Бросок Саламандры - Алекс Орлов

Эдди чувствовал, что обе девушки уже его боятся и наверняка думают о том, чтобы нажать кнопку тревоги. А если они это сделают, обратного хода уже не будет.

– Вспомнил! – воскликнул Эдди, изображая на лице безграничную радость. – У меня же есть еще одна карточка, и она наверняка сработает!

С этими словами Эдди достал свой последний шанс и передал его в руки настороженной блондинки.

– Ну хорошо, сэр, – после некоторого колебания согласилась она и вставила в гнездо карточку на имя Билла Кастелано.

– Вот и отлично, – сказал Эдди, забирая назад вторую, давшую осечку карту, – А эти я потом сам выброшу.

– Как хотите, сэр, но я не могу больше с вами разговаривать! Не имею права! – чуть не плача, воскликнула блондинка, вскочила со стула и отбежала поближе к своей коллеге.

– Да в чем дело, девушка?! – спросил Эдди и снова улыбнулся, хотя его спина взмокла от пота.

– По инструкции мы должны вызвать сотрудника службы безопасности. У вас не сработала уже третья карточка! – строго произнесла вторая бортпроводница, которая еще недавно была с ним так предупредительна.

Эдди видел, как эта тварь уже коснулась кнопки, расположенной прямо на стене.

– Стой! – сказал он и поднял обе руки вверх, словно сдаваясь. – Стой! Если ты нажмешь кнопку, то будет скандал, потому что вы незаслуженно обвиняете пассажира первого класса. Это вам с рук не сойдет, поскольку на этой карточке есть деньги.

– Ну как же есть, когда нет – вон же написано: «Счет заблокирован».

– Дави, Мэгги! Дави! – взвизгнула блондинка, готовая упасть в обморок.

– Не дави, Мэгги, я вспомнил, что там на экране должно всплывать еще одно окошко – «Дополнения».

Мэгги, не отрывая пальца от зловредной кнопки, нагнулась над монитором и кивнула:

– Да, есть такое окошко. И что теперь?..

– Теперь введи туда шесть цифр: двадцать четыре пятьдесят семь двенадцать.

– Двадцать... четыре, пять... десят семь и еще что?

– И двенадцать, – напомнил Эдди.

– И двенадцать, – повторила Мэгги, долбая по клавишам согнутым пальцем. Заполнив окошко, она нажала клавишу «перевод», и на ее лице отразилось удивление. – Поздравляю вас, мистер, все получилось.

– Уф, – облегченно выдохнул Эдди. Он совсем забыл, что для активизации счетов, не работавших долгое время требовалось добавить пароль.

– Ну что, все в порядке? Теперь я не безбилетный «заяц»?

– Конечно, сэр, теперь все в полном порядке, – заверила его Мэгги, возвращая кредитку.

– Ну тогда я пошел, – сказал Эдди, но едва он попытался встать, как в его затылок уткнулся ствол пистолета.

– Нет, парень, никуда ты не пойдешь, – произнес чей-то неприятный голос. – Доставай все из карманов и медленно клади на стол. И «пушку» свою тоже, ведь она у тебя наверняка есть.

– Конечно есть, – ответил Кларк, затем, обращаясь к стюардессам, добавил: – Вы бы пошли погуляли, девочки, а то дядям поговорить нужно.

– Ты чего тут раскомандовался?! – возмутился стоящий позади субъект.

Однако девушкам не нужно было повторять дважды – они выскочили из помещения. Только Мэгги, обернувшись на прощанье, крикнула:

– У него три карточки на разное имя, Поль!

– Разберемся, – ответил тот, и Эдди заметил, что голос молодца подрагивает.

Тем не менее он положил на стол пистолет, кредитные карточки и наличные деньги.

– Все? – спросил Поль.

– Все.

– Тогда вставай, только осторожно. И руки за голову.

Эдди поднялся, и секьюрити быстро его обшарил. Ничего не найдя, он отвел Кларка к стене, а сам вернулся к столу, продолжая держать задержанного под прицелом.

– Кто ты такой? – спросил Поль и, взяв пистолет Эдди, добавил: – Что-то мне не приходилось раньше видеть такие «пушки». Где купил?

– Такие вещи не продаются. Мне выдали его на службе. Я работаю на правительство.

– Ну конечно, – ухмыльнулся Поль, – супершпион, да?

– Если ты не будешь дергаться, я достану из ботинка удостоверение.

– Удостоверение? И какое же удостоверение?

– Ну так мне его достать?

Поль немного подумал, потом все-таки решился:

– Доставай, но только медленно и чтобы я видел твои руки.

– Нет проблем.

Эдди сел на пол, снял ботинок, достал удостоверение и перепрятал его в карман.

– Эй, ты же сказал, что покажешь его мне.

– Минуту терпения, Поль. Сейчас я обуюсь и представлюсь тебе официально...

– Ну ты артист, – произнес охранник, и в его голосе слышалось напряжение. Переступая с ноги на ногу, он крепко держал пистолет, опасаясь, что Эдди выкинет какой-нибудь фокус. – Учти, артист, выстрелить я успею.

– Все, Поль, больше я не буду испытывать твое терпение, – сказал Кларк, стараясь быть спокойным. – Смотри: теперь я показываю удостоверение – вот оно. Я Билл Кастелано, сотрудник управления специальных операций. – Эдди вытянул руку с удостоверением, чтобы охраннику лучше было его видно. – Ну что, достаточно?

– Нет, недостаточно, ты закрыл пальцем номер.

– Это мое право. Я не обязан показывать тебе номер, к тому же это секретная информация. Ты должен видеть только вензель департамента и две красных полосы.

– Две красных полосы... Таких удостоверений я не знаю, – не сдавался Поль. – Есть только одна полоса – у ПАСЕК.

– Правильно. – Эдди продолжал говорить спокойным голосом школьного наставника. – Правильно, Поль, одна полоса означает допуск высшей категории, а две полосы...

– Еще больший допуск? – попытался предположить охранник.

– Ну вот, кажется, разобрались, – вздохнул Эдди. Поль опустил пистолет, но убирать его в кобуру не спешил.

Тем не менее он не мешал Эдди забрать свое оружие,

документы и деньги.

– Вот и все, дружище, – подвел итог Кларк, – Постарайся, чтобы твои девчонки ни о чем не болтали. Ну и с тобой, разумеется, у нас не было никакой встречи.

Посчитав, что таким образом инцидент исчерпан, Кларк вернулся в свою каюту.

– О, мистер Кастелано! – воскликнула мисс Остер и развела руки, словно собираясь сграбастать Эдди. – А мне тут стюардесса такое про вас наговорила.

– Могу себе представить, – сказал Кларк и, сев на свое место, устало вздохнул. – И что же она наговорила?

– Сказала, что вас арестовали.

– Почти что так, мисс Остер, но, к счастью, позже разобрались.

– Ну и хорошо. А то я думала, что ошиблась в вас. Вы показались мне порядочным человеком, совсем не тот типаж, с которыми я обычно имею дело.