Подземелья Эйтана - Алексей Калугин

Произнося последнюю фразу-вопрос, Веспер картинно отвел руку в сторону и замер, будто в ожидании аплодисментов.

– Все? – спросила Ариэлла.

Дварф растерянно хлопнул глазами.

Не такой реакции ожидал он от слушателей. Совсем не такой.

– Тебе не понравилась история?

– Понравилась, – коротко кивнула девушка. – Только нам пора идти.

– Ты что, не поняла ничего? – Дварф помахал рукой над головой, как будто разгоняя надоедливых мух. – Это – Лабиринт!

– И что с того?

– Нет никакой разницы, будем мы куда-то идти или останемся на месте. Когда придет время, Лабиринт сам откроет нам выход.

– А что, если не откроет?

– Значит – не судьба, – с прискорбием развел руками Веспер.

– Пошли! – подтолкнула его в плечо Ариэлла.

Лигон достал из кармана монету и бросил на пол.

– Зачем? – спросил его Терваль.

– Чтобы не ходить кругами, – ответил эльф.

Уже на ходу, подгоняемый неуемной девицей, Веспер вновь попытался убедить своих спутников в тщетности попыток найти выход из Лабиринта.

– Мы нарушаем основополагающее правило искателей приключений! – заявил он вдруг.

– Не слышала о таком. – Ариэлла шла следом за дварфом, едва не наступая ему на пятки, из-за чего Весперу приходилось очень часто, гораздо чаще, чем хотелось бы, перебирать ногами.

– Если не знаешь, что делать, – не делай ничего!

– Если ничего не делать, то ничего и не произойдет.

– В некоторых случаях это может быть даже хорошо.

– Но не сейчас.

– Откуда ты знаешь?

– Я – маг.

– И что с того? Ты ведь даже про Лабиринт не знала, пока от меня не услышала.

– Тебе не кажется, что Веспер действительно верит в то, что рассказал о Лабиринте? – спросил у эльфа Терваль.

– Похоже на то, – согласился Лигон.

– Но ведь это сказка, которую рассказала ему бабушка.

– Это не сказка, а древнее предание, передающееся из поколения в поколение. Предания же нередко в фантастической форме рассказывают о событиях вполне реальных, имевших место в незапамятные времена. Дварфы живут по четыреста лет и больше, при этом сохраняют прочные семейные узы, поэтому и предания их зачастую бывают весьма достоверны.

– Эльфы живут еще дольше. Но ты ведь никогда не слышал о Лабиринте.

– Эльфы рассказывают другие легенды. Наша жизнь не связана с подземным миром.

– А! – Веспер остановился и стукнул топорищем по полу. Удар получился беззвучный, что, конечно, сделало жест не столь эффектным, как хотелось бы, хотя и не свело его полностью к нулю. – Что я вам говорил? – Оглянувшись, дварф с видом победителя посмотрел на спутников. – Есть тайны, которые нельзя разгадать. Ну вот просто нельзя – и все тут! И ничего с этим не поделаешь. Вот хоть ты тресни!.. А?.. Ну, что вы все молчите?..

– Помолчи и ты, Веспер. – Терваль подошел к дварфу и положил руку ему на плечо.

В том месте, где они стояли, коридор делился надвое. Что левый, что правый проходы были абсолютно одинаковыми. Куда ведет каждый из них, не знал никто.

– Ну что? – насмешливо посмотрел на Ариэллу дварф. – Снова кинем монетку?

– Монетку кинем на пол. – Лигон так и сделал. – На всякий случай, – добавил он. – Чтобы знать, что здесь мы уже побывали.

Веспер ничего не ответил, только голову угрюмо наклонил.

– Если больше нет коридора, который мы считали центральным, значит, нужно идти, все время поворачивая в одну и ту же сторону, – сказал Лигон. – Так мы не заблудимся и всегда сможем вернуться к тому, с чего начали.

– Идем. – Ариэлла свернула в правый проход.

Какое-то время они шли молча, не говоря ни слова.

Странное покрытие пола скрадывало звуки шагов, из-за чего казалось, что уши залиты воском.

Ничего ужасного пока не происходило, но предчувствия у всех были самые мрачные. И рассказанная Веспером история сыграла в этом не последнюю роль. Но, если даже забыть обо всем необычном – а как тут забудешь, когда вот они, стены, на которых секира не оставляет следов, вот он, пол, на который монета падает, не издавая звука! – перспектива навсегда остаться в хаотическом переплетении подземных ходов никого не могла обрадовать.

Примерно через двести шагов коридор резко свернул влево. Еще через сто – разделился на три хода. Лигон, как и в прошлый раз, бросил на пол монетку, после чего они свернули направо. Через сто шагов путники оказались в тупике. Когда же они вернулись к развилке, то вместо трех ходов обнаружили только два. И оставленной Лигоном монеты на полу не было.

– Да-а-а! – Наклонив голову, Терваль провел ладонью по шее. – Если у кого-то есть какие-то соображения…

Клирик развел руками, предлагая высказываться.

– Это не магия, – медленно покачала головой Ариэлла. – Я бы почувствовала, если бы на это место было наложено заклятье.

– Согласен, – кивнул Терваль. – Магией здесь даже не пахнет. Тогда что?

– Это Лабиринт, – криво усмехнулся Веспер. – Почему вы не хотите поверить?

– Хорошо, пусть будет Лабиринт, – согласился клирик. – Но куда исчез третий проход?

– И кто стащил мою монету? – добавил Лигон.

– Лабиринт постоянно перестраивает сам себя. – Веспер покрутил руками, пытаясь объяснить то, что и сам не очень хорошо понимал. – Там, где минуту назад был проход, может появиться тупик. Или наоборот.

– И для того, чтобы найти выход из Лабиринта, мы должны оставаться на месте?

– По-моему, это самое разумное решение.

– Однако ты в этом не уверен?

– В Лабиринте ни в чем нельзя быть уверенным.

– А что говорила твоя бабушка?

– Бабушка?.. – Веспер задумчиво насупил брови. – А ведь действительно, что-то она об этом говорила… Вот только что именно?..

– Давай, Веспер, постарайся!

– Вспоминай, Веспер, вспоминай!

– Да я вспоминаю, вспоминаю… – Дварф промычал натужно и потрогал пальцами мохнатые брови. – Что же она говорила?..

– Слушайте! Мы занимаемся ерундой! – воскликнула Ариэлла.

– Что ты имеешь в виду? – непонимающе посмотрел на нее Лигон.

– Вы надеетесь найти выход, воспользовавшись советом из сказки, что рассказывала маленькому Весперу бабушка?

Терваль и Лигон посмотрели друг на друга.

– Ну, можно хотя бы попробовать, – не очень уверенно произнес Терваль.

– А у тебя есть другие идеи? – спросил девушку Лигон.