Заклинание для спецагента - Роберт Линн Асприн

— Кто, она? Она и мизинца твоего не стоит.

Фионна съежилась в комочек. Конечно, приятно слышать от Ллойда такое, но в глубине души она сомневалась, что достойна всех этих бесконечных комплиментов, и вообще чувствовала себя нолем без палочки. Когда-то, в школе и университете, у Фионны с самоуверенностью все было в порядке. И не зря, наверное, — теперь-то она суперзвезда. Живи да радуйся! Но не выходит… Что же с ней такое?

Ллойд уже собирался сказать еще что-то укоряющее, но в дверь вновь постучали — точнее, учтиво поскреблись. Фионна глянула на часы на каминной полке.

— Ой, милый, это та, кого мы ждем. Впусти ее, а?

На пороге возникла тощая женщина с лицом, точно выкроенным из старой, сморщенной, продубленной кожи. Она помахала костяной погремушкой перед носом Ллойда, подождала, пока он отступит в сторону, провела рукой вдоль дверных косяков, не переставая трясти погремушку. Фионна, вскочив на ноги, беспокойно и заворожено наблюдала за этой процедурой. Женщина обошла всю комнату, погремела в каждом углу. Потом замерла — и внезапно указала рукой на коробочки на столе.

— Вы отсюда что-нибудь уже съели? — вопросила она.

— Нет! — всполошилась Фи.

— И хорошо, — кивнула шаманка. — Жареное портит ауру. — Обернувшись, смерила взглядом Ллойда. — А вам это можно есть. Вам не повредит. И дарительница к вам расположена как-никак.

Фи усмехнулась. Кого-кого, а Ллойда старушка видит насквозь. Фи не обманули: перед ней настоящая жрица-целительница. Но внешность у нее чудная — больно уж обыкновенная. Желтое платье — самое заурядное, какие все носят. На локте — сумочка, тоже ничем не примечательная, кожаная, с золоченой застежкой.

— А мне что нужно есть? — спросила Фионна.

— Когда у вас день рождения?

— В январе. Двадцать седьмого января.

— Свежие фрукты и овощи. Зелень и ветчина — для безопасности. Окра и горох — на счастье. Аллигаторов ешьте.

— Аллигаторов? — переспросила Фионна. — Это что, для храбрости?

— Нет, мэм, — сообщила шаманка, лукаво подмигнув. — У них просто мясо вкусное. Немножко жирное, ну да вам немножко весу нагулять не помешает. Поглядеть на вас — кожа да кости… Попробуйте джамбалайю. Только не эту, — брезгливо махнула она в сторону стола. — В Квартале и получше найдется. Спросите швейцара Вилли. Он вам места укажет.

Фи откашлялась:

— Я вас пригласила не как… ресторанного обозревателя, мадам… э-э… Шармей.

— Помню-помню, — отозвалась старуха. — Проклятие. Все так же вас допекает? — Фи кивнула. — Для полного исцеления надо дней восемь или девять. Мне надо сыскать черного петуха и еще кой-чего. Вещи все недорогие, но не забудьте — духи щедрых любят. Вам еще повезло, что послезавтра полнолуние. Иначе дело бы затянулось на месяц и еще неделю.

— Я не могу ждать восемь-девять дней! Мне завтра концерт давать!

— Ага, — вздохнула мадам Шармей, склонив голову набок. — Значит, вам нужно скоростное исцеление. Ну ладно. Встаньте вот тут. На самой-самой середине. Годится.

Чтобы Фи могла встать в геометрическом центре комнаты, Ллойду пришлось передвинуть стол. Фи смотрела в потолок, а старуха ходила вокруг, с каждым «оборотом» все ближе подступая к пациентке, пока та не ощутила тепло ее тела. Все это время мадам Шармей что-то мурлыкала себе под нос. В ее бурчание порой врывался, разделяя его на фразы, грохот погремушек. Фи пыталась сосредоточиться, силилась почувствовать хоть что-нибудь, хоть какие-то признаки связи с астралом. Но ничего не ощущала, кроме холодного ветерка от кондиционера. В дверь вновь постучали — решительно, деловито.

