Призрачное эхо - Уилльям Риттер

– Приветствую вас, усталые путники, – сказала она. – Вижу, вас снова привела в мою обитель неумолимая рука судьбы.

– Да-да, что-то вроде того, – кивнул Джекаби. – Хотя «рука судьбы» звучит куда внушительнее, чем «отсутствие других вариантов». В любом случае, мы опять тут.

Мадам Вуаль замялась.

– Извините, мэм, – вмешалась я. – Могли бы мы поговорить с мисс Малышкой?

– Мисс Малышкой? Здесь таких нет, – ответила прорицательница, с подозрением всматриваясь в наши лица.

Я невольно отметила, что выговор ее вдруг стал менее напыщенным и театральным.

– Вы уверены?

Джекаби, в свою очередь, внимательно вглядывался в нее саму.

– Уверена ли я? Конечно уверена. Так вот, если вы пришли сюда не за тем, чтобы я…

– Вы лжете, – с довольным видом заключил Джекаби. – Превосходно. Так кто такая мисс Малышка? Племянница? Сестра? Дочь?

Мадам удостоила его гневным взглядом.

– Значит, дочь. Насколько я понимаю, она пошла по вашим стопам, унаследовав ремесло. Уверен, вы чрезвычайно гордитесь ею. Мы с удовольствием воспользуемся ее услугами – за вознаграждение, конечно же. Это не отнимет у нее много времени. Всего лишь несколько минут.

Занавеска за спиной мадам Вуаль дернулась, и из-за нее выглянуло личико с темно-карими глазами.

– Вознаграждение? – с сомнением спросила женщина, скрещивая руки на груди.

Джекаби в ответ вынул из сумки пачку банкнот и положил их на стойку.

– За ее труды. И за ваши тоже.

При взгляде на пачку денег глаза мадам Вуаль расширились.

– Ну что ж… Я не знаю. Ей только пять, моей мисс Малышке. Милая, очаровательная крошка. Что же я за мать, если позволю незнакомцам докучать ей ради какой-то прихоти…

– Это половина, – произнес Джекаби. – Остальное заплатим после консультации.

Женщина жадно посмотрела на деньги.

– Ирина! – позвала она через плечо.

Из-за занавески вышла девочка ростом едва выше прилавка. На голове ее тоже красовался платок, но одета она была в простое платье, без всяких рюшек или висюлек.

– Эти люди хотят поговорить с тобой, Ирина.

– Мне семь, а не пять, – прошептала девочка.

– Помолчи. Проведи их назад, будь умницей.

Девочка подняла голову и несколько секунд смотрела на окно за нами. Я обернулась, но улица снаружи была пуста.

– Они все не поместятся в будке, – пробормотала девочка.

– Хм, верно, – проворчала мадам Вуаль. – Ну что ж, все равно они мне заплатили не за представление. Сойдет и стол на кухне. Покажи им дорогу.

Мы прошли за занавеску в узкое и темное помещение, в котором стоял круглый столик с хрустальным шаром в центре. За ним располагалась обычная кухня с развешанными по стенам кастрюлями и сковородками и отмокающими в раковине грязными тарелками. В центре кухни стоял широкий стол, за которым мы и расселись. Последним вошел Чарли, легший у стены возле моего стула.

Из прихожей донесся звон колокольчиков, и мадам Вуаль взглянула на часы:

– Ах, это, должно быть, миссис Хауэлл. Я скоро вернусь, а ты пока будь умницей, Ирина.

Схватив с полки колоду карт, она снова исчезла за занавеской. Послышался ее глухой голос:

– Приветствую вас, миссис Хауэлл. Ах! Судьба припасла вам немало сюрпризов, как я погляжу.

Девочка села во главе стола. Она была невысокой, да еще и сутулилась, с опаской посматривая на нас и куда-то за Джекаби, словно разглядывая обои за его спиной.

Детектив со стуком поставил свою сумку на пол и ободряюще улыбнулся.

– Добрый вечер, Ирина.

Она кивнула, по-прежнему избегая его взгляда. Казалось, она вот-вот совсем съежится и утонет в своем платке.

– Одна моя подруга сказала, что ты очень умная. Одна из девушек мамаши Тилли. Ты же знаешь их? Она говорила, что ты в чем-то похожа на меня.

Ирина на мгновение задержала взгляд на Джекаби.

– Я тоже вижу то, чего не видят другие, – продолжал он. – И я знаю, как трудно порой объяснить некоторые явления.

Ирина кивнула.

– Правда, мы не совсем похожи. В тебе я вижу нечто особенное.

– Вы видите ее? – пробормотала девочка.

Финстерн заерзал на своем стуле, осматривая кухню, а я почувствовал, как у меня по спине пробежали мурашки. Ее?

– Да, я вижу ее, – улыбнулся Джекаби. – Не бойся, она добрая.

Он нагнулся к сумке, порылся в ней и вынул знакомый потрескавшийся кирпич, который положил на стол.

– Это моя подруга, и она просто пришла познакомиться с тобой.

Воздух за его плечом подернулся рябью, но Дженни так и не материализовалась до конца. Я поняла, что она присутствовала здесь все время, прямо на глазах у девочки. Я потрясла головой, пораженная успехами Дженни. Сколько миль мы прошли, блуждая по городу? Эта прогулка определенно отличалась от пары шагов по тротуару.

– Привет, милая, – нежно сказала Дженни. – Не волнуйся. Я рада познакомиться с тобой. У тебя поразительный дар! Немногие видят меня, если я того не желаю. А ты видишь много… таких как я?

Девочка молчала.

– Мы хотим кое-кого найти, – продолжала моя подруга. – Кое-кого, кто умер.

– Я их вижу. – Голос Ирины был едва слышен.

Все мы затаили дыхание.

– Потрясающе, – в голосе Дженни послышалась улыбка. – А в последнее время ты кого-нибудь замечала? Сможешь описать?

Девочка тяжело вздохнула.

– Я вижу их всех.

Джекаби осторожно кашлянул.

– Всех?

– Всех, кто умер. А ваша подруга милая.

– Да, она такая, – кивнул детектив. – Значит, ты видишь всех, кто умер. Это значит всех-всех или только таких призраков, как она, которые остались здесь?

– Всех. Всегда. Их очень много. Слишком много. Больше, чем нас. Почти все они на другой стороне. Я их вижу не так хорошо, как тех, которые на этой стороне, как она, но вижу. Вижу их всех.

Глаза моего работодателя загорелись.

– Она говорит правду, клянусь!

Девочка робко кивнула.

– Ты и в самом деле особенная, мисс Малышка, – задумчиво произнес Джекаби.

Девочка ничего не ответила, но слезла со стула, прошла в угол комнаты к рабочему столу со сдвижной крышкой и взяла с него карту, потом вернулась и расстелила ее перед нами. На потрепанной бумаге были нарисованы улицы Нью-Фидлема.

– Хотите покажу фокус? – спросила она.

Джекаби заинтересованно кивнул, и девочка протянула ему свою маленькую ручку.