Ну, здравствуй, муж! - Татьяна Абалова

Можно ли быть благодарной похитителю?

Оказывается, можно. Лишь за то, что не приносит боли.

— Пей, девочка…

Когда он успел раздеться?

Искра, несущая страх, погасла.

— Вот так, девочка, вот так… — поцелуи были приятны. И уже сама Саша дарила их. Кожа Хаюрба пахла знойным ветром, бескрайними просторами, а ласки… ласки обжигали, зарождая в теле ответный огонь.

— Нет! — она сама не ожидала, что выкрикнет это слово. — Нет! Нет! Нет!

Ее не слышали.

Исчезла нежность. Вместе с ней погас огонь желания.

Можно ли полюбить того, кто не слышит криков боли?

— Проснулась? Ну ты здорова сопеть!

Мара сидела на краешке кровати. На ее коленях лежала коробка с мини-амулетами. Пальцы перебирали кругляши.

— Я где? — Саша приподнялась на локтях. Тело болело так же, как когда ее мучил Хаюрб. Или это остатки сна?

— У себя, — Мара ссыпала амулеты в коробку и отложила ее. — А где бы ты хотела проснуться? Дома у мамы?

Александра заглянула под покрывало, оставив вопрос без внимания. Сейчас волновало иное.

— Что это на мне?

— Ты у меня спрашиваешь? — соседка сделала круглые глаза. — У нас в деревне женщины отродясь штаны не носили.

Алек Дафой поднялась с кровати с непроницаемым лицом. Расправила майку.

— Это называется спортивная одежда, — пояснила она, делая вид, что носить такой костюм у нее на родине обычное дело. Собственно, так и было, если не уточнять, что родиной Александра считает вовсе не Эльфийское княжество. — Ее надевают, когда хотят позаниматься спортом. Побегать там, попрыгать…

— Побегать? — Мара силилась понять. — А в юбке нельзя? Нет, ну, конечно, если юбка бархатная, то особо не побегаешь…

— Видишь эмблему? Adidas. Значит, это специальная одежда для физического развития тела.

— Защитная руна?

— Можно и так сказать.

— И куда ты бегала?

Саша вновь села. Почесала шею. Заправила выбившуюся прядь за ухо. Посмотрела на ладони.

— Я не помню… Мара, я ничего не помню. Как только вышла из аудитории, все, темнота…

— Я тут твою мантию нашла, — соседка потянула синюю ткань, висящую на спинке стула, — а в кармане расписание. У тебя был факультатив. Вот, читай…

— Физические упражнения… Значит, я на них ходила, иначе зачем мне форма? Наверное, я перезанималась, — Саша потянулась, выгнула спину. — Все тело болит.

— М-м-м, понятно теперь, почему тебя на руках принесли. Разве ж можно себя до такого изнеможения доводить?

— Кто принес?

— Куратор твой. Велел не будить.

— Ой, как неловко, — Саша закрыла рот ладонью, боясь сболтнуть лишнего. Не хотелось ей признаваться, что куратор и есть тот человек, что дергал бровями за ужином. Опять опозорилась. Что же она такого делала на факультативе, что сил до комнаты добраться не осталось? — А лорд Цессир ничего не рассказывал?

— Нет. А должен был?

— Нет-нет. Все в порядке.

— А! Вот бумагу для тебя оставил, — Мара стащила со стола сложенный пополам листок. — Разрешение на посещение занятий. От ректора.

— Блин! И об этом побеспокоился.

— Натворила чего-нибудь? Просто так бумажку с разрешением не потребуют, — увидев покаянный кивок подруги, Мара вздохнула. — Вот бы мне такого куратора.

— Тебя разве к занятиям еще не допустили?

— Не-а. Пока проклятые руны не выучу, и соваться не стоит.

— А куда чуть свет убежала? И меня не разбудила.

— Я будила, честно. Ты даже глаза открыла…

— И, наверное, снова закрыла…

— А я в библиотеку рванула. Там иногда для особо бестолковых амулеты памяти выдают. Чтобы быстрее знания усваивались.

— Раздобыла?

— Не положено, говорят. Учи сама.

— М-да. Слушай, а ужин скоро?

— Тю! Ты опять все проспала. А там такое! Такое! — у Мары загорелись глаза. — Ректор разрешил немагийникам в вашей зале еды набрать. Сколько хочешь. Говорят, не все студенты пришли на ужин. Вот и осталось. Я и тебе припасла.

На этот раз в корзинке творился хаос, еда была кое-как завернута в салфетки — мясо рядом с пирожками, сыр вперемешку с дольками яблок. Ни тебе горшочков, ни вилок с ложками.

— Еле урвала. Наши как коршуны налетели.

Но Саша была и такой заботе благодарна.

«Что-то плохо у меня складывается с питанием. Завтрак проспала, ужин… тоже проспала. Интересно, на обед хоть сходила? Судя по втянутому животу — маловероятно. Не удивительно, что я после факультатива с ног свалилась. Черт! А может, я сознание от голода потеряла и головой об пол хлопнулась? Вот откуда провалы в памяти!»

Саша пощупала голову. Да, затылок побаливал. Собственно, везде побаливало.

Найдя причину недомогания, леди Алекс Дафой успокоилась. После ужина позанималась с Марой, и пока та зубрила новый десяток медицинских символов, сверилась с собственным расписанием. Опять история Агрида. И артефакторика. Название последнего предмета Саша прочла не с первого раза.

«Где куратор, когда он так нужен?»

Создание артефактов не тот предмет, который можно осилить без объяснений преподавателя. Мара здесь точно не помощник.

«Артефакторика включает в себя набор определённых понятий и схем. Артефакт — какой-либо объект, наделённый сверхъестественными силами. Становление какого-либо объекта артефактом называется зачарованием. Оно заключается в процессе привязки чар к объекту. Чары — особое свойство, которым обладает артефакт», — прочла вводную часть Александра и удрученно вздохнула. Скучно и непонятно.

Танцовщица Шаша привыкла пользоваться артефактами, которые для нее делала Сесилия. Никакого особого умения не требовалось. Нажать на определенный завиток, приложить к нужному месту на теле или взмахнуть амулетом, рассеивая магию на определенный радиус. Достаточно было покачать головой, чтобы зачарованные змейки на парике пришли в действие. Или покрутить пологом, останавливая время.

«Кстати, странно, что собака тогда не замерла, — Саша вспомнила Рона, который с интересом смотрел, как она охмуряет Вари-дага. — Неужели он сам по себе был амулетом?»

Шаша однажды столкнулась с подобным в приграничном оазисе. Она наблюдала как оборотни, готовясь к бою с агридцами, наносили на тело чары, защищающие их от воздействия смертоносной магии. Таким волкам Хаюрба почти невозможно было противостоять, их можно было уничтожить только физически.

«Бедняга Рон. Нашел ли его Тиш?»

— Что ты делаешь? — Мара оторвалась от книги.