник, медленно покачивалось из стороны в сторону.

— Опять ищешь свою маму, — негромко проговорил Адриан.

Это был не вопрос, а утверждение. Гнев пробудил в Магьер уже знакомый дампирский голод, и ее зрение обострилось еще сильнее. Странно, но на лице Адриана не было гнева — только боль, да еще лихорадочное, нетерпеливое ожидание. Магьер отступила дальше, на прогалину, и он повторил ее движение, все так же покачивая посохом из стороны в сторону.

— Что ты натворил? — спросила она, быстро оглянувшись по сторонам. — Где могила моей матери… где ее надгробие?

Адриан наморщил лоб — едва заметно, мимолетно, но и так Магьер сразу стало ясно: он понятия не имеет, о чем она спрашивает.

— Ты последнее свидетельство того, что тогда случилось, — сказал он. — Магелия была моя, а он забрал ее, отнял у меня. Когда он уехал, я думал, что теперь смогу все забыть… И тут появилась ты, дрянное отродье бесчестного аристократишки!

Он взмахнул посохом справа налево, целя в нее, вместе с посохом крутнулся всем телом, чтобы довести удар до конца. Магьер выставила саблю, плашмя блокируя выпад.

Металл глухо лязгнул о металл. Клинок вывернулся в руке Магьер, и массивное навершие посоха ударило ее в бок. Она рухнула наземь, в падении ударившись о каменное надгробие. Бок пронзила острая боль.

Это был всего лишь посох, и Адриан всего лишь крестьянин, не обученный бою.

Глядя на него снизу вверх, Магьер вдруг опять ощутила себя ребенком, сжавшимся в комок под огромной кладбищенской елью. Вновь обезображенное лицо Адриана нависло над ней, словно в тот давний день, когда она в последний раз приходила на кладбище, как в тихий дом усопшей матери.

— Я отправлю тебя к ней, — пробормотал Адриан, мерно кивая, и Магьер увидела, что на щеках его блестят слезы. — И тогда мне уже никогда больше не придется на тебя смотреть.

Он опять взмахнул посохом — и Магьер отшатнулась, отпрянула, как тогда, много лет назад, у могилы матери. Посох со скрежетом чиркнул по каменному надгробию.

Магьер перекатилась и со всей силы рубанула саблей по древку посоха, надеясь его перерубить. Снова, уже громче, раздался металлический лязг, и клинок, наткнувшись на препятствие, едва не вывихнул ей запястье. Тогда Магьер ненадолго отвела взгляд от Адриана, чтобы рассмотреть посох.

К нему гвоздями и ремнями были со всех сторон прикреплены железные полоски длиной чуть больше ее локтя. Они прикрывали навершие посоха, превращая его в некое подобие палицы. Магьер пнула Адриана в лодыжку.

Поскользнувшись на сырой земле, он упал на одно колено, но, прежде чем Магьер успела отползти подальше, Адриан вскочил и снова занес над головой окованный железом посох. Изогнувшись, он с силой опустил деревяшку на Магьер — тем же движением, каким косят под корень пшеницу в поле. Магьер вновь увернулась, откатилась к соседнему дереву.

— Да приколите же ее! — взбешенно заорал Адриан.

Магьер на миг опешила, гадая, что он имел в виду, но и это краткое промедление стоило ей слишком дорого.

Кто-то схватил ее сзади за руку с саблей, дернул так, что рывок мучительно отозвался в ушибленном боку, и, завернув ее руку за ствол дерева, попытался разжать ее пальцы и выдернуть из них рукоять клинка.

Посох, вновь описав дугу, уже опускался на голову Магьер, и она поспешно пригнулась, насколько смогла. Кора над ее головой затрещала, лопаясь от сокрушительного удара.

Прежде чем Магьер сумела развернуться вправо и высвободить правую руку, в сумраке над ней словно сами собой взлетели вилы, резко опустились, задев ее левую лодыжку, и вонзились в землю, да так, что нога Магьер оказалась зажатой между зубцами. Человек, прятавшийся за стволом дерева, всем своим весом налег на древко, стараясь загнать вилы поглубже в землю.

В животе Магьер родился жаркий, обжигающий страх. Адриан круто развернулся, изготовясь к новому удару. Глаза его горели неистовой надеждой смертельно раненного человека, который вдруг увидел перед собой источник исцеления.

Из-за дерева вдруг донесся пронзительный вопль. Адриан от неожиданности вздрогнул, и новый удар посоха прошел слишком низко, а Магьер ощутила, что ее правая рука свободна.

Тогда она приподнялась и всем телом бросилась на вилы — плевать, что тут же упала, плевать, что стряслось с тем, кто пытался удержать ее руку! Владелец вил, отчаянно цеплявшийся за древко, покатился наземь вместе с ней. Посох врезался в ствол дерева, да с такой силой, что Адриан от сотрясения зашатался.

Страх, на мгновение овладевший Магьер, превратился в уже знакомый жгучий голод, и его жаркая волна, вырвавшись на волю, ударила ей в голову. Ощутимо заныли челюсти. Зубы заострялись, раздвигались, пропуская клыки, рот наполнился слюной. Зрение необычайно обострилось, и ночь, царившая вокруг, внезапно стала такой яркой, что саднило глаза.

Да, Магелию увез вампир… Но это Адриан, именно Адриан в тот далекий день на кладбищенской прогалине отнял у несчастного одинокого ребенка последнюю радость тихих свиданий с матерью.

Магьер вонзила зубы в руку человека, цеплявшегося за вилы. Клыки ее, насквозь прорвав грубую шерстяную ткань, погрузились в плоть. Крестьянин дико закричал, и по губам Магьер расползлась теплая соленая влага. Струйка крови, пробившись в прореху, потекла в ее рот. Магьер кулаком огрела крестьянина по голове, и тот рухнул, мгновенно потеряв сознание.

Тогда Магьер вскочила. В глазах ее стояли слезы. Она зарычала, обнажив окровавленные зубы, и бросилась на Адриана.

* * *

Лисил вошел вслед за Винн в хижину, ожидая, что увидит там Магьер, но обнаружил только тетку Бею, которая хлопотала над булькающим котелком.

— Ну наконец-то! — фыркнула она. — Вот если еще соизволит вернуться моя дорогая племянница, мы все сможем поужинать тем, что еще не выкипело из этого котелка.

Лисил усадил Винн на скамью у стола, и юная Хранительница тотчас обмякла, съежилась, низко опустив голову. Известие о том, что Магьер уже побывала в хижине и вновь ушла, немало встревожило Лисила. Бея объяснила, куда и зачем пошла Магьер, и тогда он немного успокоился.

Он и так уже гадал, когда Магьер захочет навестить могилу своей матери, понимая, что скорее всего она предпочтет отправиться на кладбище одна. Что ж, он подождет… хотя и недолго. Между тем Бея поведала о бегстве Мальца, и полуэльф, услышав этот рассказ, со стоном уронил голову на стол.

Много лет он ежевечерне напивался до беспамятства, чтобы укрыться от кошмаров, порожденных его прошлым. Когда он наконец решил покончить с пьянством, эти муки возродились с новой силой и утихали немного лишь тогда, когда Лисил засыпал в объятиях Магьер. Тайны, которые открылись им сегодня в подземелье замка, намекали на то, что в прошлом Магьер есть не менее мрачные страницы. И в довершение всего он должен был отыскать Мальца, прежде чем пес до полусмерти перепугает ничего не подозревающих крестьян.