Птица в клетке - Таис Сотер

Замир продолжал держать меня за руку, но уже успокоился и к сестре отнесся с легким интересом. И когда инфанта протянула ему ладонь, даже пожал ей кончики пальцев. Он тут же отпустил ее руку, но Зарине хватило и этого, чтобы искренне обрадоваться. Для нее, в отличие от ее мачехи, мальчик был действительно важен.

— Замир, пойдем к озеру, — тут же предложила она. — Я, пока вас ждала, увидела зверька занятного на берегу… Мальчишкам ведь такое обычно нравится!

«Скажи ей, что я не хочу».

«Но ты ведь хочешь».

«Не хочу! — упрямо ответил Замир. — Не с ней».

«А если я пойду с вами?»

Он серьезно кивнул. Зарина приняла это за знак согласия на ее предложение и попыталась взять брата за руку. Он тут же спрятался у меня за спиной. Я вздохнула, размышляя, что придется объясняться самой и этим снова вызвать раздражение инфанты, когда меня спасла Кронберг.

— Идите втроем. Я пока накрою на стол.

— Я вам помогу, тайнэ, — тут же отозвался секретарь.

Алана с улыбкой кивнула, глянула на озеро, покрывшееся рябью от легкого ветра, и сказала:

— Далеко не отходите. И если замерзнете, зайдите в шатер — он обогревается.

Юрий остался ненавязчиво присматривать за нами, следуя позади в нескольких метрах. А через какое-то время, сумев отцепить от себя Замира, немного отстала и я. Теперь брат и сестра увлеченно и абсолютно молча рассматривали что-то в кустах, а мы с Цехелем как два взрослых человека степенно стояли в стороне, любуясь природой.

— Тебе разве не любопытно посмотреть, что тайнэ Зарина там нашла? — коварно спросил меня гардарик.

— Нет.

— Твои губы говорят «нет», а глаза — обратное, — тихо фыркнул Цехель.

В этот момент Замир оглянулся и довольно строго посмотрел на мужчину. Неужели услышал? Да вроде далеко…

— Как тебе в замке?

— Мне все очень нравится, спасибо, — вежливо ответила я.

— Никто… не обижает? — Интонация рыжего показалась мне странной.

— На вас что, блохи? — Я с подозрением посмотрела на него.

Теперь уже гардарик взирал на меня с изрядной долей сомнения и недоумения.

— Вот я понять не могу: ты меня оскорбить пытаешься или действительно так плохо думаешь?

— Ничего подобного, тай. Но ведь император действительно мог снабдить вас блохами.

— Эй, я тебя что, обидел?

Я никак не могла понять, почему Юрий так остро реагирует на мои слова, пока в разговор мысленно не вмешался Замир:

«Жучки».

«Что?»

«Ты имеешь в виду „жучки“, а не блох».

— Я про следящие устройства, — уточнила вслух, догадавшись, что допустила ошибку.

Юрий отпустил кончик рыжей косы, который теребил в руках, и улыбнулся.

— Значит, ты про «жучки». И как могла перепутать? Это ведь и ребенок знает.

Ага, именно ребенок и знает. Пожала плечами, надеясь, что мои щеки не так горят, как мне кажется.

— Я иногда путаю похожие слова.

— Хорошо, что мы хоть с этим разобрались, — подмигнул мне гардарик. — Нет, на мне ничего нет. Не скажу, что наш обожаемый император очень доверчив, но все же он редко переступает чьи-то личные границы, если не видит для этого повода. На тебе, кстати, тоже ничего нет, я уже проверил. Так что можем говорить спокойно, нас никто не подслушивает.

«Кроме кого-то очень любопытного».

Замир сделал вид, что ничего не услышал, или же действительно увлекся разглядыванием чего-то в руках сестры.

— Для чего вы тут? — неожиданно для себя спросила я, нагибаясь и срывая сухую травинку. Здесь было так красиво и умиротворенно, но присутствие этого мужчины рядом заставляло меня нервничать, поэтому я смотрела куда угодно, но не на него.

— Альге попросил приехать. Хотя он обычно старается держать меня подальше от личных дел, несмотря на то что мы вроде бы друзья.

— Он вам платит.

— Да… И много. Преданность ныне в цене. Как и компетентность, — хмыкнул Цехель, ничуть не уязвленный моими словами. — И все же, я думаю, мы действительно друзья. Хотя, когда познакомились, я сомневался, что вообще сможем ужиться рядом. Видишь ли, лет десять назад я был еще невыносимее, чем сейчас, а Ядгар больше походил на робота, чем на живого человека. Сейчас он еще ничего, живчик. Я даже видел утром, как он улыбается. Представляешь?

— Так почему же он доверился вам, иномирцу?

Я давно ни с кем не говорила так откровенно, поэтому не могла удержаться и не выспросить о прошлом своего хозяина. Как будто там, в минувших годах, скрывался ответ на вопрос, почему Ядгар таков, какой он есть.

— Ну… полагаю, любопытство. Да и кое-что общее между нами было. Мать Альге — с моей планеты, Гардарики. Правда, сам он туда так и не решился слетать, пока путешествовал по Космосоюзу. Хотя я ему сотню раз говорил, что никто не будет винить его за грехи отца.

— А что за грех? — не удержалась от вопроса.

Цехель с заговорщическим видом оглянулся, придвинулся ближе и вполголоса начал рассказывать:

— Видишь ли, Ядгар не первый в династии Альге, у кого есть уголовные наклонности. Сорок лет назад Тимур Альге похитил Хельгу из рода Ксано, весьма уважаемого на Гардарике, чем вызвал огромный скандал… Ну и новый виток напряжения между Космосоюзом и Независимыми мирами. Хотя напрямую воевать наши планеты не могли — слишком далекое расстояние, да и соседние сектора не пропустили бы флотилию Гардарики к Лонге, потому что сами пострадали бы потом. Лонгийские правители всегда были на редкость злопамятны. Но и без того пострадали дипломатические отношения, торговля… И только когда глава Ксано смог лично поговорить со своей внучкой и выяснить, что в конечном итоге она сама решила остаться на Лонге, конфликт немного утих.

— А она действительно захотела? — недоверчиво уточнила я.

— А кто ее знает, — пожал плечами Цехель, — наверное, не захотела обострять отношения. К тому же тогда она уже носила ребенка под сердцем. Красивая была женщина, жаль, не дожила до того, чтобы увидеть своих внуков.

— Она давно умерла?

— Лет тридцать назад. И не спрашивай отчего. Не знаю.

Юрий ответил как-то чересчур поспешно, может, поэтому мне почудилась некоторая фальшь в его словах. Но спросить я не успела.

Зарина внезапно вскрикнула, резко вскочив на ноги, а Замир… Даже полностью уйдя в разговор с Юрием, я по привычке «прислушивалась» к мальчику, поэтому и смогла заметить, как всколыхнулась в нем темная волна ярости.

«Ты сломала его! Плохая!»

В тот момент точно плотину прорвало, и все те эмоции, что обуревали ребенка, обрушились на его сестру. Нет, не только эмоции. Они одни не могли быть так опасны — не будучи сильным эспером, Замир не смог бы так «ударить». Было что-то еще… Упрямая воля ли, которой мальчишке было не занимать, или мысленный приказ, я не знала. Но в тот момент четко осознавала, что Зарину не спасет то, что у нее нет никаких способностей. Маленький эспер был опасен не только для себе подобных.