Положись на принца смерти - Сильвия Лайм

Пронизывающий холод сковал, словно морозной паутиной. Энергия смерти окружала их как снежный саван.

Женщина погладила мальчика по голове, и взъерошенные волосы колыхнулись, словно от легкого ветра, а мужчина просто встал рядом.

Рей вздохнул. Протянул руку к папе, и она прошла насквозь. Губы мальчика дрогнули, но отец покачал головой и грустно улыбнулся. Тогда Рей протянул руку к матери. Женщина тоже улыбнулась и, встав на колени, поцеловала мальчика в щеку.

Мальчик закрыл глаза.

— Мы не должны находиться здесь, Рей, — тихо прошептала она. — Но мы всегда рядом с тобой. — А потом женщина посмотрела на меня, пронзила насквозь прозрачным мертвым взглядом. — Все, ушедшие слишком рано, всегда рядом с теми, кого любили. Тайрел Бриан Торре-Леонд не убивал нас. Мы уже были мертвы.

С этими словами она поднялась, еще раз дотронулась до волос сына, а затем исчезла вместе с мужем.

У меня внутри словно что-то оборвалось.

Я повернула голову к Рею и увидела, как по его щеке катится одинокая слеза. Он посмотрел на меня и тихо спросил:

— Ну что? Теперь ты веришь?

Да. Теперь я верила. И не просто верила, теперь я понимала, почему все это время не считала Тайрела маньяком-убийцей. Правда о том, что произошло, всегда светилась в его глазах. Не буквально, конечно. Но невозможно было смотреть в его осенне-карие радужки с золотыми искрами на дне и думать, что он учинил кровавую расправу над дюжиной человек. Только слепой мог сказать, что Тайрел — убийца. Только слепой мог назвать друида, который лечил самого императора, Кровавым Ужасом. Слепой или очень злой и несчастный человек.

— Значит… ты давно знаешь о том, что Тайрел живет здесь? — спросила я, чтобы отвлечься. Хоть немного перевести тему с тоски о мертвых на переживания о живых.

— Нет, — покачал головой Рей, резко шмыгнул носом и стер слезу со щеки. — Совсем недавно его поймали. Императорские охотники нашли Тайрела, когда он скрывался где-то на юге империи. Далеко-далеко от столицы. Ведь как только произошла эта трагедия, он сбежал, бросив свой огромный особняк в центре Ихордаррина. А эта лачуга посреди леса — тайное место, о котором он сказал мне перед побегом. Просил, чтобы я здесь жил. Но мне было неловко. Я приходил только на ночь, а еще иногда, если на улице было слишком холодно. А сам строил себе шалаш.

Он обвел рукой свою «крепость», еще раз обращая внимание на тот внушительный деревянный сарай, который сколотил сам.

— А сейчас, когда Тайрел вернулся, почему ты не живешь с ним? — удивилась я. — Ему так нужен был помощник, чтобы ходить в город…

— Правда? — ахнул парень. — А я не хотел его тревожить. Мы встретились в тот день, когда он, весь окровавленный, вывалился из Сумерек. Он перевязывал раны, а ты, кажется, уже спала в одной из комнат. Но Тайрел выгнал меня. Сказал, что, если придут имперские, мне несдобровать. Примут за сообщника, и все. Смертная казнь.

— Логично, — кивнула я.

В голове мелькнула мысль: «А примут ли в случае чего за сообщника меня?»

Показалось, что вряд ли.

Девушка, которую украли из дома и удерживают насильно, вряд ли подходит на роль подельницы. Даже тетя Берта может подтвердить, что ни о каком Тайреле я слыхом не слыхивала. А значит, друид все неплохо продумал, выбрав в помощницы именно меня, незнакомую приблудную девку.

Если, конечно, предположить, что он вообще думал о моей безопасности…

В этот момент Рей оживился, резко повернулся.

— Кружочек! — воскликнул он и широко улыбнулся.

Я посмотрела в направлении его взгляда и увидела нашего тощего друга. Он деловито вылизывал шерсть, сидя на пне неподалеку.

— Иди скорее сюда! Смотри, кто пришел ко мне в гости!

Кот поднял морду и пошевелил длинными усами. Взъерошил рыжую шерсть с крупными белыми проплешинами и пошел к нам.

— Хорошее имя ты ему придумала, — проговорил паренек, почесав животное за ухом.

— Спасибо, — вяло улыбнулась в ответ, рассматривая шкуру Кружочка. Казалось, она стала еще белее, чем прежде.

— Жаль, что он скоро сдохнет, — вдруг добавил Рей, заставив меня остолбенеть.

— Что, прости?

— Да сдохнет, говорю. Болен он сильно. Теперь я вижу, — бросил мальчик. — Странно, что раньше не замечал. Он уже отмечен смертью, осталось недолго.

— Что ты такое говоришь? Это что за болезнь такая, интересно? «Отмечен смертью». Первый раз слышу.

— Не могу сказать, — пожал плечами мальчик. — Я пока в таких вещах не разбираюсь. Просто мой дар некроманта… помогает понимать некоторые вещи. Например, сейчас я вижу, что внутри этого кота живет черное пятно, которое разрастается, поглощая все большую и большую часть его тела. Как только пятно станет совсем большим, кот умрет. Я понятия не имею, что это. Просто знаю. Пятно означает смерть.

Иногда от слов этого паренька меня бросало в дрожь.

— Так, может, стоит отнести его к Тайрелу? — спросила я. — Раз он — бывший императорский друид, так уж кота вылечить сможет?

Рей поднял на меня большие светлые глаза и пару раз моргнул.

— Мне не приходило в голову. Но, по-моему, это просто гениально!

Я улыбнулась.

— Тогда не стоит терять времени, — кивнула я. — Конечно, Тайрел просил меня вернуться не раньше завтрашнего вечера, но, думаю, он не сильно разозлится.

Рей нахмурился.

— Знаешь, — пробубнил он. — Если он просил тебя…

— Уж если мне сошли с рук проникновение в его спальню среди ночи, а потом кража его дневника, — махнула я рукой, — то за раннее возвращение с праздника он вряд ли захочет меня наказать. А если и накажет, то… я не против.

И глупо хихикнула, надеясь, что Рей не заметит. Затем сделала резкий выпад и засунула зазевавшегося кота под мышку.

Кружочек немного повырывался, а потом притих, подставив шею для вычесывания.

— Я тогда пойду, — бросила рассеянно.

— Ну, удачи, — кивнул Рей. — Если что, приходи. Каждый вечер после шести часов я, как правило, тут.

— Договорились! — крикнула напоследок, активно пробираясь сквозь кусты на дорожку, что вела к дому друида.

Теперь мне было совершенно не страшно возвращаться в дом. Да если говорить откровенно, мне никогда не было страшно. Только теперь внутри появилось какое-то жжение, подталкивающее, да нет, практически заставляющее меня быстрее лететь в лачугу моего маньяка. Как будто оттого, что я вот-вот скажу ему: «Эй, Кровавый Ужас, мне все известно!» — зависела чья-то жизнь.

Но темный дом Тайрела встретил меня мрачной тишиной. Я оставила кота в собственной комнате, угостила колбасой и поставила ему какой-то поднос в качестве лотка, а сама вышла на крыльцо. Что-то с неудержимой силой влекло меня к ходу в подвал.