Пусть Бог не вмешивается - Алексей Фомичев

В какой-то момент отчаянным усилием дружинники оттеснили противника и закрепились у повозок. Около Даны теперь стоял Дигур с двумя воинами. Еще десяток дружинников и четверо возчиков держали оборону. Все забрызганы кровью с ног до головы, в глазах обреченность и решимость умереть здесь, но не отступить. Ослабевшие руки сжимают выскальзывающее оружие. Я быстро осмотрелся, прикидывая, как стану уходить. Убрал секиру в чехол – сейчас мне нужна свобода рук – и крепче сжал меч.

Сквозь звон оружия и гул голосов с трудом расслышал скрип колес. Несколько повозок оказались отодвинуты в стороны, и ватажники лавиной хлынули в проем. Дигур взмахом руки послал воинов на врага.

«Все, приплыли!» – Я уложил налетевшего ватажника и ощутил спиной круп Грома. Конь наклонил ко мне голову, я на миг обернулся, увидев, что рядом стоит еще один конь, поменьше, как раз для Даны подойдет. Набрал в грудь воздуха, чтобы позвать ее. Дальше медлить нельзя.

И тут раздался мощный рев сигнальной трубы. Ватажники неожиданно бросились наутек, для быстроты бега отбросив щиты и оружие.

Через брод переправлялся большой отряд конницы в зеленых накидках. Дигур с облегчением вздохнул и опустил меч, сильно выщербленный и затупленный о вражеские доспехи.

Мимо пролетела сотня всадников, преследуя отступавших врагов, к повозкам подъехал Бавик с шестью дружинниками. Он едва держался в седле, сквозь посеченные доспехи щедро лилась кровь. Изможденные боем уцелевшие воины роняли мечи из рук и со стонами опускались на землю. Пространство вокруг было усеяно телами врагов и своих, сильно пахло свежей кровью и внутренностями, вывалившимися из распоротых животов. Покореженные повозки отодвинуты в разные стороны, часть осела на бок, рядом валялись обломки колес. Кони тревожно шевелили ноздрями и прядали ушами, впитывая запахи.

Я тщательно вытер меч и спрятал его в ножны. Пальцы немного подрагивали от напряжения. Раньше в такой рубке не участвовал – большое спасибо Сувору за предоставленное удовольствие.

Похлопал Грома по крупу.

– Что, приятель, застоялся малость? Молодец, молодец, вижу, что не испугался.

Конь подставил голову под мою руку и тихо фыркал, словно подбадривая. Я только сейчас ощутил боль в правом плече и боку. Похоже, кто-то сумел задеть меня пару раз, а я не заметил в горячке боя.

К обозу подъехал отряд всадников и их предводитель, молодой, полный сил мужчина, с короткой бородкой и рыжими усами на круглом лице, сказал:

– Я – барон Славид. Полковник королевской армии. Позвольте узнать, кто вы и что здесь произошло?

Дигур раскрыл было рот, чтобы ответить, но тут из повозки показалась Дана. Она грациозно оперлась на руку, протянутую воином, и легко соскочила на землю. Судя по ее виду, нельзя было сказать, что она с минуты на минуту ожидала пленения. Спокойное лицо, безупречный наряд. У Славида от изумления вытянулось лицо, в глазах появилось восхищенное выражение.

– Я – баронесса Дана Сувор. Вместе со своими спутниками еду к герцогу Владину. На нас напали, мы не знаем, кто именно. И если бы не ваша помощь, то все закончилось весьма плачевно. Позвольте, барон, выразить вам свою признательность за столь своевременное вмешательство.

– Я рад, что смог помочь вам. – Барон не сводил глаз с Даны. – Думаю, эти подонки не вернутся. Могу ли я еще чем-нибудь помочь вам, госпожа?

– Мы были бы рады, если ваши воины, барон, сопроводили бы нас до владений герцога.

– К сожалению, я не смогу лично сопровождать вас, баронесса. Мне необходимо продолжить путь к границе. Но я выделю вам пятьдесят человек, они помогут спокойно достигнуть земель герцога.

– Благодарю вас, барон. Нам потребуется время, чтобы привести снаряжение в порядок.

Славид перевел взгляд на повозки, покосился на трупы.

– Мы поможем вам…

Оставив их обмениваться любезностями, я вскочил на Грома и поехал к месту сражения всадников. Интересно, кто пришел на помощь бандитам?..

Кольчуги, усиленные стальными пластинами, остроконечные шлемы, прямые мечи, одинаковая одежда. Кто они и откуда? Захватить живьем не удалось никого, раненых уцелевшие увезли с собой, погони не было. Приехали, подрались, исчезли…

Подъехал Бавик и двое воинов. Слуги гнали повозку. Поймав мой взгляд, Бавик объяснил:

– Дигур приказал снять с убитых доспехи и забрать оружие.

– Их кони ускакали к лесу, можете пригнать.

У повозок кипела работа. Перевязывали раненых, снимали с убитых брони, складывали отдельно оружие. Дигур подсчитывал потери. Уцелели шестнадцать человек, да еще одиннадцать лежали в повозках раненые. Убитых положили отдельно, их должны похоронить на следующий день.

Так положено по здешним обычаям. А если бы они погибли ночью, то хоронили на ночь.

На следующее утро приехали в город. Тишина и спокойствие встретили уставших от непрерывных тревог людей. Широкие улицы, распахнутые ставни окон, на мостовых многолюдно. В войске герцога было почти семьсот дружинников, и любители легкой наживы не появлялись в здешних местах.

Через несколько дней, когда раненые немного окрепли, Дигур повел отряд обратно. Я остался в доме баронессы. Хотел немного отдохнуть и решить, куда ехать дальше.

…А на следующую ночь, под утро, кольнула игла воспоминания. Оно пришло рывком, внезапно. Я проснулся и сел в кровати. Во рту пересохло, перед глазами плавали разноцветные круги. Виски покалывало… Виски! Тогда, при переходе, так сильно ожгло виски, что едва не зарычал от боли.

В сильном возбуждении прошел по комнате. «Боль в висках служит индикатором активности Ворот? Значит, они заработали вновь, послали импульс. Возможно…»

Надо известить студентов и возвращаться в замок Сувора. Я поспешил к сотнику герцога Владина, он мог связать меня с ребятами. Но радужное настроение померкло, когда сотник сообщил, что Владин уехал с крупным отрядом на южные рубежи. И трое верных рыцарей – тоже!

Выматерившись в сердцах, я написал письмо их дорогим дамам. Сообщил, что нашел способ поиска Ворот, а также что они заработали. Если девчонки свяжутся со своими благоверными, пусть немедленно сообщат им об этом. Я же поеду навстречу ребятам и с ними вернусь в столицу.

Составив послание, я простился с Даной и вечером выехал из города.

Поездка через незнакомую страну – дело сомнительного удовольствия. Скорость передвижения невысокая, опасность влипнуть в переделку велика, а гарантировать встречу со своими однокурсниками не могли все местные боги.

Дорогу спрашивал во встречных деревнях. Иногда в ответ разводили руками, иногда угрюмо молчали. В некоторых местах сначала смотрели на меч, потом на меня и только после отвечали…

Одинокий всадник обычно не привлекает внимания, а лесные братья на одиночек не нападают, понимая, что много с такого не возьмешь, а спугнуть крупную дичь можно. И все же я не оставался на ночь в лесу, если до этого не обследовал все вокруг. Купил крестьянскую одежду и теперь заезжал в селения, предварительно оставив коня и амуницию в надежном месте.