Злые игры - Андрей Васильев

– По причине? – насторожился я.

– Ольга Ряжская мертва, – придав лицу печальное выражение, сообщил мне старик. – Павел звонил мне затем, чтобы сказать, что он снимает с себя полномочия посредника в общении между мной и вами, и на то есть веская причина. Он собирается вас прикончить, причем в самое ближайшее время.

– О-фи-геть! – выдала Жанна, отпуская руку Миши. – Вот же!

– Ага, – согласился с ней я, даже не подумав, что это слышат люди, находившиеся рядом.

– Чего-то такого от Паши в данной ситуации и следовало ожидать, – пояснил Илья Николаевич. – Нет-нет, никакой лебединой верности, тут другое. Ольгу он никогда не любил, как и кого-то другого, впрочем, тоже. Он всегда обожал только себя самое, с юности таким был, с той поры, когда я его вчерашним выпускником Плехановского подобрал и к бизнесу приставил. Не скажу, что это большой грех или отрицательная черта, просто он вот такой. А еще он терпеть не может, когда у него кто-то что-то забирает. Неважно что – карандаш, контракт, тендер, жену. Его – это только его, и больше ничье. Пунктик такой. А тут прямо совпало!

– Самое досадное, что я тут вообще ни при чем.

– Уверен в этом, – покивал хозяин дома. – Но Ряжский считает по-другому, и его не переубедить. Да и не стану я этого делать. Зачем? Мы же не договорились.

– Проверь, – поймав взгляд Жанны, шевельнул губами я.

– Ага, – мигом смекнула та, оценивающе глянула на охранников, опустивших оружие, и через секунду исчезла из вида, сообщив на прощание: – Я быстро!

Э, нет, Илья Николаевич, таким, как ты, на слово верить нельзя. Если все так, как сказано, буду думать и торговаться. А если нет… Что-то с тобой решать.

Хотя, ради правды, сотрудничать именно с этим человеком было бы куда выгоднее, чем с той же Ряжской. Возможности у него другие, куда большие. Вон даже про мое заграничное турне его парни кое-какие детали раскопали, а это не так и просто. А уж про оставшуюся шестерку кладбищенских беглецов они мне вообще все, что можно, на тарелочке принесут. Все подробности выведают, от рождения до смерти.

Но Ряжская… Если сказанное правда, то мне в любом случае надо будет выяснить все до мельчайших деталей. В совпадения я не верю, в случайности тоже, а умирать еще несколько часов назад она точно не собиралась, и мне это известно лучше, чем кому-то другому. В автокатастрофу, пожар или в неправильно приготовленную рыбу фугу поверю. В то, что она дома легла в кровать и умерла, – нет. Ни при каких условиях.

Кто-то ей помог, и мне надо знать, кто именно. Не для того, чтобы отомстить. Чтобы разобраться, кто это так меня не любит. Били-то не по ней, а по мне, тут без вариантов.

Хотя и отомстить, наверное, тоже хочется. Да, Ряжская была хитрая и расчетливая, но мы худо-бедно ладили.

– Скажу очередную банальность, но, пока за вашей спиной буду стоять я, Пашу можно не опасаться, – доброжелательно произнес Илья Николаевич. – Он не пойдет против меня. Он хорошо знает мое правило платить за подобное подобным. Рекомендую и вам взять его на вооружение, это идеальное средство разрешения ситуаций, в которых присутствует выбор. Разумеется, речь идет не о незнакомцах, речь идет о личном окружении, ближнем и дальнем. Не знаешь, как поступить с тем или иным человеком, так вспомни, чего он для тебя сделал больше – добра или зла. И все, решение, вот оно.

Умный человек. И богатый. Значит, опасный. Эти три понятия всегда рядом ходят независимо от части света и национальности того, о ком идет речь.

– Не желаете ли перекусить, Александр Дмитриевич? – предложил мне хозяин дома. – А за трапезой мы обсудим сложившуюся ситуацию и придем к тому конечному решению, которое устроит всех. Уверен, оно есть.

Конечно, есть. Я его отлично знаю. Ты собираешься убрать меня после того, как добьешься своей цели. Хотя, если честно, что тогда, что сейчас меня немного удивляет эта нелогичность. Раньше или позже годы и болезнь свое возьмут, а меня уже не будет.

Ох, чую Ряжский и тут накрутил хвостом!

– Есть не хочу, – признался я. – А вот чайку бы выпил. Много. Жажда, знаете ли, мучит. Нет-нет, господин самый главный охранник, не из-за вас и ваших лихих молодцев. Просто пищу острую ел.

– Распорядись, – велел Илья Николаевич одному из телохранителей. – Ну а вы, Александр Дмитриевич… Скажите, может, я вас просто Сашей стану называть? Разница в возрасте нам это позволяет делать.

– Бога ради, – разрешил я. – Как вам удобнее.

Чаю я и в самом деле выпил много, литра полтора. И вопросов мне было задано немало, причем каждый второй из них был с подковыркой и вел к тому, чтобы я ответил «да» этому старому и умному человеку. Иногда мне казалось, что он так дожимает меня на согласие, чтобы после сразу сказать: «Покон тому свидетель». Но я выкручивался и ждал возвращения Жанны. Мне надо было понять, какова ситуация на самом деле.

Она появилась где-то часа через два, и по ее лицу я понял: не соврал мне Илья Николаевич. Не видать мне теперь офиса в Москва-Сити, на который я было нацелился.

Почему?

Потому что Ольга Ряжская на самом деле мертва.