Счастливые Земли - Юрий Погуляй

Лицо Лира светилось от счастья.

– Вино, братцы! Ви-и-ино!

Тьма, сидящий рядом с Мудрым, неожиданно напрягся, заурчал.

– Вино! Нет! Я не могу! – Лир поднес кувшин корту. И в этот момент мадрал вскочил на ноги. Следующим движением он выбил сосуд из рук Дикого. С глухим хрустом глиняная посуда разлетелась по полу, а в воздухе повис тяжелый запах вина. Гезеш на миг даже задохнулся.

– Тьма! – Лир ошеломленно посмотрел на волкоголового. Но тот уже откупоривал один из кувшинов.

– Ты чего, Тьма? – удивленно спросил Паблар.

Мадрал вскрыл сосуд и с подозрением принюхался.'

– Слышь? – мрачно окликнул его Паблар и поднялся на ноги.

– Яд... – Тьма обернулся к друзьям и с размаху грохнул кувшин об пол. – ЯД!

– Чего?

На шум опять заглянул Гнев:

– Уже упились?

– Брат, вино отравлено, – прорычал Тьма. – Там какая-то отрава!

– С чего взял? – вспыхнул Гнев.

– Унюхал, – взвизгнул мадрал.

– Так... – Горящий посмотрел на замершего с ложкой Гезеша.

– Погоди, – Лир развел руками. – Ты хочешь сказать, что...

– Нас хотели отравить, – прервал его Тьма. – Да, именно это я и хотел сказать.

Джаззи отбросил ложку и в страхе уставился на чан:

– А если...

Такая же мысль пришла в голову почти всем.

– Тьма... А похлебка?

Мадрал под пристальным взглядом двух десятков глаз подошел к чану, принюхался и отрицательно помотал головой.

– Тут яда нет...

– А зачем нас вообще травить? – возмущенно спросил Друз. – Кому мы сдались-то?

– Кому-то, видимо, сдались... – поднялся с пола Медведь. Грузно прошел к кувшинам, поднял один из них и придирчиво осмотрел. Шмыгнув носом, он задумчиво повторил: – Кому-то, видимо, сдались...

– Фтаррух?! – прорычал Гнев. – Да никогда Гур-Дарг не опускался до подобного! Сгнил! Этот дерьмовый мир окончательно сгнил! Ну, тварь... Убью!

– Спокойно, брат. – Мадрал не сводил немигающих глаз с Лесоруба. – Кажется, я знаю причину...

Гезеш все-таки донес ложку до рта и, с трудом сохраняя спокойствие, спросил:

– Поделись, будь добр.

В душе Лесоруба заворочался страх.

– Сам подумай, родное сердце – В голосе Тьмы проскользнуло ехидство. – Кого им травить? Клянусь Племенем, это не случайность. Нас? О нет. Зачем? Кто мы такие? Десяток оборванцев. Таких по миру столько бродит – всех не перетравишь.

– И?

– И! – передразнил Гезеша мадрал. – Что отличает нас от тысяч подобных? А?

– Гезеш, – понял Друз. Коренастый боец почесал голову. – Тебя хотели...

– Почему?! – Лесоруб отложил ложку.

В проеме двери пылал Горящий, на стенах казармы плясали безумные тени.

– Может быть, это люди Эвара? – предположил Медведь. – Из-за того, что ты решил не идти на Колонну?

– Он не ребенок, – прогудел Гнев. – Да и Гады не пошли бы на отравление. Мерзкий прием.

– Безумие? – поднял голову Лир. Он до сих пор не мог отойти от шока. Если бы не Тьма...

– Сказки, – мотнул головой Горящий. – Глупость. Безумие – это хаос, это стихия. Если б оно действительно хотело убрать Гезеша – создало бы какую дрянь, натравило бы умерших, в конце концов.

– Но оно не натравило, – заметил Друз.

Теккен хлопнул себя по коленям:

– Точно! Оно их, наоборот, увело! Они же все в лесу были, помните? На дороге почти никого не встретили.

– Может, еще чего придумаете? Что дожди идут тоже по загадочной причине? – хмыкнул Паблар.

– Месть? – Друз, прищурившись, посмотрел на мадрала. – За прошлое?

– У меня поводов отомстить больше всего, – неожиданно вскинулся Тьма. Глаза существа зло блеснули. – Или ты хочешь сказать, что это моя работа?

– Хватит, – прервал размышления Гнев. – Куча вариантов. Возможно, просто травануть хотели, из соображения безопасности, может быть, даже кувшины не вам предназначались, или... Да какая разница? Фтаррух ваш когда придет – тогда и побеседуем... И молодцев отловим. Ждем завтра.

– Погоди, Гнев, – поднял руки Друз, – надо разобраться.

– Ждем завтра, – полыхнул Горящий.

– Понял, умолкаю, – поник коренастый воин.

– Ждем завтра... – повторил Гнев и, на прощание хлопнув дверью, вышел.

– Вот и попили винца, – нарушил повисшую тишину ухмыльнувшийся Джаззи. – Из лучших умральских погребов, ага!

На шутку никто не отреагировал.

– Тьма, – Лир, наконец, отошел от шока.

– Ну, – рыкнул нелюдь.

– Спасибо...

Мадрал поморщился, подхватил с пола свою миску и пошел к койке:

– Сочтемся!

Фтаррух явился утром. Смерил недовольным взглядом прислонившегося к стене Гнева, оглядел копоть вокруг его силуэта и раздраженно бросил:

– Открывай.

– Конечно, господин, – зловеще протянул Горящий и ногой распахнул дверь.

Дикие с нетерпением ждали прихода черно-золотого умральца. Когда Фтаррух замер на пороге, Гезеш поднял приготовленный кувшин с вином и поприветствовал вошедшего.

– Рад видеть!

Дикие не сводили с гостя глаз. Умралец заметил их внимание и замер.

– По традиции нашего отряда, – начал Гезеш, – я должен выпить из одного кубка с гостем.

Фтаррух нахмурился:

– Это еще что за глупость?

– Принцип доверия, – пожал плечами Лесоруб и подошел к умральцу. Да, он прекрасно понимал, что происходящее смотрится глупо, но ничего другого придумать не смог. Протянув кувшин, Гезеш рассеяно улыбнулся: – Ваш глоток первый...

Фтаррух медленно обвел взглядом напрягшихся бойцов, хмыкнул и принял вино из рук Лесоруба.

– Не хочу с вами ссориться, но о подобном слышу впервые, – кисло сообщил он и поднес сосуд ко рту.

В следующий миг Гезеш выбил отраву из рук Фтарруха. Вино забрызгало нарядную котту умральца, и тот окаменел. Глаза мужчины гневно сощурились:

– Как это понимать?!

– Это не он, – разочарованно выдохнул Друз. – Ошибочка...

– Вино, которое нам доставили вечером, было отравлено, – спокойно сообщил Гезеш и указал на оставшиеся кувшины.

– Вино? – Фтаррух побагровел. – Отравлено?

– Именно, – кивнул Лесоруб.

– Какое вино?! Оно ж денег стоит! Стал бы я вам его посылать! Стоп! – застыл умралец. – Теперь понятно, почему доставивший вам ужин наряд найден в Юго-Восточном квартале. Выпотрошенным.