Пятно - Павел Корнев

— Руку дай, — попросил вдруг моего приятеля опер и ловко затянул у него на запястье пластиковый браслет.

— Эй! Это ещё что такое?! — возмутился Стас.

— Спутниковый передатчик, — с невозмутимым видом объяснил Кузнецов. — И внутрь лезть не советую, возможно самовоспламенение.

— На фига? — нахмурился я.

— Если что — я тебя сам пристрелю, — пообещал федерал, — а за дружком твоим специально подъедут.

— Фига! — обалдел парень. — Я-то тут причём?

— Да не парься, передатчик всё равно не работает. — Мне затея опера тоже не пришлась по душе, но никакой возможности повлиять на него не было, и пришлось смириться. — Поносишь пока.

— А в следующее прояснение?!

— Да мы вернёмся уже к этому времени, — поморщился я и повернулся к оперу. — Выйдем утром, а пока тебя переодеть надо.

— Зачем ещё? — удивился Кузнецов, оглядев свой камуфляж.

— Ни один нормальный человек у нас в таком ходить не станет.

— С чего бы это?

— Просто так только звери да туристы одеваются. Реакция простая: увидел человека в камке — стреляй первым. Это вы ночью незаметно просочились, а мы засветло пойдём. Надо переодеваться.

— А почему ночью идти боишься?

— Все на взводе, ответного визита зверей ждут. На патруль наткнёмся, нас просто грохнут. А если не грохнут, так замучаемся объяснять, куда в такое время намылились. Сам бы я ещё рискнул, а так на фиг, на фиг…

— Ладно, сейчас посмотрю, что можно подобрать, — покатил на выход Стас.

— А ботинки? — уточнил федерал.

— Ботинки не проблема. В армейских ботинках у нас кто только не ходит. Разгрузки и бронежилеты тоже не редкость.

— А одежду мне новую где возьмёте?

— Мы ж помоишники, — усмехнулся я. — У нас всякого барахла хватает. Да ты не бойся, мы со следами крови не берём…

Кузнецов внимательно глянул на меня, но комментировать услышанное не стал. Я вздохнул, подул на исцарапанные запястья и направился на выход.

— Стой! — тут же насторожился опер. — Ты куда?

— К себе.

— Зачем?

— Собираться. Или думаешь, вот так пойду?

— Я с тобой.

— Как скажете, товарищ надзиратель…

— Не заслуживаешь ты пока доверия просто, — пройдя вслед за мной в комнату, заявил Кузнецов, кинул туго-набитый ранец и автомат на кровать и несколько раз легонько стукнул по висевшей в углу груше.

— Да всё понятно, — усмехнулся я и, опустившись на колени, достал из тайника заклеенный скотчем пакет. Разрезал его ножом и развернулся к федералу уже с наганом в руке.

— Надеюсь, ты не собираешься наделать глупостей? — совершенно спокойно поинтересовался тот.

— Ни в коем разе, — ухмыльнулся я и крутнул револьвер на пальце. — Это к вопросу о доверии.

— Идиот, — выругался Кузнецов и, обернувшись, махнул рукой.

На миг мелькнувшая в дверном проёме фигура растворилась в темноте коридора, и я судорожно сглотнул, только сейчас осознав, что чудом избежал смерти из-за собственного пижонства.

— Дай сюда. — Федерал забрал у меня наган, откинул дверцу барабана и один за другим высыпал все семь патронов на одеяло. Затем взвёл и спустил курок. — Туговат спуск?

— Есть такое дело.

— Смазывал?

— Само собой.

— Сорок первый? — Опер глянул на клеймо года выпуска и задумался. — В войну качество наганов похуже было. Возможно, из-за этого спуск такой тугой.

— Зато он надёжный, — усмехнулся я и протянул руку забрать оружие, но федерал не отдал.

— Ну, ТТ военных лет тоже ещё в ходу, — разглядывая оружие, возразил он.

— Их клинит.

— А наган ты перезаряжать замучаешься. По сути всего семь выстрелов — и всё, — наконец вернул мне разряженный револьвер Кузнецов и усмехнулся. — Знаешь анекдот про перезарядку нагана и отделение немецкой пехоты?

— Нет.

— Потом расскажу. — Опер отвлёкся на привёзшего ворох тряпья Стаса и начал перебирать штаны и кожаные куртки. — Ничего поприличней не нашлось?

— Всё самое лучшее, — ухмыльнулся парень. — Неношеное, из магазинов.

— Ну да, ну да, — покивал федерал, остановив свой выбор на тёмно-синих спортивных штанах и серой замшевой куртке. — Вроде, должно подойти…

— Не сомневайтесь даже, всё как в лучших домах Лондона! — заверил его Стас.

— Ты ужалился опять? — кинув наган на подушку, повернулся я к приятелю.

— Кропаль, — уверил меня тот. — Стресс снять.

— Завязывай.

— Неделю теперь ни-ни, — пообещал парень и критически оглядел успевшего переодеться федерала. — Да нормально, в общем-то. От местного и не отличишь. Только щетины не хватает.

— Вот и хорошо, — буркнул опер, возившийся с ремнями бронежилета. — По дороге с кем-нибудь придётся общаться?

— Как речку перейдём, скорее всего уже нет. Но вообще, некоторые до проспекта Ленина ходят, квартиры чистят. Поэтому лучше так дальше и иди, а то пальнут ещё в спину. И меня за компанию положат.

— Ладно, — кивнул федерал. — Куда камуфляж бросить?

— Здесь оставляй, — указал я на гамак. — А второму?

— Что второму?

— Только не говори, что нас на улице все десять человек дожидаются! Так, блин, на одной одежде разоримся!

— Ещё плащ возьму. — Кузнецов выбрал длинный серый дождевик с капюшоном и кинул его на кровать: — И этого будет достаточно.

— Это вы о чём? — удивился Стас.

— Да товарищ оперуполномоченный вовсе не герой-одиночка, — пояснил я. — Тут у нас по подвалу ещё куча федералов шастает.

— Было бы глупо идти сюда одному, — пожал плечами Кузнецов. — Разве нет?

— Точно больше ничего из одежды не надо? — уточнил Стас.

— Нет, спасибо.

— Ладно, ты иди спи, мне вещи ещё собрать надо, — отпустил я парня, но тут же встрепенулся: — Да, полторашки у нас оставались, вроде?

— Сейчас гляну.

Стас укатил, я достал рюкзачок и начал освобождать в нём место для воды. Во фляжку много не войдёт, а в городе запасы пополнить уже негде будет. Ещё кобуру для нагана оперативную найти надо. Вроде, в нижний ящик комода её убирал.

Так и есть. Что ещё?

Два ножа, кинжал, перчатки. Съестного на пару дней. Но главное, конечно — вода. Без неё никуда.

Некоторое время молча наблюдавший за моей суетой Кузнецов поднял с подушки наган и, плюхнувшись на кровать, так что зазвенели лежавшие на одеяле патроны, направил дуло револьвера в стену.