— О Господи, это уже какая-то великосветская комедия пошла, — в сердцах воскликнула Фи. — Послушайте, вы закончили?

— На сегодня — да, — отозвалась мадам Шармей, убирая погремушки в сумочку. — Я могу еще прийти.

— Да, приходите, пожалуйста, — сказала Фи и схватила свою крохотную сумочку — этакий бумажник с ремешком. Отделила от пачки американских денег, выданных ей Найджелом, три купюры по двадцать долларов и протянула их мадам Шармей. Старуха посмотрела на деньги с гадливостью:

— Нет, мне не давайте. Отдайте на бедных. Сегодня же вечером. Обязательно.

— Отдам, — изумленно пискнула Фи и устыдилась: надо было узнать заранее, как оплачивают работу целителей воспитанные люди. — Огромное спасибо.

— Все во имя Божье, Его благодарите, — с достоинством проговорила мадам Шармей. — Я пойду.

* * *

Открыв дверь, Ллойд увидел на пороге Лиз с Бобо — и побагровел, как вареный рак.

— Можно нам с ней увидеться? — учтиво спросила Лиз. Она и не надеялась перетянуть этого Отелло на свою сторону, но и злить его попусту тоже не стоит. Астральная «сигнализация», поставленная Лиз на двери, сработала уже дважды. В номере побывали двое чужих людей. Одно из этих лиц все еще находилось здесь, но ничего дурного вроде бы не излучало.

Словно в ответ на ее мысленный вопрос, в поле зрения появилась изящная маленькая женщина с морщинистым лицом и безупречно-величественной походкой. Выходя в коридор, она многозначительно переглянулась с Бобо. Тот вопросительно выгнул бровь — старуха еле заметно качнула головой. В номере сквозило магией — благой, но очень целеустремленной. Встревожившись, Лиз устремилась к Фионне, которая стояла в центре гостиной под люстрой и ела ложкой джамбалайю из пластмассовой коробочки.

— Вкуснятина! Мало ли что там бабулька наговорила, — пробормотала Фионна, уплетая еду за обе щеки. — А, вот и вы, братцы! Мама родная, до чего же есть хочется, даже не верится. Угощайтесь и вы. — Она протянула коробочку Лиз. Та про себя отметила, что пахнет еда хорошо, но выглядит… Из бурого соуса — точно пальцы чудовища из болотной топи — торчали толстые сосиски.

— Спасибо, мэм, но мы уже покушали, — сказал Бобо. — Мы зашли узнать, готовы ли вы участвовать в вечерней репетиции. Ваши люди на это рассчитывают.

— О да, конечно же! — певуче воскликнула Фи, чудом умудрившись никого не обрызгать соусом. Выскребла из коробочки последнюю ложку и подержала ее на весу, прежде чем опрокинуть в рот. — Какой мы завтра концерт забабахаем — только держитесь! — Дочиста облизав ложку, она положила ее в пустую коробочку. — Ну, поехали! Ллойд, птичка моя, иди поймай нам такси! — Лиз обратила внимание, что сумочку Фи уже прихватила.

— Что это за женщина приходила? — спросила Лиз у Бобо, когда они двинулись за Фионной.

— Одна моя приятельница из Квартала, креолка-целительница. Настоящая. Швейцар Вилли мне сказал, что мисс Фионна просила кого-нибудь порекомендовать. Я принял меры, чтобы ей не присылали шарлатанов.

— И что, она Фионну вылечила? — заинтересовалась Лиз.

— Не-а. Я бы заметил. Да тут и не было времени, чтобы докопаться до корней. Она просто сделала то, что туристам показывает. Пение там, погремушки, чтобы злых духов застращать. Действует недолго, но вы же видели: мисс Фионна раздухарилась. Тут, знаете, больше самовнушения, чем лечения.