Чужой огонь - Сергей Палий

– Стою у входа в комплекс. Как вас туда пропустили?

– Мы со вчерашнего вечера здесь! Не уходили. Я в тренажерке на матах спала! – гордо призналась Маринка.

– Все с вами понятно, – улыбнулся Максим. – Про Зевса и остальных упырей ничего не слышно?

– Пока нигде не объявлялись. – Маринка понизила голос и продолжила: – Но ходят слухи, что должны здесь оглашать виды спорта.

– Журналюги звонками не замучили?

– До самых гланд! А еще…

Максим увидел, что возвращается Антон, и сказал:

– Марин, мне пора. Надеюсь в скором времени к вам заглянуть.

– Давайте скорее, – прошептала она. – А то, как стерву-Мычину уволили, за старшего – Тсандер. Он такой тормоз!

Долгов еще раз улыбнулся и прервал связь. Маринка, Маринка… Хоть ты осталась такой же взбалмошной и жизнерадостной.

Что-то больно ударило Максима по правому запястью, и раздался металлический щелчок.

– Вы арестованы за попытку проникновения на территорию объекта, находящегося под охраной Федеральной Службы Безопасности Российской Федерации, – жестко сказал Антон, заламывая Долгову за спину вторую руку и окольцовывая ее наручником.

От неожиданности Максим даже потерял дар речи. Глупая шутка? Да не похоже вроде! Это что же получается – ради банального ареста такой длинный спектакль был разыгран? Или подполу была дана установка задержать Долгова в самый последний момент перед объявлением Зевса?… Нелепость какая… Антон мог сделать это в любое время…

Охранники, кажется, тоже недоумевали: только что двое выглядели друзьями, а теперь… Но они-то были привычны к резкой смене обстановки.

– Ребят, расслабьтесь. Я архаровца давно в разработку взял, – бросил Антон, продолжая крепко держать Максима за сцепленные браслетами руки. – Пособник этих… небожителей. Дайте-ка я его, не отходя от кассы, поспрашиваю кой о чем.

Подполковник небрежно раздвинул оперов и грубо затащил Долгова внутрь.

– Да ты что ж творишь, скотина?! – обрел наконец дар речи Максим.

Антон, не обращая внимания на возглас, продолжал волочь его по пустынному холлу. Долгов пару раз попытался вырваться, но плечи и локти пронзила такая острая боль, что пришлось бросить эту затею. Он заорал на весь «Атлант»:

– Двуличная тварь! Изверг! Что, не мог сразу мне крылья за спину заломать? Или приказа не было? Ты же все по приказу делаешь, да? А-а… понял… Я тебе нужную информацию раздобыл и теперь стал опасным свидетелем! Дай хоть по телефону позвонить! Или я уже ни на что не имею права?… Да тебе боги за меня башку отвернут! Я все еще их консультант, между прочим…

После этих слов Антон не выдержал и захохотал.

Максим и сам понял, что увлекся и начал молоть истерическую чушь. Заткнулся.

Поднявшись по лестнице на второй ярус, подполковник втолкнул своего пленника в коридор, плавно уходящий влево по дуге, и отпустил. От неожиданности Максим потерял равновесие и по инерции пробежал несколько шагов, чтобы не упасть.

– Ты кретин или прикидываешься? – насмешливо бросил ему в спину Антон.

– Чего-о?! – свирепо прошипел Максим, медленно разворачиваясь. В этот момент он был похож на воробья-переростка, основательно потрепанного соседским кошаком.

– Повернись обратно… Чего вылупился? Спиной ко мне, говорят тебе, встань.

– А не отсосать?

– Повернись, придурок, если хочешь, чтобы я браслеты снял.

Максим подозрительно покосился на Антона. Посопел.

– Что на этот раз?

Гэбист молча ждал.

Долгов наконец повернулся, краем глаза все же следя за действиями подпола. Антон подошел к нему сзади, звякнул ключами, и наручники свалились на пол. Он поднял их, аккуратно протер платочком и убрал в задний карман брюк.

Максим еще некоторое время стоял, не оборачиваясь. Усваивал ситуацию.

– Ты никуда не торопишься? – не выдержал наконец Антон.

– Ну ты и сука… – поворачиваясь, выдавил Долгов. – Ты мог хоть какой-нибудь знак дать, что собираешься театр устроить?

– Мог. Но тогда бы вышло ненатурально – на входе не обычные менты стояли, которым все до фени, а оперативники ФСБ. Мигом бы просекли. И ты бы не попал в здание, и на меня бы вдобавок рапорт нахерачили.

– Но зачем было так руки-то больно выворачивать?

– Я ж те говорю: в нашем деле любая фальшь сразу была бы раскрыта.

То ли Максиму показалось, то ли в светло-серых глазах Антона действительно мелькнула искорка иронии.

– Иди отсюда. У меня, между прочим, своих дел хватает.

– И не жди, что я тебя поблагодарю! – категорически заявил Максим, быстрым шагом двинувшись в глубь коридора.

– Я и не жду… – хмыкнул Антон. Провел в задумчивости ладонью по непослушной копне своих светлых волос и добавил почти про себя: – А ведь не нужен им никакой консультант. На хер он им не спекся. Они ведь прекрасно знали, что мы его вербанем, и не препятствовали этому.

Подполковник ФСБ Антон Каддик вдруг сунул руки в карманы и сплюнул прямо на стену.

– Ну мы и остолопы! – рассмеялся он в пустоту коридора. – Ну и олухи! Ведь они грубейшим способом сливали через него информацию. Точнее – крупицы информации. Ровно столько, сколько необходимо для поддержания напряжения в игре. Наверняка у них не один такой консультант… Ну мы и остолопы. Ну и олухи.

Он развернулся и зашагал к выходу из «Атланта».

Захлопнув за собой дверь, Максим вздрогнул и остановился как вкопанный.

Зевс смотрел на него своим прохладным взглядом, сидя рядом с Маринкой, которая, по всей видимости, находилась в ступоре.

– Вы… ты что здесь делаешь? – выдавил Максим.

– Тебя караулю. Я на мобилу звонил утром, у тебя аппарат отключен был. – Громовержец взял со стола чашечку с кофе, подул и отхлебнул.

– Вы чего вытворяете?!

– Я? – Зевс на секунду растерялся. – Кофе пью.

– Хватит паясничать! Зачем ночью устроили побоище?

– Перестань хамить, – мягко произнес бог, слегка взмахнув рукой. И Долгова выгнуло дугой, словно через позвоночник пропустили электрический разряд. Зевс отхлебнул еще кофе и сказал: – Почти полдень, пора сделать объявление. В комнате для пресс-конференций все готово. Пойдем.

Максим сплюнул тягучую слюну, вмиг собравшуюся во рту, и прохрипел:

– Никуда я с тобой не пойду…

– Не припомню, чтобы я освобождал тебя от обязанностей консультанта.

– А я не припомню, чтобы подписывал трудовой договор. Зевс покрутил чашечку в пальцах, аккуратно поставил ее на стол и неуловимым движением схватил миниатюрную Маринку за горло. Максим инстинктивно метнулся к нему, но получил такой удар в грудь, что отлетел обратно к двери. В глазах потемнело.