Леди травница - Ксения Руднева

– Даже не знаю, кто из вас был хуже, – искренне призналась я. – И, как и тебе, ему пришлось по приказу короля иметь со мной дело.

– Значит, и у меня есть шанс завоевать твое сердце? – сейчас Эдрик был предельно серьезен, хотя его взгляд и оставался устремлен куда-то вдаль.

– Не думаю, – честно призналась я. – За это время ты изменился в лучшую сторону, но наше сердце, как выяснилось, совершенно глухо к доводам разума. А иначе я бы уже давно жила во Фливалии.

– Война меняет всех без исключения, будь ты пахарь или принц, – глухо произнес Эдрик. – Прости за холодный прием и жестокие слова. Кажется, я так и не принес тебе своих извинений. Тогда я был самовлюбленным глупцом. Но общение с тобой и нападение превосходящего в силе врага заставят повзрослеть кого хочешь, а заодно и пересмотреть свои взгляды на вещи. Многое из того, что казалось важным тогда, сейчас уже не имеет значения.

– Извинения приняты, – я сжала безвольно висящую руку Эдрика. – Но это не значит, что я забыла о том, что на самом деле являюсь для тебя лишь политически выгодным проектом.

– Ох, Мари, вроде и простила, а вроде и макнула лицом в собственную нечистоту, – хмыкнул принц. – Хотя я это заслужил, не спорю.

Я рассмеялась. С места нашей стоянки потянуло ароматом жареного мяса, а значит, нам следовало поспешить, чтобы не остаться без обеда. Ритик попросил для животных полтора часа. Воины расслабленно сидели возле костра, перебрасывались шутками, большую часть из которых я не понимала, лорд-канцлер не сводил с меня внимательного взгляда, я же, наоборот, старалась его не замечать и с этой целью старательно общалась с Эдриком. Тот все понимал, но охотно подыгрывал мне, преследуя собственные цели.

После привала мы снова взобрались на животных и последовали по известному одному лорд-канцлеру маршруту. К вечеру стало еще холоднее, но Эдрик уже не спал, поэтому я снова чувствовала теплый кокон вокруг себя. Сквозь него не пробивался ветер, и вторая часть сегодняшнего путешествия мне понравилась гораздо больше. Что еще удивило – так это отсутствие темноты. Время уже клонилось к ночи, а сумерки так и не наступали. Я удивленно крутила головой, пока Ритик жестами не пояснил, что для севера это норма. Летом их солнце лишь ненадолго ныряет за горизонт, а после начинает светить с новой силой. Для себя я решила, что север – прекрасный, хоть и суровый край. Если варвары победят и завоюют все семь королевств, сбегу жить сюда – вряд ли холодный климат придется захватчикам и их ручным драконам по нраву.

Для ночевки поставили палатки, приобретенные в Трисии. Три треугольных шатра, укрытых шкурами неизвестных мне животных, были призваны сберечь нас от холода и непогоды.

– Я сплю с Ритиком, – поспешила я заявить, после ужина на скорую руку, состоящего из каши и куска сыра.

– В моей палатке, под моим присмотром, – ответил лорд Вестон не терпящим возражений тоном. Сначала я задохнулась от возмущения, но быстро поняла, что палаток сильно меньше, чем людей, поэтому придется потесниться и вытерпеть более чем одного соседа.

– А я согрею нашу Леди и ребенка магией, – поспешил застолбить за собой последнее место Эдрик.

Было видно, что лорд-канцлер не очень доволен подобным соседством, но возразить ему было нечего – все ради удобства женщин и детей. Так мы и оказались вчетвером в одной палатке. Мужчины делили место рядом со мной, пытались положить посередине, но я молча легла между Ритиком и стеной и тут же отключилась – снотворное работало без нареканий.

Ближе к утру мне казалось, будто кто-то нежно гладит меня по щекам и шепчет едва слышно, обещает, что вскоре все исправит и даже остановит войну. Моя грудь часто вздымалась под тяжелым плащом и хотелось воочию убедиться в том, что это мне не снится, шепнуть согласие в ответ, но быстро вынырнуть из навеянной травами мари никак не удавалось.

Проснуться получилось только к тому моменту, как завтрак уже был готов. Я выползла под белое холодное солнце и прищурилась. Ветер утих, костер весело трещал поленьями, в котелке исходила дымком каша, и каждый из нашего отряда был занят делом. Только мне было нечем заняться. Никто не загружал меня работой, и в какой-то момент даже начало закрадываться сомнение в необходимости моего участия в этом походе. Пока что оправдать свое присутствие я могла лишь прихотью лорда Вестона. И это нервировало.

Под немигающим взглядом последнего воин, который был за повара у нас сегодня, положил мне двойную порцию и протянул металлическую миску:

– Легкого утра, Леди, – приветствовал меня.

– Спасибо, Шершень, – откликнулась я, вспомнив позывной, данный видимо за могучую комплекцию, которую не удавалось скрыть даже под просторным плащом. – И вам легкого.

Я быстро умылась у речки, попискивая от жгучей воды, что жалила кожу и заставляла неметь пальцы, вернулась в лагерь и приступила к каше. Выпила укрепляющий настой, без которого не обходился каждый день моей новой жизни. Под внимательным, не упускающим ни единой детали взглядом лорд-канцлера делать это было не очень уютно, но Эдрик отвлекал беседой, поэтому стараниями принца мне было на что переключить внимание. Он рассказывал забавные истории из детства, что-то о дворце, но слушала я вполуха. Остальные воины тем временем разбирали шатры и складывали в специальные сумки, которые крепились по бокам овцебыков.

Животные плотно поели вечером и потом с утра, поэтому переход нас ждал длительный. Овцебыки по привычной местности передвигались ловко и быстро, словно не замечая тяжелых наездников и их поклажи. Мили сменяли друг друга (*как и в предыдущей книге, здесь использована английская система мер: 1 миля равна 1,6 км), и весь пейзаж слился в моей голове в бесконечную череду холмов, зеленых равнин, обязательно разрезанных какой-нибудь речушкой, низкого тяжелого неба и карликовых деревьев. По сравнению с последними я чувствовала себя великаншей. Дикие животные совершенно не обращали на нас внимания: главного хищника – человека – они совершенно не боялись. Олени спокойно паслись, когда мы проезжали мимо, зайцы и бараны провожали заинтересованными взглядами, но это, подозреваю, заслуга Пастуха, который легкой ментальной магией способен был влиять на диких животных. Во всяком случае, глаза его горели оранжевым, я видела это точно. Еще в пользу моей догадки говорил тот факт, что ни одного по-настоящему опасного хищника мы не встретили.

Благодаря магии Эдрика я не мерзла, но разговаривать на скорости, которую взяли овцебыки, было неудобно. Отряд заметно скучал, кроме тех членов, что были заняты делом и магичили. Местность сменилась на болотистую, наша скорость заметно снизилась, и я принялась крутить головой, пытаясь выцепить что-нибудь интересненькое. Вдруг откуда-то издалека до нас донесся странный звук. Необычная смесь утробного протяжного мычания с хрюканьем свиньи.

– Что это? – вырвалось у меня?

– Овцебыки, – тут же ответил Ритик, но лицо его почему-то было напряжено.

– Почему наши так ни разу не кричали? – волнение мальчишки неожиданно передалось и мне.