Патруль не сдается! - Андрэ Нортон

Тревис полулежал на укрытых одеялами вещмешках и рюкзаках. На его коленях покоился небольшой кусок коры с нацарапанными на ней зелеными линиями.

– Значит, мы находимся здесь... звездолет тут... – он отметил большим и указательным пальцами две точки на схеме.

Осторожный Олень кивнул.

– Да. Цуай, Эскелта, Кавайкль – они следят за проходами. Там – перевал, еще две тропы, по которым можно пройти. Но кто же способен устеречь целое небо?

– Монголы упоминали, что красные не отваживаются посылать вертолет в горы. Вскоре после высадки один из вертолетов разбился из-за воздушных потоков, у них осталась только одна машина, и рисковать ею они не хотят. Если только, конечно, они не получили подкрепления, – встревоженно заметил Тревис. Эта мысль давно не давала ему покоя, она прямо-таки терзала его словно неотрывная зубная боль. Он так и чувствовал, как петля времени все туже и туже затягивается на их шеях.

– Ты уверен, что весть о нашем звездолете выманит красных из-за гор?

– Да, либо информация о башнях. Они могли бы выслать разведку из монголов на осмотр звездолета, но это не даст им полноценной квалифицированной технической оценки. Я уверен, стоит им узнать, что звездолет западной конфедерации находится здесь, то они слетятся сюда, как стервятники на падаль. И если явятся не все, то большая их часть. Нам просто необходимо поймать их на равнине. В противном случае они закроются в своем звездолете как улитка в скорлупе, и их не выманишь оттуда никакими силами.

– А как же нам сообщить им о звездолете? Выслать разведку и позволить им проследить за ней?

– Лишь в самом крайнем случае, – Тревис не отводил глаз от карты. – Да, можно позволить красным выследить апачей, но слишком велик риск. На счету каждый человек. Клан мал. Должен найтись иной способ устроить засаду. Взять в плен одного из красных и позволить сбежать? Займет слишком много времени. И сколько придется ждать? А риск при захвате красного в плен...

– Если бы только можно было положиться на монголов... – подумал вслух Осторожный Олень.

Но это "если" было слишком уж зыбким и ненадежным. Они не могли доверять монголам. Как бы те не ненавидели красных, пока над ними довлела власть таинственных машин, они ничем не могли помочь. Или могли?

– Что-то придумал? – Осторожный Олень сразу же уловил перемену в выражении лица Тревиса.

– Предположим, монгол увидел наш звездолет, а потом попадается в лапы патрулю красных.

– И ты считаешь, что он согласится попасть в плен? Не забывай, ведь красные могут выудить у него все до конца.

– А если бежавший пленник? – предположил Тревис.

Теперь настала очередь Осторожного Оленя поразмышлять над новой идеей. Конечно, в ней было довольно много дыр, но разработать ее стоило. Скажем, взять в плен Менлика и внушить ему, что они собираются его убить в отместку за нападение в холмах. Затем позволить бежать, преследуя его по пятам, пока он не попадется в руки красных... Очень рискованно, но может сработать. Со времени своего поединка с Деклаем Тревис иначе относился к риску.

Риск, на который он пошел тогда, наградил его двумя глубокими ранами, одна из которых могла закончиться для него плачевно, если бы не Джил-Ли. Но в то же самое время, он снова вернулся в клан и стал полноправным апачем, к которому теперь многие в племени прислушивались.

– Эта девушка! Эта монголка!

Поначалу Тревис даже и не понял смысл восклицания Осторожного Оленя.

– Мы похитим монголку, – пояснил тот, увидев недоуменный взгляд Тревиса. – Позволим ей бежать, а затем будем охотиться до тех пор, пока она не попадет в плен к красным. Может даже, подержим ее немного в камерах на звездолете.

Кайдесса? И хотя внутри у Тревиса что-то возмутилось против такого выбора главного лица в разворачивающейся драме, он все-таки сумел увидеть преимущества предложения Осторожного Оленя. Выкрадывание женщин было чуть ли не самым древним обычаем среди примитивных культур. Сами монголы испокон веков занимались этим, да и апачи тоже. Да, это было бы самым естественным в данной ситуации. Женщина попытается сбежать, и за ней устроят охоту – вполне логично. А если женщине отрезать дорогу в горы, то она побежит прямо в руки к красным – это тоже будет вполне естественно.

– Ее придется хорошенько напугать, – неохотно заметил Тревис.

– Ну, это мы устроим...

Тревис с досадой покосился на Осторожного Оленя. Ему не хотелось прибегать к старым играм апачей. Однако Осторожный Олень, как видно, имел в виду нечто другое.

– Три дня назад, пока ты еще выздоравливал, мы с Деклаем побывали на звездолете.

– С Деклаем?

– Ты победил его в честном бою, ему теперь надо думать, как восстановить свою честь. А поскольку совет запретил поединки, – ответил Осторожный Олень, – ему надо добиться этого другими путями. После того, как ты поведал нам историю о башнях, он понял, что надо выступать против красных, а не спасаться от них бегством. Теперь он так и рвется на тропу войны. Даже слишком. Мы вернулись на звездолет – искали оружие.

– Мы же раньше ничего не нашли?

– И сейчас то же самое, однако мы обнаружили кое-что другое, – Осторожный Олень на секунду умолк, и его необычный тон заставил Тревиса отбросить все лишние мысли. Казалось, Осторожный Олень натолкнулся на что-то, чего не мог описать словами.

– Во-первых, – пояснил Осторожный Олень, – мы нашли останки какого-то существа там, где умер доктор Ратвен. Нечто вроде человека, серебристый мех...

– "Гориллы!" Гориллы из других миров. Что еще вы увидели?! – Тревис даже уронил карту, дернув Осторожного Оленя за рукав. – Эти яйцеголовые, не они ли приходили осмотреть разбитый корабль?

– Ничего, кроме следов. Много, в каждой каюте, в рубке. Похоже, целая группа существ.

– Так что же убило эту мертвую тварь?

Осторожный Олень нервно облизнул губы.

– Похоже, страх, – он слегка пригнул голову, даже как-то извиняющееся. – Звездолет изменился. Там, внутри, что-то теперь не так. Когда идешь по коридорам, по коже прямо мурашки бегают, все время кажется, что кто-то следит у тебя за спиной. Какие-то звуки, чудится движение... Поворачиваешься, и ничего, абсолютно ничего. И чем дальше забираешься в звездолет, тем хуже. Поверь, Тревис! Никогда мне не приходилось испытывать подобного.

– Но это звездолет полный мертвецов, – напомнил ему Тревис. Неужели страх апачей перед мертвыми, усиленный редаксом превратился в столь активную фобию, что даже затронул такого уравновешенного воина-апача, как Осторожный Олень.

– Вначале я тоже так подумают, но потом обнаружил, что самые худшие ощущения у меня появились не вблизи помещения, где мы захоронили наших мертвых, а выше, в каюте, где стоит пульт редакса. Видимо, он до сих пор работает, но иначе. Теперь он, наверное, не пробуждает в нас память предков, а усиливает прирожденные страхи. Послушай, Тревис, мы еле выбрались оттуда, и Деклай вел меня за руку словно ребенка. Сам он дрожал, будто человек, который никак не может согреться. Во всем этом кроется какое-то зло, вне пределов нашего понимания. Я уверен, что эта монголка, стоит ей посидеть там немного, будет напугана настолько, что любой ученый, который будет иметь с ней дело, безусловно догадается о тайне, реальной, а не фальшивой, которая наверняка его заинтересует.